Тихие Клятвы (ЛП)

Я отодвинул свой стул под углом так, чтобы оказаться лицом к лицу с Ноэми.
Наконец-то мы были одни.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Мое сердце билось так же быстро и трепетно, как крылья бабочки.
Коннер смотрел на меня. Изучающе. Выжидающе. Мне нужно было отодвинуть стул и встретить его взгляд, как нормальному, разумному человеку, но мое тело не поддавалось. Я не знала, чего хочет от меня этот человек, и мне было страшно это узнать.
— Ты не должна быть романтиком, если согласилась на это. — Его замечание задело нервы, пробившись сквозь мое туманное состояние шока.
Я взяла блокнот, который оставался нетронутым на протяжении всего ужина, и нацарапала свой ответ. Иногда я пользовалась телефоном, чтобы набирать сообщения, но предпочитала блокнот. То же самое было, когда я читала книги. Мне нравилось чувствовать бумагу под пальцами, а не устройство.
Оттолкнув стул, я протянула свое сообщение и наконец встретилась с ним взглядом.
Мне не говорили о договоренности до твоего приезда.
Его стоическая маска на секунду дрогнула. — Это правда? И все же ты просидела весь ужин без жалоб. — Два бассейна бурной лазури изучали меня с таким вниманием, что я съежилась на своем месте.
Перевернув страницу, я снова принялась писать.
Какой у меня был выбор?
Я не знала, о чем думала, будучи такой честной. Если бы он сказал моему отцу, что я оспариваю помолвку, у меня было бы столько проблем. Мне нужно было быть более осторожной, но он, казалось, притягивал мою дерзкую сторону. Сделал меня безрассудной и эмоциональной.
Коннер пожал плечами, обратив мое внимание на то, как хорошо сидит костюм на его широких плечах. Он был атлетически сложен и высок. Когда он впервые помог мне сесть в кресло, он возвышался надо мной на целый фут. При росте пять футов два дюйма это не было необычным для меня, но каким-то образом его пугающее присутствие еще больше подчеркивало его рост.
— А если бы я сказал, что у тебя есть выбор прямо сейчас? Ты можешь сказать слово, и я все отменю. — Его ответ ошеломил меня. Я не ожидала, что он даст мне выход, но я не была уверена, насколько искренним он был. Его слова говорили об одном, а вспышка гнева в его глазах — о другом. Для человека, который обычно излучал спокойствие, я почувствовала, что он был взбешен.
Почему его предложение отказаться так расстроило его? И почему моей первой реакцией было возразить? Хотела ли я выйти замуж за этого человека? Я не могла знать ответа на этот вопрос. Я не знала его достаточно хорошо, чтобы составить мнение, кроме того, что он преступник. Человек, выкованный в тех же условиях, что и мой отец. Я не хотела этого для себя, но это может быть побег от отца, о котором я молилась.
Я была так чертовски растеряна. Я не знала, что думать, и не думала. Я поверила своему чутью и медленно покачала головой из стороны в сторону.
— Нет? Ты хочешь сказать, что готова пройти через это?
Я кивнула, мой взгляд был непоколебим.
Я не была уверена, знает ли он об этом, но все его тело немного расслабилось. Он был доволен. Мое сердце исполнило забавный танец от осознания этого.
— Тогда я предлагаю вот что. Никто из нас не ожидал, что окажется в таком положении, но нет причин, по которым мы не можем извлечь из этого выгоду. Что — то вроде профессионального соглашения. Наши семьи получат свой союз. У тебя будет статус и безопасность, при этом вмешательство в мою жизнь будет минимальным.
Профессиональное соглашение? Что это вообще значит? Как бы я отнеслась к браку только по названию? Ожидал ли он секса? Детей? Насколько профессиональным будет этот брак?
Должно быть, он увидел настороженность в моих глазах, потому что его собственные потемнели. — Я не собираюсь трахать тебя против твоей воли, Ноэми. Мне не нужно принуждать женщину к сексу, когда многие другие дают его свободно.
