Я Гордый часть 7 (СИ)
Поревит — высокий седой старец — волхв, одетый в просторные одежды, сжимающий в руке посох. Покровитель магов и волшебниц.
Яровит — широкий, кряжистый мужик в лаптях и белой рубахе. В одной руке у него была сулица, а в другой деревянный щит. Образ покровителя простых людей, что грудью вставали на защиту своей земли в час горя.
И как мне с ними сражаться? Но не успел я додумать эту мысль, как из меня так же ударили три луча и, разделившись, превратились в зверей.
Ворон — символ чертога Нави, птица Тьмы.
Волк — зверь Велесов, символ Яви, Земли. В некоторых верованиях его причисляли к тотему Дажбога. Вот только мой был не простым волком, а оборотнем. А им покровительствовал Велес.
И медведь — триединый зверь Прави, живущий сразу везде. Только он ходил по земле, жил под землей, а пищу часто добывал на деревьях.
Мы стояли, замерев друг напротив друга, пока под нами не раздался громкий звук горна. И тогда все воплощения кинулись в драку. Мы же с Перуном остались на месте, следя за всем и все видя, но не имея возможности вмешаться. А еще я чувствовал, как мои воплощения тянут из меня силу, и понимал — если ее не хватит, я продую и помру от истощения.
Они сами себе выбрали врагов: ворон, издав звонкий клич, кинулся на волхва; медведь, яростно взревев, на воина; а волк понесся длинными скачками на ополченца, которой сразу принялся кидать в него нескончаемые сулицы. Как я понял, тут шла проверка всех составляющих- магии, силы и выносливости, и мои звери вроде пока справлялись.
Повторюсь, я не контролировал бой, и в то же время знал, чем ответят звери на атаку. Вот ворон сейчас увернется от огненного шара и ответит ветром, сбивающим каст и просаживающим щиты. Вот медведь толкает воина, а после ревет, дезориентируя его. А волк, увернувшись от очередного копья, бьет ледяными когтями, что разносят щит землепашца.
Мои ноги будто приросли к земле, тело замерло в напряжении, и лишь глаза, казалось, жили своей жизнью, замечая все. Мозг перешел на какой-то иной уровень работы, и вот тут мне и пригодилась освоенная Поступь Велеса, потому как иначе я умер бы от перенапряжения.
А еще в какой-то момент я почувствовал, как силы стали утекать намного быстрей. Удары Перуна усилились, напор возрос, да и сами его воплощения стали будто бы больше и сильней.
И тут оковы с меня спали, и я почувствовал, что могу двигаться. То же самое, видимо, произошло и с Перуном, потому как он встряхнулся и кинулся ко мне, окутываясь белыми молниями.
Что ж, я так тоже могу, вот только молния у меня будет иная. Нет, не привычная красная — сейчас я не собираюсь никого лечить. И не черная — убивать мне тоже его не надо. По моему желанию, я сам не заметил, как, вокруг меня пошли разряды золотого цвета. Окутав мое тело, они сами толкнули меня навстречу врагу.
Чувствуя, что сил осталось не так много, я понимал, что надо с ним покончить быстро. Вот только как, пока не представлял. Хотя, мне ж сказали бить по максимуму? А раз так, то почему бы и не жахнуть?
Три шаровые молнии сформировались мгновенно и полетели навстречу разрядам Перуна. Сильный взрыв уничтожил магию, заставив дерущихся воплощений чуть сместиться, дабы нам не мешать.
Бог воинов, не замедляя движения, сделал высокий прыжок, и уже зависнув в небе, обрушил вниз просто море разрядов, что накрыло меня с головой. Защититься я успел, но при этом почувствовал, что мои щиты трещат, и еще немного, и не выдержат.
Но ведь в эту игру можно играть и вдвоем. Ветер в ноги, полет — и вот дымные вороны летят в бога, юрко уворачиваясь от молний. Не долетев до него метров пяти, птицы взрываются облаком, из которого вырывается их огненные братья, что так же взрываются, следом ледяные — и опять взрыв, ну а после добивающий шаровой молнией. На эту атаку волной у меня ушли почти все силы, но эффект превзошел ожидания.
