Я Гордый часть 7 (СИ)
— Вполне. И да, со всеми повторить этого не получится — максимум лайт-версия. Сил на это уходит много, и чтобы сделать все по максимуму, нужна моя молния. Но наши все через эту процедуру пройдут и даже отец.
— Он же не маг.
— Это неважно. Уверен, я смогу укрепить его тело, потому как воздействую именно на него, а не на источник. Поэтому нам надо поспешить во дворец, пока эликсир не испортился. Нашему гарнизону я его тоже дам — пусть усилятся. Все равно его много получилось.
— Значит, вы сейчас улетите? –загрустила Ольга.
— Ну, ты уже освоила щит Велеса. Пройдешь полный цикл тренировок — это месяц максимум займет, и все. Опять увидимся. Возвращаться вам во дворец пока не стоит.
— А что там? — напряглась она.
— Ничего. Но тут безопасней.
— Я не комнатная собачка, чтобы бегать от врагов.
— А с чего ты решила, что враги есть лишь там? Вам поручена своя миссия — охранять границу, чтобы никто не приблизился к Дикому Лесу. Именно там находится последняя скрижаль. Так что не переживай — без драки не останешься. С твоим новым рангом, думаю, будет проще.
— Новым?
— Ну да. Я ж тебя не просто за сиськи лапал, а поднял до князя.
— Круто. А что с мамой?
— А что со мной не так? — спросила та. Облокотившись на меня, она полулежа лениво пила квас и, кажется, мыслями была далеко отсюда.
— Ну, ты стала сильней? Красивей? Или что? О том, что у тебя напрочь отказали тормоза, и ты абсолютно голая лежишь, обнимаясь с сыном, я даже не говорю.
— Ой, доченька ревнует, — рассмеялась мама. — Я думала, школа у тебя выбила всю стыдливость.
— Не успела. И все же?
— Я стала сильней. Нет, не так — крепче. Уже сейчас кажется, что смогу в пальцах рельсу сплющить. Теперь мне понятно, почему Сергей такой сильный.
— Не угадала. Я эликсир на себе не применял, потому как физически этого сделать не могу. Так что моя сила — это исключительно заслуга правильного питания и зарядки по утрам. Так что, дамы — все читерские плюшки исключительно ваши. Если, как говорится, угощают, что ж не угоститься.
Вернемся домой, порадуем и остальных. После этого покушений можно не бояться — даже батя без защиты спокойно выдержит удар одаренной уровня князя. А уж про магов я и говорить не буду.
— Твой отряд весь через это прошел?
— Ага. Чуть не надорвался тогда. Но зато результат налицо. Против троих я, наверное, не рискну выйти — завалят и не посмотрят на все императорство.
— Теперь понятно. Ну что, доченька, пришла в себя?
— Да, мама.
— Тогда пошли — попарим нашего родного и любимого. Признаюсь, давно хотела отходить его по заднице, за своеволие и упрямство.
— Это не то предложение, мама, от которого отказываются. К тому же наши желания совпадают.
— Эй, вы чего? — попятился я назад, чуя задом, что по нему сейчас прилетит.
— Приятно хотим тебе сделать, -облизнулась Ольга, после чего резко выпрыгнула из-за стола и вцепилась в меня, подталкивая к двери в парилку.
Мама же, достав два веника, так ими взмахнула, что я прямо почувствовал всю их смертельную опасность. Но отступать некуда — позади Новгород…
В общем, отходили меня так, что я, несмотря на свою крутость, еле выполз обратно. Но было хорошо, что сказать. Дамы взялись за меня всерьез и напарили так, что сами еле стояли на ногах. Но восстановились быстро.
Потом мы прошлись по крепости, пообщались с гарнизоном, дали ценные указания, приказав удвоить бдительность.
Самый тяжелый разговор после этого случился с Ольгой, после того, как мы стали собраться обратно.
— Вы от меня что-то скрываете, -безапелляционно заявила она, преградив нам путь.
— С чего ты это взяла, родная? — выразил я удивление.
— Чувствую. Колитесь, а то не отпущу.
— Сергей собрался к наглам, — тут же сдала меня мама. И на хрена, спрашивается?
