Изменяя правила (ЛП)
Отрицательно качаю головой, не в силах говорить. Он касается моего живота, затем с хриплым вздохом проводит рукой вниз. Стягивает с меня трусики и входит пальцем. Я настолько сухая, что ему приходится плюнуть на палец, прежде чем засунуть тот обратно между моих бёдер.
Меня сотрясает рыдание:
— Прости меня.
Он заставляет меня раздвинуть ноги, трахая пальцами.
— Тебе правда жаль?
Горькие слёзы заливают лицо.
— Да.
Но не потому, что я пыталась убежать от него.
А потому что не смогла.
И потому что Бет заплатила за мою ошибку.
Неправильно истолковав мои слова, Иноуэ-сама поворачивает меня к себе. Нажимая на плечо и зажав мой подбородок между пальцами, он заставляет меня встать на колени. Под невозмутимым взглядом двух мужчин, охраняющих нас, расстёгивает брюки и проводит членом по моему лицу.
— Покажи мне, как тебе жаль, Цветочек.
Приближает член к моим губам, и я вбираю его в себя.
У Иноуэ вырывается стон, потрясая меня до глубины души.
Иноуэ-сама поднимает мой подбородок так, что я вынуждена смотреть на него. Он несколько раз двигает бёдрами, пока не находит идеальный угол. Горло сжимается, заставляя его наслаждаться ещё больше.
— Да, вот так.
Я упираюсь руками в его бёдра, пытаясь оттолкнуть. Бесполезно, он сильнее и решительнее меня. Я кашляю, когда он входит слишком глубоко. Умоляю его глазами, но он не останавливается. Он прижимается к моим щекам, тянет меня за волосы. Увеличивает ритм и силу своих толчков. Он снова стонет, громче.
И кончает — мне в рот, на моё лицо.
Оргазм, что его сотрясает такой неистовый, мне кажется, он никогда не закончится.
Придя в себя, Иноуэ-сама застёгивает брюки и помогает мне встать. Носовым платком вытирает моё лицо, бормоча слова благодарности. Мой паспорт до сих пор там, на столе. Мысленно я представляю, как хватаю его, ускользаю от наблюдающих за нами мужчин и убегаю как можно дальше.
Я должна это сделать.
Но я не двигаюсь ни на миллиметр.
«Потому что не могу».
Пальцы Иноуэ-сама переплетены с моими.
Как и наши судьбы.
Он целует мой висок, лицо. Убирает от лица мои волосы.
— Не плачь, мой Цветочек. Я здесь, с тобой. Я никому не позволю причинить тебе боль или отнять тебя у меня.
Его язык пробует мои губы на вкус. Неспешно раздвигает их, пока не погружается в мой рот, делая своё обещание ещё более реальным.
Неважно, как сильно я стараюсь. Неважно у кого прошу о помощи.
Он не отпустит меня.
Никогда.
Глава 1
Глория
Сиэтл, настоящее время
Я не встречала того, кто любил бы дождь.
Люди обычно связывают его с негативными или раздражающими ситуациями, такими как бессонные ночи или мокрая одежда, но дождь — это нечто гораздо большее. Это питание, жизнь. Надежда.
Я сижу у окна и глубоко вдыхаю запах дождя. Ледяной ветерок обдувает лицо и голые руки. Мне холодно, но я не двигаюсь. На самом деле, я улыбаюсь. Утро — моё любимое время суток. Мне нравится просыпаться рано и наблюдать, как загораются огни зданий, как расцветает жизнь. Небо начинает проясняться. Скоро улицы заполнятся людьми, у каждого из которых есть своя история и место, куда можно пойти.
В задумчивости я массирую шею.
Интересно, куда пойду сегодня я. Что буду делать.
Смогу ли не думать о нём.
Стискиваю чуть сильнее зубы. Говорят, — время лечит раны, но это не так. Синяк на лице или сломанная рука заживают быстро. А вот опустошённая душа — нет. Когда что-то сломано внутри нас, восстановить это невозможно.
Вот такая я: красивая снаружи, сломанная внутри.
Вот почему меня приютил Рулз.
Генеральный директор Rules Corporation гордится тем, что он холодный и аморальный человек, но он поддержал нас с Джейком, когда мы оказались на самом дне жизни. Рулз дал нам убежище, шанс и цель. И сделал это не из милосердия, скажу прямо. За свою защиту я заплатила дорого, но Рулз никогда не выталкивал меня за пределы моих возможностей и ни к чему не принуждал.
