Тихие Клятвы (ЛП)

— Привет, мама. — Мой голос был тонким от того, что я пыталась преодолеть комок в горле, сидя со скрещенными ногами на траве. Это был первый раз, когда я говорила с ней вслух после ее смерти, и что-то в том, что я произнесла эти слова, заставило мое горе всплыть на поверхность. — Я так скучаю по тебе, мама.
Я сделала несколько медленных, ровных вдохов, чтобы успокоиться.
— Завтра я выхожу замуж. Я знаю, я должна была прийти и сказать тебе об этом раньше. Но все было как в тумане. Его зовут Коннер Рид, и он ирландец. Кто бы мог подумать? — Я отщипнула травинку и медленно разделила ее посередине. — На самом деле он не так уж плох. Наверное, это немного странно, что я могу так говорить о человеке, который убивает других людей, но это то, что есть. Возможно, никто из нас не настолько цивилизован, как нам хотелось бы думать. — Я сделала паузу, мой голос смягчился, когда я продолжила. — Я хотела бы знать правду о папе раньше. Хотела бы я знать, была ли ты счастлива или это все было шоу для нас.
Моя грудь сжалась так сильно, что мои плечи ссутулились.
— Мне так жаль, мама. Я хочу, чтобы ты знала, что я сделаю все возможное, чтобы помочь Санте. Я знаю, что ты бы этого хотела. Я не подведу тебя. — Протянув руку, я прижал ее к траве, где, по моим представлениям, должна была находиться ее грудь. — Всегда буду любить тебя.
Одна слезинка вырвалась на свободу и потекла по моей щеке. Что-то в разговоре с ней заставило меня почувствовать, что я наконец-то попрощалась и живу дальше без нее. К чему двигаться дальше, я не знала, но менее чем через двадцать четыре часа мне предстоит это узнать.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ
— Это принадлежало моей матери. Мы с твоей мамой носили его, когда выходили замуж. — Тетя Этта протянула крошечную, элегантную булавку с камеей. — Это может быть твоей одолженной вещицей. Она достаточно маленькая, чтобы легко спрятать ее под юбкой, и она принесла нам удачу. Вот, повернись.
— Спасибо, тетя Этта. Это так мило с твоей стороны. — Я сделала, как она сказала, не споря об удаче. Она могла так думать о своем браке, но я сомневалась, что мама сказала бы то же самое о своем.
— С этим великолепным кольцом с сапфиром, потрясающим новым платьем и старым маминым ожерельем у тебя теперь есть все необходимое. — Она закончила заправлять булавку под мою юбку и подтолкнула меня, чтобы я повернулась обратно. — Ты выглядишь потрясающе, малышка Эми. Я знаю, что Леонора здесь и наблюдает за тобой. Она бы так гордилась молодой женщиной, которой ты стала.
Слезы обожгли мое горло, потому что я не была уверена. Будет ли она гордиться? Или ей было бы неприятно видеть, как я иду по тому же опасному пути, по которому шла она?
Я обняла тетю Этту и поблагодарила ее сквозь нахлынувшее чувство паники. Надвигающаяся гибель вцепилась в меня когтями, и мне казалось, что стены давят на меня. — Как ты думаешь, ты могла бы найти Коннера для меня? — спросила я пронзительным голосом.
Ее брови плотно сошлись. — Ты уверена, милая? Ты же знаешь, что жених не должен видеть невесту…
— Пожалуйста, тетя Этта. Мне нужно поговорить с ним, прежде чем я это сделаю.
Она кивнула, в складках ее глаз застыло беспокойство, и она вышла из комнаты. Я хотела пройтись. Нервная энергия свернулась в моих мышцах, и мне было трудно усидеть на месте, но шлейф моего платья мешал шагать. Вместо этого я стояла у окна и смотрела, как колышутся под ветром листья на большом дубе рядом с церковью, пока зловещее осознание не пронеслось сквозь меня, зажегши жар от затылка до основания позвоночника. Когда я повернулась, Коннер стоял в дверях, одетый в безупречный костюм-тройку, и его непостижимый взгляд устремился на меня.
Мне хотелось ударить кулаками по его широкой груди и закричать на него за то, что он так невыносимо красив и при этом кажется недосягаемым. Мы были знакомы недолго, но я не была уверена, что вечности хватит, чтобы полностью понять этого сложного человека. Но я хотела этого. Я хотела его, и я ненавидела себя за это. За то, что была настолько слаба, чтобы желать того, чего у меня никогда не будет.
