Рождение Колдуна. Первый Том и Второй Том (СИ)

Сорвавшаяся с левой, свободной руки мага молния развеяла едва зародившийся на ладони колдуна огненный шар и расплескалась о серебристую плёнку щита, заранее заготовленную Максом. Парня тряхнуло и он сделал несколько шагов назад, и в этот момент его противник выпустил, наконец, первый заготовленный козырь — венец желтых молний, что потянулся к юному колдуну.
Заклинание явно было чем-то на пределе третьего ранга, и Макс был уверен — если бы не стимуляторы, его противнику бы подобные чары не покорились. Однако в бою сослагательные наклонения неуместны, и потому ему пришлось потратить часть сил из тщательно сплетаемого заклинания, которым он планировал поставить в этом бою точку.
Пригорошня крови вылетела из руки парня, которой он коротко, без замаха взмахнул ещё даже до того, как враг выпустил молнии — чувство опасности и видение потоков энергии в ауре оппонента вовремя подсказали ему, что сейчас будет нечто серьёзное. Кровь же взялась прямо из пор — как ученик Сан Саныча, одной из основных специализаций которого и являлась магия данного направления, парень умел добывать из себя и использовать драгоценную алую жидкость.
Суть магии крови была как раз в том, что чародей, её использующий, отдавал часть своих жизненных сил и кусочек ауры, использую их как топливо, и получал большой силы заклятия. Существенным минусом было то, что после применения подобной магии требовалось немало времени на полное восстановление, дни, недели а иногда и месяцы — в зависимости от количества использованной крови. Плюс сложность использования и изучения этого искусства, требовавшего особенно хорошего контроля над своими силами, что бы случайно не навредить себе сверх необходимого или не растратить полученную энергию впустую.
Алое сияние, обернувшись овальным щитом, приняло на себя могучий удар и полностью его погасило, затем юному колдуну пришлось поставить стихийный щит от десятка воздушных пуль и парочки лезвий той же стихии — заклинания первого и второго ранга враг применял легко и играючи.
Удар меча встретился с подставленным клинком Макса, но вот вражеское колено оказалось неприятным сюрпризом, отшвырнувшим его почти на самый край арены. Запасы энергии у обоих бойцов уже начинали подходить к концу, а потому враг принялся просто и бесхитростно обстреливать его со всех сторон экономными в плане маны лезвиями и пулями и одновременно бить мечом, не давая и шанса на контратаку.
Вот только Макс даже не пытался бить в ответ. Сейчас его сознание, восприятие и вся его сущность были сосредоточены на двух вещах — защититься от вражеского натиска и сплести, наконец, сеть огня и крови — заклинание, что, вообще-то было вполне себе третьего ранга, и без стимуляторов и применения магии крови парню было пока недоступно.
Все звуки внешнего мира словно отсекло. Парень видел, что враг почти закончил какое-то сложное заклинание, и понимал — отбить этот удар он уже не сумеет, а потому спешил как мог. Его противник, к сожалению, тоже умел делать несколько дел разом и явно если не видел по ауре, так догадывался точно, что колдун готовит ответ. Всё решала скорость плетения чар — и когда на врага с трёх сторон упали алые, метра по четыре в диаметре, пылающие огнём сети, Макс торжествующе ухмыльнулся. Он успел первым.
Длинный, прямой и обжигающий луч света сорвался с кончика клинка мага третьего ранга за миг до того, как сети окончательно сомкнулись вокруг него. Переднюю сеть разорвало на куски, и луч продолжил своё движение, но столкновение заклятий дало юному колдуну тот самый, столь необходимый миг, что бы что-то сделать, и он, ни на миг не задумываясь и доверившись интуиции рухнул плашмя прямо там, где стоял.
Луч света под тридцать сантиметров диаметром пролетел над ним, играючи развеяв его защиту и опалив кожу на спине, но уже через пять метров заклятие врезалось в заранее установленный защитный барьер, ограждавший зрителей, и развеялось.
Алексей Симонов же в отчаянно боролся с опутывающей его магией. Потоки воздуха и электричества текли по его телу, кое-как защищая хозяина, да и тот факт, что одна из сетей была уничтожена, ослабил атаку почти на треть, но даже с учетом всего этого ни сдвинуться, ни развеять оставшиеся две части заклинания маг был совершенно не в силах.
 
