Я Гордый часть 7 (СИ)

— Прямо все?
— Все самое дорогое. А дороже дочери у меня нет. Если бы твой сын…
— Кстати, я как раз насчет него и звоню. Мы тут заехали по пути в один из твоих городов. Нет, приняли нас неплохо, а вот потом приставать начали, ругаться и даже… Ты не поверишь, угрожали нам тюрьмой! Представляешь?
— КТО ПОСМЕЛ?!!! — взревел он, и его изображение появилось во весь рост, выведенное из браслета в виде голограммы. А вид он имел высокий, худой и с красными от недосыпа глазами. Одетый во что-то напоминающее кафтан, халат пурпурного цвета, накидку и штаны, он походил на богатого торговца, а не правителя большого государства. Впрочем, мы собирались его еще немного уменьшить.
— Вот этот вот, — неаристократично ткнула мама пальцем в почти спрятавшегося старика.
Тот смерил его взглядом, полным обещаний тысячи лет мучений, и тут же нарисовал на лице самую добрую улыбку.
— О госпожа моего сердца. Что я могу сделать, чтобы вы забыли про этот досадный инцидент? Про этого можете забыть. Я с ним лично поговорю и расскажу ему, как надо встречать дорогих моей душе гостей.
— Знаешь, а ведь я могу и вправду обо всем этом забыть, — демонстративно задумалась мама. — Ты же говорил про праздник? А какой праздник без подарка? Моему сыну приглянулся этот город — не хочешь ли ему его подарить?
— Подарить? — икнул от неожиданности он.
— Именно. Но и ты без подарка тогда не останешься. Мы снимем блокаду, отведем войска. Правда, контрибуцию все равно придется заплатить — тут моей власти нет, чтобы ее отменить.
— Все это ради какого-то городка? Да забирайте на здоровье! — воспрял сатрап. Правда, морда его все равно была кислой, но это не наши половые проблемы. — Когда намереваетесь вступить во владение?
— Сергей?
— Да пары дней, думаю, нам хватит, -сказал я, прикинув расклад.
— Через пару дней, — повторила мама, обращаясь к сатрапу. — Ну, и конечно же, ты понимаешь, чтоб никакой блокады или таможни. Мы собираемся превратить город в рай для туристов, в котором даже тебе не зазорно будет отдохнуть.
— За кого ты меня принимаешь, прекраснейшая? — притворно обиделся он. Вот точно так и собирался сделать, гад! — Никаких проблем не будет — слово даю. Сейчас отдам распоряжение и с этого момента город становится вашим. Я смог порадовать тебя, о бриллиант моего сердца?
— Вполне, Манчир. Кстати, дочку можешь вернуть в империю. Она же так и не доучилась. Препятствий с нашей стороны не будет.
— Ты мудра настолько же, насколько красива, — склонил он голову. — А вы — обратился он к старику и страже, — собирайтесь. Приказываю немедленно прибыть во дворец. Я вам найду тут новую службу.
— Повинуемся, Владыка наших жизней и душ!!! — раболепно упали они на колени, стукнувшись лбами об пол.
— Не прощаюсь, — улыбнулся он маме и сбросил звонок.
— Так, — обернулись мы на гостей, но старик уже включил турбо, и мы только и видели мелькнувший в дверях халат. Однако стража замерла, не двигаясь с места.
— А вы чего еще тут? — поинтересовался я.
— Ваше Величество, — видимо, старшая из них подала голос. — Мы хотели бы принести присягу на верность Российской империи.
— С чего бы это? — удивилась она.
— Вы позволите говорить откровенно, Ваше Величество? И увидев ее ободряющий кивок, выдала:
— Глупый Аббас не понял, что сатрап подписал нам всем смертный приговор. Мы были свидетелями его унижения и по приезду в столицу нас ждет смертная казнь. Бежать нам некуда, богатств мы не имеем, и единственная возможность сохранить наши жизни — это стать вашими слугами. Мы местные и знаем о городе все. Уверена, вам понадобятся тут преданные люди.
— Складно поешь… И кажется, доля истины в твоих словах есть, — сказал я. — Но думаю, ты не права. Старик все прекрасно понял и ставлю на то, что он уже мчится подальше от города. Вот только вряд ли он успеет. Скорей всего его уже схватили, предвидя подобное. Как и вас схватят, когда выйдете из нашего номера.
— Поэтому мы и хотим выйти отсюда, облеченные вашим доверием и с вашим гражданством.
