Плата за молчание

- Есть, господин директор. Утром я сразу же свяжусь с адресным столом и получу у них сведения обо всех Польманах.
Сделать этого обер-комиссар Брейтер не успел. Одним из первых посетителей франкфуртского полицей-президиума утром 2 ноября 1957 года был 36-летний представитель торговой фирмы Хейнц Кристиан Польман.
- Кто занимается делом об убийстве Нитрибитт? - осведомился он у дежурного вахмистра.
И тому пришлось позвонить по трем телефонам, прежде чем дать ответ, так как история еще широко не распространилась.
- Пройдите на третий этаж, - сказал вахмистр. - Комната 356, обер-комиссар Брейтер.
Обер-комиссар уставился на Польмана, как на привидение.
- Так это на самом деле вы?
- Как так? - оробел Польман. - Вы меня ждали?
- Ну, не совсем, - невольно усмехнулся Брейтер. - Но если бы вы не пришли, я, несомненно, уже очень скоро был бы у вас. Однако садитесь.
Польман опустился на предложенный ему стул, подтянул на коленях свои аккуратно выглаженные брюки и собрался было заговорить. Но Брейтер снял уже телефонную трубку и, набирая номер, сказал:
- Извините, я должен уведомить моего начальника. Я думаю, ему надо присутствовать при нашей беседе.
- Ничего не имею против, - ответил Польман и достал портсигар.
Брейтер пододвинул ему пепельницу и, сообщив Мершелю, что пришел господин Польман, объявил:
- Он сейчас зайдет. Так что же вас к нам привело, господин Польман?
Польман положил в пепельницу едва начатую сигарету:
- Хм, похоже, вы сами уже знаете. Поводом к моему визиту явилось убийство фрейлейн Нитрибитт. Я прочел об этом сегодня утром и, так как я очень хорошо знал ее, счел своим долгом тут же прийти к вам. Я подумал, что смогу, пожалуй, быть вам полезен. Мы были довольно долго знакомы…
Вошел обер-комиссар Мершель. Польман, поднявшись, представился. Брейтер пояснил начальнику:
- Господин Польман хороший знакомый Нитрибитт. Он прочел сегодня в газете о случившемся и сразу явился к нам, полагая, что может быть полезен следствию.
- Очень любезно с вашей стороны, - одобрительно отозвался Мершель и, предложив Польману снова сесть, сам устроился поодаль, чтобы можно было незаметно наблюдать за посетителем.
- Смерть фрейлейн Нитрибитт очень меня потрясла, - объявил Польман торжественным, почти проникновенным тоном.
Брейтеру пришлось сделать над собой усилие, чтобы изобразить дружелюбие и сочувствие. Человек этот ему не нравился: он был слишком патетичен, слишком слащав. В нем было что-то от тех мужчин, которые посещают особые бары - такие, где присутствие женщин нежелательно. Брейтер не ошибся. Когда в ходе дальнейшей беседы Мершель спросил Польмана, была ли у него с Нитрибитт любовная связь, Польман откровенно ответил, что женщины его не интересуют.
Разговор продолжался почти час. Польман подробно рассказал, как больше года назад случайно познакомился с Нитрибитт у бензозаправочной колонки и как затем они сделались добрыми приятелями. Он не скрыл, что знал, чем Нитрибитт занимается, и был в курсе ее дел.
Обер-комиссар Мершель поинтересовался, известен ли ему круг ее клиентов, но, когда Польман ответил, что знает имена большинства ее постоянных посетителей, быстро переменил тему:
- Скажите, господин Польман, когда вы последний раз видели фрейлейн Нитрибитт?
Ответ разочаровал руководителя комиссии по расследованию убийств. Объяснение Польмана в точности соответствовало показаниям Эрны Крюгер. Придя к Нитрибитт 29 октября в 15 часов, он застал еще конец ссоры из-за разбитой вазы и присутствовал также при том, как Нитрибитт объявила фрау Крюгер об увольнении. Слово в слово, как если бы они сговорились заранее, повторил он рассказ прислуги.
- Так, господин Польман, ну а что же было потом, после ухода фрау Крюгер? - спросил Брейтер, когда Польман сделал паузу, чтобы закурить новую сигарету (уже шестую, как отметил про себя обер-комиссар Мершель).
- Рассказывать со всеми подробностями?
