Гамбит искусного противника (СИ)

— Действительно…Что, малая? У тебя пропуск в сексуальном воспитании?
— Нет никакого пропуска, козел! Я просто не занимаюсь любовью, мне же не шестьдесят два!
«Бам!» — делаю характерный взмах руками, как репер, мол, приложила, хотя на самом деле просто мечтаю побыстрее перевести тему и соскочить, отвлечь, да что угодно!
Выходит. Все начинают смеяться, а я, подождав немного, дергаю головой.
— Я вообще не очень понимаю при чем здесь секс и их ссора.
— Забавно, как все взаимосвязано, да?
— Они поссорились, потому что вы начали…заниматься сексом?!
— Они поссорились, потому что наши отношения стали серьезными и полноценными, и Роза отказалась от меня уезжать. Когда она давала обещание, все еще было непонятно, сама понимаешь.
М-да. Нет, ну я ожидала какой-то тупости, но чтобы вот так?! Хмыкаю, недоверчиво разглядывая его лицо, а потом резюмирую.
— Но это не все. Роза бы ее простила за любую хрень, которую та сказала, а она слышать о Лиле не желала.
— Ты права, не все. Вторая часть истории…кхм…это попытки Лили изменить ситуацию и сделать так, как она хочет. Ты же помнишь, как ей сносило башню, когда она не получала желаемого?
— Далеко ходить не надо, ей до сих пор ее сносит. Меньше, но сносит.
— А тогда совсем пиши-пропало.
— Допустим.
— Мы с Розой решили год пропустить, чтобы понять, чего мы хотим. Образование, местоположение и все такое, но стали жить вместе сразу после выпускного. Помнишь, квартиру в новых высотках?
— Да.
— Помнишь, что тогда отец подвязал меня работать в клубе?
— Да.
— А что Роза отказалась сидеть дома и работала в школе на продленке?
— Да.
— Уверена, что хочешь услышать дальше?
— Да.
— Хорошо, — Костя отгибается назад, опираясь на кухонную тумбу, складывает руки на груди и жмет плечами, — Это была моя первая работа, и я очень серьезно к ней относился. Я не хотел расстраивать и разочаровать отца.
Киваю, неосознанно придвигаясь ближе.
— …В ту ночь твой брат-мудак опять стал исполнять. Он решил, что раз я работаю в клубе, то по-дружески пущу его на бои. Я естественно отказался. Во-первых, маниакальность, а во-вторых…
— Ты боялся маму. Дальше.
— Именно. Мы поссорились, потолкались, а в конце смены он снова приплелся, и мы мирились за бутылкой рома.
Закатываю глаза, как всегда их закатывала на все эти «мальчишеские» приколы, как я их называю.
— В общем я пришел домой в ноль. Роза посмеялась и уложила меня спать. Я проснулся только в обед от звонка в дверь. Открываю — там она. Я удивился, что она так рано, но был не в состоянии выслушать ответ. Потом она начала трахать мне мозг, что я алкаш и «посмотри на себя вообще», но быстро успокоилась. Сунула мне пиво. Я взял, а дальше провал.
— Та-а-к?
— Я проснулся только утром. Вижу, Роза сидит напротив в углу на кресле, ноги к груди и взгляд волком. Я начал вспоминать, что было до моего провала, и как раз в памяти возник образ, как она отчитывает меня по поводу выпивки. Что мне еще было думать? Наверно она обиделась из-за этого?
— Но она обиделась не из-за этого, да? — тихо спрашиваю, уже зная ответ наперед.
— Не из-за этого… Выяснилось, что Роза застукала нас с Лилей.
Догадываться и знать — вещи разные. Да, еще до конца его рассказа, я понимала, откуда растут ноги, потому что Роза никогда не стала бы его отчитывать. А вот Лиля бы стала. Она всегда очень громко выказывала свои недовольства, но это все? Это же кринж!
— Погоди-погоди-погоди…Ты, конечно, извини, но Лилю ты не привлекал никогда, каким бы красавчиком не был.
— А я ее и не привлекал, между нами ничего не было. Она накачала меня и сделала вид, что мы занимаемся сексом, чтобы показать Розе, какой я гандон на самом деле. Меня спасло только то, что Роза забыла свои книги и вернулась домой, увидела меня в бессознанке и все поняла.
— А она сбежала?
— А ты Розу не знаешь? Она не стала бы ничего выяснять, не устраивала бы скандалов.
— Ну да…она всегда была слишком мягкой… — киваю, соглашаясь, — Да и потом — это унизительно!
 
