Лекарь (СИ)

«Прохор, здесь нельзя задерживаться надолго, — доносилось до меня, — группы реагирования без разбора уничтожают всех, кто имел неосторожность контактировать с дикими тварями, а также истребляют и самих тварей. Теперь у них для этого изобретено новое мощное оружие, позволяющее в считанные секунды расправляться с предателями. Где-то там, в цивилизации, изобретена вакцина, возвращающая зараженным прежнее обличие. В ее создании приняли участия сотрудники столичного медицинского центра, так рассказывают. Однако этого препарата не хватает на всех, а люди торопливы, и поэтому создана особая программа. В народе ее называют «программа избранных», в которую попадают те, кто будет обработан чудо-лекарством. Их очень ограниченное количество. Остальных уничтожают. Я не знаю, по какой схеме работает отбор, но группа реагирования, призвана уничтожать и тех, кто по каким-то причинам снова стал человеком, минуя избранную программу. Они боятся повторения и перестраховываются. Они вычислили и меня тоже, Прохор. Они могут найти и тебя. Нужно спасаться.»
Негромкое бормотание сидящего рядом не сразу достигло моего понимания. Я некоторое время продолжал прислушиваться к его напевной речи, пока в какой-то момент на меня не обрушилась лавина всех воспоминаний, заботливо укрытой от меня на время моего обращения. В своем собеседнике я узнал Варвара, того дикаря, на котором однажды протестировал изобретенное противоядие. Теперь он вполне стал напоминать человека, а его сбивчивая речь сейчас звучала мягко и правильно. Мне нравилось слушать его бормотание. Оно неведомым образом переносило меня в то далекое время, когда у меня были друзья, а моя семья всерьез беспокоилась о моем благополучии. Ничего этого сейчас у меня не было, семью я потерял уже давно, а к друзьям не стремился. Вместо них у меня был Варвар, болтающий о последних новостях, половину из которых я не до конца понимал. Я понял главное, неведомые группы реагирования в любой момент могут расправиться с теми, кого призваны были спасти.
«Уходим, Прохор, — снова забормотал Варвар, неловко поднимаясь на ноги. Теперь, когда к нему вернулся его прежний облик, я мог наконец-то рассмотреть его. Варвар был невысоким, но крепким и жилистым, это я помнил еще по его бытности дикарем. Глаза Варвара потемнели окончательно, а его некогда лохматые волосы подверглись карающей стрижке и сейчас смешно торчали едва отросшим ежиком.
«Я, когда в человека превратился, — охотно пояснил мне Варвар, перехватив мой внимательный взгляд, — был вынужден обратиться за помощью к местным. Они с неохотой помогли мне, обеспечив какой-никакой одежкой и позволив вернуть себе признаки цивилизованного человека. Потом они выгнали меня, конечно, но теперь я не привлекаю внимания групп реагирования. Я выгляжу как обычный человек, впрочем, я им и являюсь.»
Слушая его рассказы, я постепенно тоже возвращался к цивилизованному состоянию, понимая, что мне так же потребуется помощь местных. Свою одежду я безжалостно разорвал в период обращения и теперь со стыдом представлял какое неприглядное зрелище являл миру, когда носился сломя голову вдоль широких дорог междугородных трасс.
«Как ты понял, что я тот Прохор, которого ты знал? — наконец-то поинтересовался я, сумев вклиниться в бесконечное варварское бормотание. — ты был дикарем, а они, как правило не помнят ничего из того, что с ними происходило в период обращения. Я так вот не помню.»
«Я понял это, — усмехнулся Варвар, не отводя от меня глубоких темных глаз, — у тебя не изменилось лицо во время обращения. Вместо уродливой морды, я увидел твои прежние черты, а их не сразу забудешь, Прохор. Я запомнил их еще тогда, давно. Когда стал превращаться в человека. Может, ты расскажешь, что с тобой произошло за все это время и где ты подхватил эту гадость?»
