Новый Рассвет (СИ)

— Не беспокойся, Ал, — Сейла обняла меня и, прячась за моей спиной, начала исцелять тяжёлую рану. Попутно она вытирала слезы, которые всё никак не хотели останавливаться. — Я не чувствую маму с папой и остальных, но раз мы живы… раз мы живы… то всё не настолько плохо, — говорила она, всхлипывая и пытаясь убедить себя в этом. Мне было столь же больно, но сейчас я просто не мог позволить себе горевать, поэтому задавил грусть и печаль, позволив холодной ярости занять их место.
— Не переживай, уж если я не смог спасти мир и клан, то вас я спасу любой ценой, — сила понемногу просыпалась во мне и начала бурлить, словно магма в жерле вулкана. Мне нужно быстрее восстановиться, чтобы помочь Эн одолеть Губителя Жизни, а уже после этого будем думать, что делать дальше.
Сестра применяла все доступные ей заклинания, разрывая защиту и пелену Мрака, но старик создавал всё новые и новые барьеры, попутно пытаясь восстановиться. Он почти не отвечал на мощные атаки Эн, однако и сестра не могла дотянуться до него, несмотря на огромную силу и ярость, что полыхала в её сердце. Ей было больно, что она больше не увидит маму и отца, ей было больно, что больше мы не соберёмся вместе в нашем доме, и больно оттого, что кроме нас не осталось других носителей крови клана Сей.
Удары один за другим заставляли содрогнуться пространство Междумирья. Старик кричал от боли, плевался Мраком и чёрной кровью, но упорно не умирал, цепляясь за свою никчёмную жизнь ради своей никчёмной цели и желания обращать всё в Хаос и Мрак.
Серые вспышки, оторванные полотна Мрака, моментально сгораемые в сером пламени, чёрная кровь, запятнавшая потрескавшийся путь странника и последний удар сестры. Эн ударила так сильно, что защита старика, да и он сам не выдержали такой мощи. Пелена Мрака взорвалась осколками, а старик рухнул на прозрачную дорогу. Сестра безмолвно подошла к нему и врезала ещё раз. Голова Повелителя Мрака взорвалась фонтаном чёрной жижи, на которую медленно перекинулось серое пламя. Неужели мы справились? Неужели смогли его одолеть? Тогда как я вообще оказался здесь? Почему ничего этого не помнил?
— Ал, я справилась! — сестра сняла шлем и с улыбкой помахала мне рукой. Её ярость испарилась, словно её и не было никогда. Она смогла сама подавить столь огромную мощь. Поразительно и поистине невероятно. Скачок её силы был просто невероятен, так что я не мог не порадоваться.
Черный Мрак, горящий серым пламенем, вновь собрался воедино, превратившись в старика. Он быстро переместился к Эн и схватил её, после чего посмотрел на меня и улыбнулся. Нет. Я не могу её потерять. Не могу! Я спасу сестру. Но как⁈ Мысли проносились в голове на такой скорости, что мне показалось, будто всё вокруг остановилось. Я ощущал, что смерть совсем близко и уже жаждет заполучить очередную душу. Стоп. Смерть! У неё будет безопаснее всего. Так я смогу уберечь сестру, и она не попадёт в руки Сильвара, с которым я ещё поговорю. А позже я вернусь за ней. Сейчас же я спасу её, а старика опрокину в Бездну. Сразу вспомнились Кхаас и Ру Сорроу. И в этот же момент меня охватила энергия, похожая на жидкий металл. Её серебристая поверхность сверкала многочисленными звёздами Междумирья и отблесками белых молний, всё ещё мерцающих на горизонте. Так выглядела сила Нейтрала. Она моментально окутала Эн, которая вырвалась из захвата Повелителя Мрака. Мой клинок переместился к ней, и она рубанула старика что было сил, исчезнув во вспышке света, а вместе с ней растворилась в пространстве и энергия Нейтрала.
Что я только что наделал? Сила Нейтрала сработала на воспоминания? Но как такое вообще возможно? И что теперь будет со мной? Впрочем, какая разница, ведь я не спас родителей, свой клан и мир, в котором так долго жил, но зато хотя бы сестру я смог спасти. Стоп! Я взглянул на Сейлу. Она ещё была здесь и её тоже нужно перенести на просторы Рейнеи, где её не достанет Повелитель Мрака. Вот только на ещё один бросок через время и пространство не осталось опыта в хранилище. Как же быть?