Макс, вскочив на ноги, кинулся к полусогнутому от напряжения врагу. Скорее всего, его заклинание бы так или иначе само бы справилось, но скорее всего штука такая... Сан Саныч не раз повторял — никогда не останавливайся, пока не приложишь абсолютно всех сил для достижения результата. Пока не провериш этот результат и не будешь в нем абсолютно уверен. И потому клинок Макса рухнул на голову мага — раз, другой, третий...
На четвёртый удар что-то могущественное словно опустилось на арену, играючи останавливая руку колдуна и развеивая его чары, что почти прогрызли защиту мага.
— Победитель — Кулаков Максим, — объявил Михалыч. — Бой остановлен, так как следующий удар сего юноши стал бы фатальным для его оппонента. Есть возражения по поводу результатов дуэли?
— Я мог продолжать! — возмущенно просипел Симонов, с трудом вставая на ноги. 
— Да не пизди, — крикнул кто-то из зрителей, и вся толпа разразилась хохотом и улюлюканьем. 
Всё же победа своего, жителя Михайловки, над приезжим магом, не могла не радовать горожан. А уж вольная солянка из ведьмаков, эсперов и магов с колдунами точно не та публика, которая стала бы бояться выразить своё отношение — по какому-бы то ни было вопросу. 
  
Глава 13
 
Шагая по заснеженному полю, Макс в очередной раз поминал недобрым словом тот момент, когда решил срезать путь. Сказано же было — два с половиной, максимум три часа по дороге и он доберётся до нужного хутора. Но юный колдун, поглядев на карту, решил срезать через лес. Рассуждал он тогда следующим образом — через лес дороги максимум на час, а сугробы и глубокий снег не страшны колдуну третьего ранга, одним из направлений развития которого являлась стихия воздуха. Что же, как показала суровая реальность — резерв даже такого талантливого одарённого как он отнюдь не бесконечен, а оттого проделать весь путь по воздуху не стоило даже надеяться.
Периодически проваливающийся по шею, а иногда и вовсе с головой уходящий под слой белого покрывала, покрывшего землю, колдун был неимоверно зол. Не добавляло настроения и нескрываемое злорадство его спутника — трёх с половиной метровый оборотень в зимнем лесу не испытывал никаких неудобств. Так, где Макс уходил под снег с головой, монстр максимум проваливался по пояс. Да и то подобное случилось лишь дважды, в самом начале пути, ибо здоровенный обитатель диких земель быстро приноровился определять глубокие места.
— Ну давай ты впереди пойдёшь, а? — устало предложил молодой путник. — Мы так вечность добираться будем. Не думаю, что тебе охота со мной по лесам таскаться — ни жратвы, ни питья, да и холод собачий... Ну чего тебе стоит, зверюга ты злобная?!
— Нет, — коротко ответил оборотень хриплым, низким голосом. И в это короткое слово существо умудрилось вложить всю степень испытываемого им презрения и насмешки по отношению к своему куда менее рослому спутнику. — Сам выбрал дорого — сам веди. Сусанин х-херов...
— Так ты разговариваешь! — аж остановился от удивления юный колдун. — Какого хрена? Я думал, вы так только в человеческой форме можете!
На это его мохнатый спутник лишь раздраженно фыркнул и, сделав шаг вперёд, как бы случайно задел парня боком, отчего тот улетел в ближайший сугроб.
С проклятиями и матом парень, в очередной раз использовав воздушную ступень — заклинание третьего ранга, уплотняющее воздух под ногами заклинателя — принялся выбираться. Он бы с радостью прошагал весь путь, используя эту магию, однако крепко помнил наставления всех, кто провожал его на первое самостоятельное задание — в пути нельзя тратить больше трети сил, ведь в случае боя сил отбиться может банально не хватить. Об этом говорил его наставник, это же ему повторил узнавший о планах его учителя Юрий Михайлович во время последнего их занятия по пирокинезу, говорила Анжела, говорил Никита Сердюков, один из учеников мэра города, что стал ему неплохим приятелем после памятного поединка в центре города... В общем, все те, к чьему мнению он прислушивался в один голос твердили — тратить ману, если ты не в полностью защищенном городе или ином убежище, можно лишь в крайнем случае, ведь даже здесь, на внутренних территориях вокруг Михайловки, даже у крупных отрядов всегда был риск нарваться на монстров. А уж у одиночных спутников вроде него и его спутника этот риск превращался почти в гарантию.