Я мог бы охотно поделиться всеми событиями, что произошли со мной с момента нашего расставания, однако другая мысль беспокоила меня. Группа реагирования отчетливо видела меня тогда, когда напала на мой след возле реки. Это было не воспоминание, а скорее подсознательное осознание опасности. Меня наверняка видели те люди, кто встречался на моем пути во время моих безрассудных экспедиций по дорогам, полям и лугам. А если мое лицо не изменилось в период обращения, то нет ничего проще отыскать меня сейчас. Отыскать и уничтожить, так, как гласит распоряжение. Варвар заметил мою тревогу и беспокойно заерзал.
 
«Я знаю тайную дорогу в горах, — бормотнул он, желая меня ободрить, — она ведет к морю, но это долгий путь. Если ты не страдаешь клаустрофобией и не боишься замерзнуть под глубокими сводами, я могу провести нас туда. Правда, не думаю, что приведу к безмятежной жизни. Наверняка, эти группы работают по всей стране. Уж слишком активно они взялись за уничтожение тварей.»
«Погоди, Варвар, — снова прервал я повествование, — ты говорил мне о противоядии, изобретенном в Центре? Как давно его изобрели?»
Варвар невесело усмехнулся.
«Недавно, и месяца еще не прошло. Однако со всех углов теперь вещают о противоядии и его эффективности, а, чтобы не создавать паники, они решили избавляться от напасти сразу со всех направлений. Эти группы считаются нелегальными, но они неподсудны. Я мало разбираюсь во всем этом, Прохор. Да и не слишком хочу знать про все нюансы. Довольно с меня и того, что мне уже известно.»
Мое спонтанное превращение в человека обнаружило сразу несколько неудобств и проблем. Во-первых, сейчас я стал ощущать дикий холод, проникающий из глубин подземелья. Одетый в немодную, но довольно крепкую одежку, Варвар тоже ежился под однообразными ледяными потоками воздуха, чего было говорить обо мне, сидящим в своем естественном обличии прямо на ледяных камнях. Во-вторых, меня мучил обычный человеческий голод, решивший тоже подать о себе голос, в знак моего полного обращения в представителя высшей расы. Ну и в-третьих, я банально устал. Мои приключения по перевоплощению отняли последние силы и мой организм требовал немедленного восстановительного отдыха.
Однако тревожные сообщения Варвара не позволяли решить моментально ни одну из указанных проблем. Нам на пятки наступали те самые карательные отряды, что действовали незаконно, но были ненаказуемы. Варвар стряхнул с себя оцепенение и поднявшись на ноги, уверенно заявил:
«Мы пройдем совсем немного и выйдем к горному ущелью. Потерпи немного, Прохор, тут совсем недалеко. Там я постараюсь раздобыть тебе одежку и немного провизии. Многого не обещаю, но это будет все же лучше, чем таскаться голышом по горам и привлекать к себе ненужное внимание»
Я был склонен согласиться с Варваром и послушно потянулся следом, прислушиваясь и оглядываясь по сторонам.
Селение, обещанное Варваром, действительно оказалось совсем недалеко. Мы миновали небольшой перевал и оказались у небольшой деревушки, расположенной на другом берегу быстрой горной речки. Варвар оставил меня ждать его возвращения на склоне, а сам уверенно направился к подвесному мосту. Варвара не было больше двух часов, и я начал реально беспокоится о своем заботливом приятеле, так спонтанно появившимся в моей жизни. Сейчас опасность исходила как от тварей, так и от вполне разумных людей, поэтому, когда уставший, но довольный Варвар показался в поле зрения, я невольно разулыбался.
Его поход оказался плодотворным. Местные щедро поделились с ним старыми истертыми штанами, составлявшими когда-то брючную пару и засаленной розовой курткой с меховым капюшоном. Из еды Варвару удалось раздобыть пару горстей безвкусного концентрата. Торжественно вручив мне приобретенное богатство, Варвар широко улыбнулся и тактично отвернулся, позволяя мне возвращать себе облик джентльмена. Воспитанный Варвар не сдержал неконтролируемый ржач, когда я предстал пред ним в своих обновках.
«В таком виде тебя заметут еще быстрее, — проржавшись, заявил он. — давай сделаем так. Штаны вполне приличные, а вот куртку я могу потаскать сам, только избавлюсь от капюшона. Взамен я предлагаю тебе свою куртку, которая мне немного великовата.»