 
— Согласны дать магическую клятву роду Гордеевых?
— Сынок, это слишком.
— Нормально, мам. Они сейчас спасают свои шкуры и ни о каком благородстве тут речи не идет. Хотят сохранить жизнь — пусть платят за нее. В конце концов, это они к нам пришли, как просители, а не мы к ним.
— Мы согласны, — переглянувшись с товарками, ответила стражница.
— Вот и чудненько, — потер я руки. — Ты займись ими, а я позвоню Пржевальским. Вот Паша обрадуется!!!
Отойдя в другую комнату, я набрал друга.
— Здаров, бро, как сам? Не занят? Отлично. В общем, так — хватай все свое семейство и летите в Аль Хатар. В аэропорту вас будет ждать дирижабль, который и доставит вас сюда. Встретимся тут. Что значит, зачем? Не скажу — сюрприз будет. Я всегда выполняю свои обещания и это одно из них. Какое? Скоро узнаешь. Все, хватит болтать — поднимайте свои задницы и тащите их сюда. Через десять часов жду. Пока-пока.
После этого я забронировал своей властью для них дирижабль, чтобы не возникло проблем.
Отключившись, я пошел обратно. Наших гостей уже не было, а мама сидела и задумчиво ковырялась в браслете.
— Ну, что, мы идем на пляж или день пропал?
— Идем, конечно, — подскочила она. — Я тут присмотрела прекрасное и очень живописное место, где можно отлично позагорать в полном уединении. А то мне не нравятся белые полоски на загорелой коже.
— Зато они очень нравятся мужчинам.
— Да? Не знала. Как-нибудь проверю на твоем отце. Но не сейчас. Хочу быть красивой шоколадкой, чтоб все завидовали.
— Так тебе и так все завидуют. Вон как сатрап слюнями исходил.
— Грубый мужлан, у которого одно на уме.
— Бабы?
— Власть. А это так скучно и неинтересно.
— И это мне говорит императрица России…
— Нет, это тебе говорит женщина. Власть для мужчин, а нам подавай романтику и кофе в постель.
— Экие вы загадочные существа. Будто с другой планеты прилетели, — засмеялся я выходя следом за ней.
Гостиничное такси люксового класса с ветерком домчало нас до закрытого пляжа. Огороженный высоким забором, еще и защищенный магией, он был разделен на зоны, чтобы отдыхающие не пересекались друг с другом.
Заплатив грабительские три тысячи динаров, мы прошли внутрь, где девушка, чья одежда состояла из тоненьких веревочек, почему-то считающих себя купальником, проводила нас в свободную часть. Пока шли, она кокетливо кидала на меня взгляды, вертя своей упругой и загорелой попкой все сильней. И в такт ей у меня все вертелось в штанах и, кажется, даже начала капать слюна.
— Понравилась? — спросила мама, располагаясь на лежаке.
— Да мне сейчас все нравятся. В голове только и мысли, что о всяких пошлостях.
— Это в тебе говорит бушующий источник.
— Нет, это во мне говорит воздержание, потому как я хочу всегда, но обычно контролирую это. Но сейчас сложно. Еще и ты тут ходишь в таком виде, который только папа может видеть.
— Ты так говоришь, будто в школе не учился и не привык себя сдерживать.
— В школе — это одно. Там была жёсткая необходимость, поэтому все мысли об этом я загнал так глубоко, что думал, не достану потом. А сейчас такой нужды нет, вот организм и бунтует.
— Так притащи ее сюда и развлекись. Обещаю, я ничего никому не скажу.
— Мам, вот на что ты меня толкаешь⁈
— Все верно. Я твоя мама и очень переживаю за твое здоровье. К тому же, ты ей явно понравился, так что даже ломаться не будет.
— Нет, не хочу. Говорят, воздержание тоже полезно. И вообще, я пошел купаться.
Скинув с себя одежду, я ринулся в воду и, подкинув себя воздухом метра на два, идеально в нее вошел. Водичка оказалась вполне себе комфортной, чистой, с медленным течением. Пофыркав как тюлень, я создал водяной матрас, сделал ему привязку к берегу, чтобы не уплыл, после чего он принялся меня катать на себе, а я, закрыв глаза, улетел в нирвану.
Поэтому и не увидел, как в небе показался просто огромный огненный шар, который, на миг зависнув, рухнул вниз, буквально затопив пляж в раскаленном добела пламени…