 
Одним размеренным шагом за раз он сократил расстояние между нами. — Ты хочешь что-то сказать? Потому что я уверен, что это нарушение традиций.
Я сглотнула, в горле внезапно пересохло. — Мне нужно знать, почему ты это делаешь. Почему ты согласился жениться на мне? — Ирландцы прекрасно выжили бы и без союза. Он был полезен, но не обязателен. Я не знала, чего я добиваюсь, спрашивая, но мне нужно было услышать его ответ.
Он долго размышлял над вопросом, прежде чем ответить. — Долг перед моей семьей. Обретение власти. Знойные зеленые глаза и пылкий нрав. Выбери день; я назову тебе причину. Она меняется с каждой минутой.
Но, по крайней мере, где-то внутри него я была частью его решения. Какая-то его часть хотела меня, а не только то, что представляла собой моя семья. Этого было достаточно на данный момент.
Я кивнула, волна паники спала до общего чувства тревоги. Я хотела спросить, где он был всю неделю и почему не выходил на связь, но это было слишком. Это не были настоящие отношения; он не ухаживал за мной. Я не должна была ожидать чего-то большего.
Коннер подошел еще ближе, обхватил рукой мою шею и наклонил мое лицо к себе. — Просто смотри прямо на меня. Не думай ни о ком другом, хорошо?. — Должно быть, он почувствовал тревогу, которая терзала мои внутренности.
Трепетное тепло наполнило мою грудь, когда я кивнула.
— Хорошо. А теперь давай покончим с этим шоу. — Прежде чем он двинулся с места, его глаза опустились на мои губы. — Ты выглядишь достаточно хорошо, чтобы съесть, Ноэми. — Он приблизил свои губы к моему уху. — А я голоден. — Как только он высосал весь воздух из моих легких своим комментарием, он повернулся и ушел.
Несколько секунд спустя моя тетя снова появилась вместе с Пиппой, обе были полны энергии.
— Вся церковь заполнена, Эм. Это безумие.
— Не помогает, Пип, — уколола я ее.
Она помрачнела. — Все в порядке, однако. Все, что тебе нужно сделать, это пройти к алтарю и стоять там. Ничего страшного.
А потом привязать себя к ирландскому мафиози на всю оставшуюся жизнь и, возможно, заняться сексом в первый раз в жизни. Да, обычная суббота.
Глубокий вдох, медленный выдох.
— Твоя прическа и макияж идеальны. Платье изысканное. У тебя все получится, — подбадривала тетя Этта. — Церемония будет настолько короткой, насколько может быть коротка католическая свадьба, а на приеме ты сможешь оставаться столько, сколько захочешь. По крайней мере, у нас не будет полномасштабного ужина. Они длятся вечно.
После долгих дебатов со свадебным организатором мы решили устроить прием с тортом и шампанским в бальном зале отеля рядом с церковью. Не нужно было координировать дополнительный кейтеринг. Никаких заученных наизусть клятв. Никаких специальных чтений или выступлений. Просто короткая прогулка, несколько повторенных слов, и я согласна. Я смогу это сделать.
Нет, мне не удалось вырваться из жизни, в которой я родилась, но это не значит, что я должна быть несчастна. Я могла найти радость в других сферах своей жизни. Идеальный муж — это еще не все. Единственное предостережение — не обманывать себя, надеясь на большее, веря в любовь. Это было не в моих силах. Если бы я позволила своему сердцу привязаться, это привело бы только к опустошению.
Я могла бы стать женой Коннера, но он был женат на мафии еще до того, как встретил меня.
— Пора, милая девочка. Ты готова? — Тетя Этта вопросительно посмотрела на меня с блеском печали в глазах.
Мне не хотелось, чтобы она волновалась, поэтому я заставила себя улыбнуться. — Настолько, насколько я когда-либо буду готова.
Пиппа вручила мне букет и накинула фату на лицо, после чего ее мама вывела нас в зал. Нежные звуки струнного квартета, играющего Канон Пахельбеля, становились все громче по мере того, как мы приближались к входу в собор. Почти так же громко, как стук моего сердца, отсчитывающего секунды до того момента, когда я стану замужней женщиной.