— Я с тобой…
— Нет, — жестко отрезал я. — Ты с сестрами останешься тут, и это не обсуждается. Ваша приоритетная задача — стать сильней, так и выполняйте ее. Прости, но вы еще слишком слабы, чтобы стоять за моим плечом. К тому же, как я и сказал, тут находится последняя скрижаль или руна. Захватят ее — и миру хана. Вот и будете ее защищать. Кому ещё, кроме вас, я могу это доверить? Вы моя… наша поддержка. Крепкий тыл не менее важен, чем все остальное. Так и обеспечьте его нам, чтобы, сражаясь, мы не переживали.
— Ты говоришь правильные вещи и умом я принимаю их, а вот сердцем… -ткнулась она мне в грудь лицом.
— Не надо за нас переживать и хоронить раньше времени. К тому же, это всего лишь разведка — не более. И я пойду не один — весь мой отряд будет со мной, а это такие звери… Ну, да ты сама все видела. На данный момент они сильней Старших, так что нет такой силы в этом мире, что могла бы их сломать.
Да и я не сижу на месте — вон, ранг императора взял. Так что не волнуйся и жди нас с хорошими вестями. Ну, и тренируйся, если не хочешь быть обузой. И девчонкам тоже скажи. Щит Велеса — это хорошо, но лучше бы вы еще и Длань освоили. Про остальное молчу — не успеете.
— Хорошо, я понимаю, — кивнула она.
Потом был долгий поцелуй, и вот мы с мамой уже стоим перед стенами крепости. Я приложил к ней руку, разливая эфир и чувствуя отклик старых камней. Они будто говорили со мной, рассказывая свою историю.
Странное дело! Человека уже нет, а то, к чему он приложил душу и знания, до сих пор стоит. Наверное, так с нами со всеми — никогда не знаешь, что запомнится после нашей смерти. Строителей пирамиды Хеопса знают лишь историки, и то не факт! У всех в голове только название мертвяка, которого там спрятали с глаз долой — Хеопса, его ети! Так же и всё вокруг нас. Вдруг мы на даче среди мусора находим кирпич, на котором с тысячи какого-то там «лохматого» года надпись: «Артель Леньки Свиридова». И ничего вроде существенного этот Ленька не сделал, а его клеймо на обгрызанном куске обожжённой глины рассказывает больше многих масштабных построек! Жил человек Свиридов, трудился. Смог не только руками, но и мозгами добиться немалых успехов в кирпичном деле. Нанял его управляющий князя или графа, чтобы усадьбу, разрушенную после немцами или «домовитыми» хозяйственниками, построить. Рядом с этим кирпичом проходили балы, где танцевали дамы в тяжёлых шикарных платьях и мужчины звенели шпорами! Всех их потомков, тех, кто лёг под пулями Гражданской войны, изменила Революция, перемешав по Европе со всяким сбродом. А кирпич… Тайком вытащенный из стены, он не пропал даром. Рядом с ним грелись, латая прорехи в бараке, потом, когда бараки снесли, он стал просто камнем на развалинах, который в конце восьмидесятых двадцатого века в общей куче строительного хлама привёз за «магарыч» местный шофёр из колхоза. Им подпирали кривоногий стол, о него спотыкались, идя ночью в туалет. Он просто лежал, забытый, годами в бурьяне… А теперь я держу его в руках и читаю имя хозяина артели, изготовившего этот кирпич. «Ну, здравствуй, Ленька Свиридов! Познакомились через столетие!»
Что мне чужие пирамиды и прочие нагромождения камней, когда рядом осколок души и надежд давно похороненного, но живущего в этом куске кирпича человека?
Так вот эти камни были для меня этим Ленькой Свиридовым. Я просил их уберечь близких мне людей, а они делились своей историей.
Спустя час, а может, и вечность, мы уже летим обратно в стремительно наливающемся ночью небе.
— Правильно все сказал. Пусть станут сильными, чтобы быть готовы к бою, -произнесла мама, крепко держась за меня.
— К бою? Ты о чем? Ни в какой бой я их не собираюсь отправлять. Пусть сидят тут и не высовываются. Мне так спокойней будет.
— То есть, ты ее обманул⁈
— Еще чего. Всю правду сказал — скрижаль важна, вот пусть и охраняют ее. Другое дело, что я уверен, к ней не полезут, но такое нельзя исключить до конца. Так что пусть не расслабляются. Но в реальный бой я их не пущу — ты сама понимаешь, что не потянут. Ну, и рисковать вашими жизнями я не намерен.
— Нашими? Не много ли ты о себе возомнил? — больно ущипнула она меня за бок. — Я воин и отсиживаться за спинами людей не буду.