— Вот именно. После этого я больше не пил. Особенно из рук женщины…
— Но стой, это же нелогично! Она бы и с Лилей не общалась в таком случае…
— И снова. Ты же помнишь какой она была?
— Слишком мягкой…
— Лиля бы ее смогла убедить.
Я хмурюсь, отстраняюсь и смотрю в пол, обдумывая услышанное, а Костя вдруг хмыкает.
— Ты ведь подруга Лили? — резко смотрю на Крис, которая в такой шоке, что и сказать ничего не может, а только кивает, — Ну в таком случае извини. Твоя подруга — мразь. Мы все это знаем, а ты, судя по тому, что говорит Мел, нет. Будь с ней осторожна, потому что она воткнет тебе в спину нож, если ей это будет выгодно. А теперь мы поехали.
Костя поднимается, но я продолжаю сидеть, смотрю на него снизу вверх и тихо спрашиваю.
— Когда я могу забрать Камиллу?
— Да хоть сейчас. Она завела будильник на раннее утро и ждет тебя.
— Козел! — вскакиваю с улыбкой до ушей, — Ты же все знал!
— Ни секунды в тебе не сомневался, малая.
Так мы и прощаемся. За окном уже почти утро, светло, а в прихожей толпа народа. Кристина обнимает Хана и даже Костю, а потом говорит то, чего я от нее уж точно не ожидала.
«Нет, сегодня день внезапностей, не меньше!»
— Я буду рада, если вы снова приедете. В следующий раз приготовим что-то по моему рецепту, хорошо?
— В следующий раз? — переспрашиваю, уставившись на нее, — Крис, ты все поняла? Осознала, что здесь сегодня произошло?
— Что ты имеешь ввиду? — притворно-сахарно спросила, но мне не до шуток.
Я выдыхаю и киваю, указывая сначала на Хана.
— Этот человек один из соучредителей ОПГ. А этот… — указываю на Костю, — Едет убивать, и я не шучу, убивать! Одного богатенького ублюдка. По-настоящему.
— Я это поняла! — шипит, слегка пихая меня локтем, — И после того, что я видела…я не против.
— Охо-хо…она не против. Хорошо. Мой отец был криминальным авторитетом и держал под своей пятерней крупный район. Он тоже убивал людей. Пачками. Моя мама лишь числилась юристом в этой самой ОПГ, но по факту, после его смерти ей руководила. А мой брат сейчас в Японии, учится быть моим отцом. Все еще не передумала?
— Нет не передумала! — не выдерживает и вскрикивает, — Я никогда не видела твою мать, но думаю, что она была хорошим человеком. Твой брат тоже не монстр, хотя и весьма специфический, но ты не лучше! Я знаю, что ты не ангел, видела сто раз, а слышала еще больше, но меня все устраивает! Что касается твоего отца…почему-то я склонна верить Хану, ты за что-то на него злишься, поэтому не объективна. Все?! Я все разложила по полочкам?! Или мне нужно добавить, что ты — часть моей семьи тоже?! Кстати, а вас…то есть тебя…так и зовут? — вдруг спрашивает у Хана, пока я улыбаюсь, как дура, как и он, кстати.
— Меня зовут Ганбаатар, но проще и короче Хан. Пристало еще на службе в армии.
— Вот! Он еще и в армии служил! Вы — хорошие люди. Или что?! Тебя что-то не устраивает?
— Все устраивает.
— Вот и прекрасно! Боже! Ты бываешь просто невыносима!
А мне так на душе тепло становится…Она злится дальше, что-то говорит, но я не слышу — все просто чудесно, потому что я остаюсь дома, пусть другая часть моего дома и уезжает сейчас в неизвестность…Конечно я спускаюсь их проводить, и после недолгого разговора с моим продолжением об Александровский и их наставлениями, Костя целует меня в висок и тихо шепчет.
— Я пришлю тебе нож, которым проткну его сердце.
Возможно и не так романтично, зато действенно. Я обнимаю его в ответ, утыкаюсь в грудь и пару раз киваю, также шепча.
— Будь осторожен.
— Если что-то случится…
— Я знаю, что делать.
— Точно. Знаешь. А пока…дыши свободно, Амелия. За нас всех.
  
Глава 18. Пакт. Амелия