 
— Ваш клан не перестаёт меня удивлять, — прокряхтел старик, держась за сердце. — Раз за разом вы прорываете барьеры собственной силы и прыгаете выше головы, разрывая даже Мрак. Как такое вообще возможно? Что за силу ты использовал? Такая жуткая энергия заставила отступить даже Мрак, а ведь только Свет и Тьма способны на это. Что ты сделал? — посмотрел он на меня, но приближаться не рискнул. Я же спешно придумывал, как мне поступить дальше, пока старик не понял, что я не могу повторно применить силу Нейтрала.
— Ал, я смогу, — вдруг сказала сестра, а потом добавила. — Нет, мы сможем, мы сможем его одолеть и больше никого не потеряем. Раз даже Эн, даже Эн оставила нас, то я никому не позволю забрать тебя.
Сейлу охватила серая энергия. Её глаза будто покрыл жидкий металл, а волосы зависли в воздухе. Она слегка приподнялась над прозрачной дорогой странника и в тот же миг зеркальное копьё пробило старика насквозь.
— Что? — Повелитель Мрака недоуменно посмотрел на дыру в собственной груди, из которой начала капать чёрная кровь. — Это было? — добавил он.
Я же смог наконец встать и создать вокруг нас защиту, после чего начал формировать контуры атакующих заклинаний. Сестра же тем временем пускала во врага одно копьё за другим. Зеркальные снаряды вырывали куски тела, разрывали Мрак и заставляли его вспыхнуть серым пламенем. Старик отрывал от себя воспламенившие части тела и восстанавливал их при помощи разлитого вокруг Мрака, которого осталось не так уж много. Чужеродная энергия полыхала серым пламенем, срывающимся с зеркальных заклинаний Сейлы.
Теперь она создавала плотные шары из этой энергии и, словно рейлган, расстреливала свою цель. Ни один из щитов не мог выдержать её заклинаний. Попутно я создал барьер ослабления вокруг старика и усилил нас, вытягивая энергию из пути странника. Губитель Жизни же шёл в нашу сторону изредка отбивая зеркальные снаряды. Какой же живучий гад. Впрочем, его эмоции говорили, что он о нас думает примерно также.
Я направился вперёд, чтобы прикрыть Сейлу и заставить старика концентрироваться на мне, тем временем сестра сразу же начала забрасывать врага всеми имеющимися заклинаниями. Острые зеркальные копья сыпались на старика со всех сторон, я же создал пламенные крылья из серого огня и взлетел, осыпая врага огненными шарами, попутно готовя ему мощное заклинание. Серебристые сюрикены вращались с огромной скоростью и были похожи на рой разозленных пчёл, безжалостно жаливших Повелителя Мрака и разрывая чёрное полотно его защиты.
Серое пламя, белые молнии серебристые снаряды и мрак, разлившийся повсюду. Грохот, взрывы и скрежет сплелись воедино. Жуткая картина сложилась перед нами, но я ощущал, что враг ещё не повержен: каким-то чудом он выживал даже под столь мощным напором смертоносных заклинаний. И в какой-то момент чёрный шар вылетел из серого пламени и ударил сестре в живот, отбросив её далеко в сторону, на меня же будто обрушились усыпанные звёздами небеса, прервав формирование заклинания.
Через горящее серое пламя шёл Повелитель Мрака. Он проходил мимо серебряных копий, пробивших путь странника и держался за руку. С него ручьями текла черная кровь, оставляя след из Мрака на прозрачном пути странника.
— Слишком много уникальностей для меня, — устало сказал он. — Твои сестры слишком не похожи на что-либо, что я видел раньше. Столь колоссальные всплески энергии совсем нехарактерны для живых организмов. Плевать, что случилось со старшей. Я всё равно её найду, раз уж обещал отдать её сыну, а вот младшую я изучу сам и узнаю, что за энергию вы использовали против меня. Ты же… он на миг зажмурился, чем я и воспользовался, запустив в него один из серебряных сюрикенов, однако старик поймал его прямо перед лицом. Острое лезвие распороло ему руку, и в этот раз из раны потекла тёмно-красная кровь. — Ты же слишком опасен, — продолжил он, как ни в чем не бывало. — Твоя сила подавила Мрак, разрезала пространство и повлияла на моё восприятие времени. Это пугает даже меня. Поэтому ты не должен жить, но не жди от меня лёгкой смерти. Да умрёшь же ты сейчас и будешь страдать во всех следующих жизнях, постоянно теряя близких, пусть расколется твоя душа, подобно стеклу, и пусть Мрак поглотит её осколки. Только тогда ты сможешь прозреть и принять её, самую сильную стихию.