 
Я вздрогнула от его замечания. Он не говорил грубо, но реальность того, что он предложил, была настолько отталкивающей, что я не смогла сдержать свою внутреннюю реакцию. Я ненавидела идею брака без любви. Муж, который спит со всеми, кроме меня. Даст ли мне такую же свободу? Может быть, если бы мы жили отдельно и у меня были бы свои собственные отношения, это было бы не так трудно терпеть.
Я заглянула в его глаза и попыталась угадать его ответ на мой следующий вопрос, прежде чем нерешительно взяла в руки блокнот.
Что, если я хочу завести любовника?
Я знала, как устроена эта мафия, будь то ирландская или итальянская. Они не любили делиться, и уж точно не хотели позволять своим женщинам блудить, но если я собираюсь терпеть позор от изменяющего мужа, я должна хотя бы немного развлечься сама.
На его челюсти заиграли мускулы. — Я полагаю, что все должно быть по-честному, но… — Он наклонился вперед так близко, что я почувствовала его запах — дорогого одеколона, вина и мужественности, настолько сильной, что ощутила ее между ног. — А ты не думала о том, что он тебе может и не понадобиться?
Я едва могла дышать, когда он был так близко. И в то же время мне хотелось уткнуться лицом в его грудь и вдыхать, пока голова не поплывет от его запаха.
Чертовы гормоны. Я внутренне встряхнулась и сосредоточилась на том, что он сказал.
Что он имел в виду? Что я могу быть одной из его многочисленных шлюх? Что я могу использовать его, чтобы утолить свой зуд и не чувствовать себя опустошенной, когда он уходит к другим женщинам? Меня оскорбил этот намек. Я хотела быть с мужчиной, который хочет меня, а не просто использует для секса. Но если бы я была замужем за Коннером, разве это было бы возможно? Какой благородный, любящий мужчина будет поддерживать отношения с замужней женщиной? И как я могла с чистой совестью вступать в отношения с мужчиной, помимо физических, когда я знала, что связана с другим?
Вся ситуация казалась невозможной. Разочарование переросло в раздражение.
Я сидела на своем месте и писала.
Сомневаюсь.
Его веки опустились до половины мачты. — В чем ты сомневаешься? В том, что ты хочешь секса или в том, что я могу удовлетворить твои потребности? Потому что я буду рад доказать, что ты ошибаешься в обоих случаях.
Я почувствовала, как его взгляд скользит по моей груди и вниз по телу, словно физическое прикосновение. Это заставило меня почувствовать себя уязвимой. Как будто этот мужчина мог получить от меня все, что захочет, и оставить от меня лишь оболочку женщины. Я должна была быть сильной. Я не могла позволить ему думать, что я слабая и податливая. Мой отец уже контролировал все аспекты моей жизни. Я не хотела создавать такой же прецедент со своим будущим мужем.
Секс с женой? Как я могу отказаться от такого романтического предложения?
Его глаза сверкнули, затем потемнели. — Ты спросила о любовнике. Я полагал, что мы говорим о сексе, Ноэми, а не о любви.
Это слово на его губах, сопровождаемое моим именем, пронеслось по моим венам. Этот мужчина был воплощением греха. Искушение и опасность так переплелись, что их невозможно было разделить. Что бы значило быть связанной с таким мужчиной, как он? Разбитое сердце. Безумие.
А если бы я отказалась? Как отреагирует мой отец?
Страх, не похожий ни на один из тех, что я знала, крепко сжимал мое горло.
Я могла бы закончить жизнь с разбитым сердцем, но, по крайней мере, с Коннером я была бы жива. Насколько я могла судить, лучше всего было бы выйти за него замуж, но держать свое сердце под надежным замком. Тогда я буду свободна от отца и смогу работать над спасением Санте.
Я уняла дрожь в руке и написала.
Я согласна на брак, но больше ничего от меня не требуй.
И снова напряжение в комнате ожило.
— В твоей жизни есть другой мужчина? — спросил Коннер с угрожающим спокойствием.
Я не была уверена, почему он спрашивает. Он ясно дал понять, что мы не должны ожидать верности друг от друга.