Обалдевший от вспышек Перун пришел в ярость и принялся садить плетениями в белый свет, как в копеечку, пытаясь меня достать. А я в это время стоял уже на земле, наблюдая фейерверки в небе. Правда, он быстро сообразил, что меня там нет, и злобно что-то крикнув, кинулся вниз, изображая огненный болид, у которого отказали тормоза.
Ну, а я кинулся бежать, потому как перспектива стать поджаренным меня абсолютно не вдохновила. Тягаться с богом воинов в силе на его территории — верх глупости.
Поднырнув под Руевита, который в этот момент в прыжке пытался достать моего медведя, я с удовольствием увидел, как Перун, чуть не рассчитав, врезался в свою проекцию, разом ее развеяв. Так мало того, еще и попал под удар тяжелой медвежьей лапы, после чего кубарем покатился по арене. Ну, а мишка за ним. А я за мишкой, справедливо опасаясь получить по жопе, но не желая все пропустить. Бабка за дедку, дедка за репку…
С исчезновением одного врага силы из меня стало уходить, как ни странно, меньше, и это заставило задуматься — как так?
— Мишка, ату волхва! Помоги ворону! -заорал я, осененный внезапной догадкой, правда, особо не надеясь, что он меня поймет. Но он понял и, издав рык, рванул к деду, на ходу запуская дрожь земли.
Тот этому факту явно не обрадовался и кинул в медведя рой сосулек. Правда, отвлекшись на одного противника, он забыл про второго. А вот он не забыл — зависнув в паре метров над волхвом, ворон быстро замахал крыльями, заключая его внутрь торнадо.
И в этот момент я едва не попрощался с жизнью, буквально на грани фола увернувшись от меча Перуна. Сверкнув на меня глазами, тот пошел махать им, как заведенный, почему-то целясь мне в пах. Явно позавидовал моей красоте и силе в штанах! С другой стороны, откуда бы ему о ней знать? Хотя, он же бог, наверное, все видел, извращенец несчастный!
Ну, и я не остался в долгу — сотворив себе земляную булаву, я успешно парировал все его атаки, пытаясь зарядить ему свой коронный в голову.
Тем временем волхва разобрали на части, и мои животные, как по команде, рванули на помощь к волку, а я опять почувствовал, что сил стало уходить еще меньше. Даже наоборот, появился их приток. Небольшой, но все же. Теперь шанс на то, что я выстою, резко вырос.
Боясь, что бог воинов запросто сможет опять пальнуть лучами, я сотворил еще одну дубину и начал косплеить волчок, крутясь во все стороны, правда, ругаясь при этом обидным матом. Нет, кому-то песня строить и жить помогает, а мне вот мат. Каждому, как говорится, свое.
Не прошло и пары минут, как мужик с сулицей тоже растаял в воздухе, и ко мне пришла подмога. И вот тут Перуну пришлось совсем несладко. Сверху его долбил ворон, я был на острие атаки, а по бокам звери пытались попробовать его на зуб.
Наседая все сильней, я чувствовал, как в меня полилась сила и, быстро переполнив все внутренние резервы, стала требовать выхода наружу.
— Вместе! — услышал я голос в своей голове, и тут же мои звери превратились в меня, и в Перуна ударили четыре меня, каждый отдельной стихией. Огонь, вода, земля и воздух слились в одной точке в районе его груди. Яркая вспышка — и вот он растаял в воздухе, как и мои отражения.
— И пришла боль, — услышал я голос Велеса, и меня накрыло.
Казалось, в организме разом лопнули все кости, а потом начали заново срастаться, потом та же участь постигла мышцы и кожу. Мозги кипели, тело страдало, а дух корчился в муках. Я сходил с ума и в то же время четко осознавал происходящее.
Спустя миг, час или века я застыл на голой земле, не в силах пошевелиться.
— Ты прошел испытания и смог победить сам себя, перешагнув за грань, — сказал Велес, невозмутимо что-то пьющий с сидящим рядом Перуном.
— Себя? Я думал, с богом дерусь, -прохрипел я.
— Нет, ты дрался с собой. Я был лишь зримым воплощением для тебя, -ответил тот. — Молодец, я рад, что ошибся в тебе. А теперь тебе пора возвращаться, а то скоро женщину, что ты называешь своей матерью, убьют.
— ЧТО⁈ — заорал я, и мир вновь померк…
Глава 5
Глава 5