- По возможности да. Все, что вы помните.
- Значит, так. Когда фрау Крюгер ушла, Рози предложила: «Налей по рюмочке, Польманхен». Она звала меня «Польманхен».
 
Брейтер перебил его:
- Ну, не настолько подробно, господин Польман. Рассказывайте лишь то, что может иметь связь с после дующими событиями, то, что важно!
- Но это важно, господин комиссар! То, что Рози предложила мне выпить, необычно. Она была почти болезненно скупа, и я всякий раз должен был просить ее, если мне хотелось опрокинуть рюмочку.
- Ну ладно. Значит, она неожиданно предложила вам выпить. Почему?
- Она сказала, что после всех неприятностей последних дней ей необходимо глотнуть вина.
- Она имела в виду неприятность с Крюгер?
- Нет, об этом она уже и не думала.
- Какие же еще были у нее неприятности?
Прежде чем ответить, Польман загасил окурок и опять зажег новую сигарету. Действительно это бросалось в глаза. Мершель в уме деловито вел счет окуркам.
- Что ее расстроило, она мне так и не сказала. Мне думается, она была даже не столько расстроена, сколько испугана. Уже за пару дней до того она позвонила мне и сказала, что ей нужно срочно поговорить со мной и что она опасается за свою жизнь.
- Ну нет! - невольно вырвалось у Брейтера.
- Представьте. Я передаю вам ее собственные слова. Но тогда я тоже, как вы сейчас, не принял их всерьез. Подобное никак не вязалось с нею.
- Кто угрожал ее жизни? Хоть это-то она вам сказала?
- Нет. Мы едва успели выпить с ней по рюмке виски, как зазвонил телефон. Один из ее клиентов предупреждал, что сейчас приедет.
- Сказала она, кто звонил? - перебил Польмана
Мершель.
- Да. Это был Вельдман. По-моему, он крупный фабрикант. Потому она и не могла ответить отказом.
Брейтер хотел подробнее расспросить об этом крупном фабриканте, но Мершель его опередил.
- И что же, Вельдман действительно приехал?
- Да, не прошло и десяти минут, как он явился. Я вынужден был спешно укрыться в кухне, чтобы он меня не заметил. Абсолютное сохранение тайны клиентов было
главным принципом Рози. Вот так и вышло, что она не успела рассказать мне, кого она боится.
- Но, должно быть, не этого Вельдмана? Иначе она не приняла бы его или не отпустила бы вас.
- Совершенно согласен с вами, господин комиссар!
То, что Польман видел фабриканта Вельдмана у Нитрибитт, не понравилось Мершелю: Вельдман был во Франкфурте весьма почтенной личностью.
- Вы сказали, что Нитрибитт отослала вас в кухню, чтобы Вельдман вас не заметил. Но как же вы собирались незаметно выйти из квартиры? Бесшумно закрыть за собой входную дверь вы не могли.
- На сей счет у нас давно существовал уговор. Ведь частенько случалось, что при мне к Рози кто-нибудь приходил. В таких случаях она просто кричала: «Эрна, не забудь, пожалуйста, перед уходом занести мне хлеб».
Для меня это был сигнал, что пора идти, а посетитель думал, что дверь захлопнулась за прислугой.
Развеселившийся Брейтер не удержался от вопроса:
- Известно вам, сколько платили господа кавалеры за такие визиты?
Польман, кажется, счел вопрос бестактным, однако ответил:
- От пятисот до тысячи марок. Иные же просто делали дорогие подарки. Это было весьма индивидуально.
- В котором часу вы ушли? - спросил Мершель.
Польман немного подумал:
- Должно быть, около половины четвертого.
- А что вы делали потом?
- Поехал на своей машине домой.
- Какая у вас машина?
- «Форд-15», типа «универсал».
- Какого цвета?
- Светло-серого. - Он кивнул в сторону окна: - Можете удостовериться сами. Машина стоит возле управления.
Мершель слабо улыбнулся.
- Незачем, мы вам и так верим. Но не скажете ли вы нам, когда вы приехали домой и кто может это подтвердить?
Один миг казалось, что Польман собирается протестовать по поводу превращения беседы в допрос. Однако он сдержался:
- Самое позднее в четыре часа. По дороге я купил еще сигареты и вечернюю газету, но в четыре уже был дома.