Я выбрала всё, что последовало дальше.
По крайней мере, так я себе говорю.
Подавляя дрожь, я кутаюсь в шёлковый халат и бросаю взгляд на соседнюю комнату. Мой сын ещё спит. Несмотря на то что он один из самых высоких детей в классе, в кровати его фигура кажется крошечной. Он улыбается, словно видит во сне что-то прекрасное.
Я бы тоже хотела улыбнуться, но вместо этого меня потряхивает.
Потому что знаю, — этот момент не продлится долго.
Рано или поздно он нас найдёт.
И захочет вернуть его.
А я не смогу ничего сделать, чтобы спасти сына, разве что снова попытаться убежать. Ещё дальше. Не оглядываясь назад.
Я продолжаю пребывать в задумчивости, когда раздаётся звонок мобильного телефона. Как только читаю имя человека, от кого идёт вызов, вздыхаю с облегчением.
— Мистер Рулз! Я рада…
— Никаких любезностей, Глория. — Тон резкий, сердитый. — Тебе нужно приехать в Rules Corporation. Немедленно.
Я отодвигаю телефон на достаточное расстояние, чтобы посмотреть время. Это не редкость, когда Рулз звонит мне с требованием приехать к нему, но никогда не вызывал так рано.
— Сейчас семь утра…
— Полчаса, ни минутой позже.
Прежде чем я успеваю ответить, он сбрасывает звонок. Я снова вздрагиваю, и не только потому, что дождь за окном превращается в настоящую грозу, но и потому, что в прошлый раз, когда Рулз вызвал меня так срочно, я вышла из его кабинета на трясущихся ногах и неприятным ощущением, что меня использовали.
С тех пор он мне больше не звонил.
Насколько я знаю, Рулз обратил своё внимание на другую женщину: брюнетку с пышными бёдрами и лицом стервы. Я не думала, что его интерес продлится дольше нескольких дней, но как ни странно, они вместе уже несколько месяцев. Они вместе работают. Все газеты обсуждают их историю, почти как в сказке.
«Чушь собачья».
Шэрон Аллен — не современная Золушка и не хороший человек. Она профессиональный хакер, а Рулз — генеральный директор одной из богатейших компаний страны. Они встретились не случайно. В лучшем случае она бросит его, как только лишит всего. Но в худшем… Я дрожу от ярости, думая о том, какой ущерб она может ему нанести. Экономический ущерб, ущерб имиджу и, возможно, даже хуже. Несколько раз я была в шаге от того, чтобы сообщить о ней властям, но меня всегда останавливала благодарность к Рулзу.
Он никогда не простил бы мне предательства.
Так же, как меня не простил он.
— Мама…
Голос Брайана притягивает моё внимание. Плотнее запахнув халат, я иду в спальню и сажусь на кровать. Глажу сына по голове.
— Ещё рано, милый. Ты можешь поспать немного, если хочешь.
Он трёт глаза.
— Я слышал, как ты говорила…
— Рулз попросил меня заехать к нему. Прости, но сегодня я не смогу проводить тебя в школу.
— Ничего страшного. — Он зевает и трётся головой о мою руку. — Я уже большой мальчик. Могу пойти один.
— Горжусь тем, что я твоя мама, — сказав, я целую сына в макушку.
— А я, что твой сын.
Я выхожу из спальни и прикрываю дверь, чтобы ему не мешал свет. Перед уходом готовлю Брайану завтрак и проверяю, включён ли будильник. Запираю дверь на тройной замок и вызываю такси.
В Rules Corporation приезжаю в семь сорок, немного позже, чем меня просили. Кроме охранника у входа, там по-прежнему никого нет. Я захожу в лифт и быстрым шагом направляюсь к офисам. А как только вхожу в кабинет Рулза, он сурово отчитывает меня.
— Ты опоздала.
Я кривлю губы, раздражённая не столько его тоном, сколько присутствием женщины, которой он меня заменил.
Шэрон Аллен одета просто — белый джемпер, джинсы и поношенные кроссовки. Рулз, напротив, безупречен в своём сером костюме с галстуком в тон. Тёмные волосы аккуратно зачёсаны назад, лицо свежевыбрито. Когда наши взгляды встречаются, у меня скручивает живот. Я привыкла к тому, что при взгляде на меня его глаза пылают желанием.