Лекарь (СИ)
«Я попробую! — неожиданно отозвалась Анастасия, вероятно снова уверовав в мою идею. — скажи, как мне это сделать без значительного урона для себя?»
Я вспомнил о ее маленькой дочке, запертой в комнате в пустой квартире, об обратившемся в тварь муже, и мне стала понятна ее оправданная решимость.
«Это сделает Сидор! — уверенно проговорил я, а упомянутый Сидор резко побледнел. — ну и я, разумеется. Вместе с Матвеем и его коллегой. А вы, Настя, останетесь сторожить реактивы. Мы скоро вернемся!»
Не дожидаясь недовольных возражений, я собрал приготовленные образцы и шагнул за порог. Меня шатало от усталости, а от недосыпа контуры окружающих предметов расплывались в туманные линии. Вряд ли в таком состоянии у меня выйдет то, что я задумал, мелькнула здравая мысль. Однако, моя цель была определена, а мой внутренний ученый не позволил мне отступить, хотя бы из-за научного интереса.
Моя экспедиция начиналась не в самое удачное время с точки зрения безопасности, но именно в сумерках у меня появлялся шанс встретиться с тварью лицом к лицу. Я уверенно шел по пустынным улицам, крепко сжимая в пальцах приготовленные пробирки. Я не имел возможности украсить мероприятие разными техническими штуками в виде спецтехники или непробиваемых костюмов. Да и в целом имел пугающий вид. Однако я видел в том только плюсы. Я не был до конца уверен, что дикие твари как-то реагируют на проявления общественной жизни, но на всякий случай, порадовался своей непрезентабельности.
Твари прятались по закоулкам и подворотням, и не спешили на вечерние прогулки. Я миновал несколько кварталов, и уже был готов повернуть обратно, как вдруг прямо передо мной выросла огромная тень.
Глава 8.
Мою экспедицию можно было назвать состоявшейся, поскольку огромная устрашающая тень принадлежала объекту моих упрямых поисков. Дикая тварь не стала демонстрировать чудеса воспитания и, минуя приветственную часть, ринулась мне навстречу, оглашая окрестности диким визгом. Мне были понятны ее намерения, и я мог бы отразить ее нападение, воткнув в мускулистое тело приготовленное оружие. Однако тварь мне требовалась неповрежденной, для полноты ожидаемого эксперимента. Она привычно схватила меня за горло уродливой лапой и издала победный клич, предвкушая быструю победу и скаля на меня слюнявую пасть. Я не стал дожидаться ее финального торжества и, изловчившись, выплеснул ей в глотку содержимое пробирки, которую до сих пор сжимал в руках. Тварь недоуменно взвизгнула и нерешительно остановилась, прислушиваясь к новым ощущениям. Вероятно, появление в пасти невыясненной субстанции здорово озадачило монстра, поскольку он даже выпустил мое горло и присел на корточки. Когда я создавал противоядие, я на всякий случай пересмотрел ингредиенты и немного усилил действие препарата. Возможно именно поэтому оно так необычно сказалось на дальнейшем поведении твари. Она внезапно выгнулась дугой, и принялась раскачиваться в разные стороны, кривя и без того уродливую морду в страшных гримасах. Про мое присутствие тварь, видимо, забыла, погрузившись в свои новые ощущения. Неожиданно ее вывернутые длинные конечности странным образом изогнулись и приобрели вид вполне обычных мускулистых сильных человеческих ног. Столь стремительное превращение вызвало во мне оправданное недоумение. Я не мог с уверенностью сказать, что ожидаемое притупление агрессии и озлобленности, тут же последует следом за физическими изменениями. Оно и не последовало, а наоборот обострилось. Судя по визгливым звукам, издаваемым преображенной тварью. Она резко вскинулась на ноги и с силой вцепилась зубами в мою руку, чуть повыше локтя. От неожиданности я выронил вторую пробирку и, забыв про свои первоначальные задумки, всадил твари кулаком. Удар пришелся в височную область и мгновенно вырубил моего противника, свалив на землю. Отправляясь в освободительные походы, я совсем упустил из вида необходимость захватить с собой какие-нибудь средства на случай нападения и получения травм. Я всегда был слишком нетерпеливым, чтобы продумывать подобные мелочи. От укусов тварей не существовало универсального средства, и единственным, мало-мальски проверенным методом считался метод дезинфекции стопроцентным медицинским спиртом, которого у меня как раз с собой не было. Мне хотелось досмотреть чудеса превращения до конца, однако мои инстинкты вопили мне торопиться и оказать помощь себе до того, как это станет неактуальным.
В подвале меня терпеливо дожидалась верная Настя. Мои соратники либо вели борьбу с нечистью, раздавая пряники диким тварям, либо попросту сбежали, расставшись с великой идеей. Увидев меня, девушка испуганно вскрикнула, но комментировать явление не рискнула, молча наблюдая за моими суетливыми попытками вылить на себя годовой запас спирта. Когда меры были приняты, а на мое лицо вернулось обычное, отрешенно равнодушное выражение, Настя все же набралась храбрости и поинтересовалась:
«В чем дело, Прохор? Тебе удалось отыскать хотя бы одну тварь?»
«Одну удалось, — невесело усмехнулся я, — скорей всего где-то перед городским сквером сейчас сидит под кустами голый испуганный человек и пытается связать свое существование с окружающей действительностью. А может, наполовину обновленная тварь продолжает разгуливать в ночи, высматривая себе новую жертву. Я не уверен, Настя, что моя первоначальная задумка принесет результаты. Мы сдохнем до того, как накормим оздоровительной смесью хотя бы сотую часть всех зараженных. Либо они сами загрызут нас, выражая благодарность. Это не метод, милая. Нужно искать другой способ»
Настя оказалась неисправимой оптимисткой, прослушав мою невеселую историю. Наоборот, в моих речах она расслышала обнадеживающие новости.
«Но ведь противоядие сработало, Прохор! — убежденно заявила она, не желая принимать поражение. — сам же сказал, тварь обновилась. Кстати, Прохор, что это значит?»
Я в подробностях пересказал ей все изменения, произошедшие на моих глазах с отловленной сущностью, и своей околонаучной лекцией вызвал у девушки неподдельный восторг.
«Да ведь ты гений, Прохор! — искренне воскликнула она, — ты сам не представляешь, насколько важное ты совершил открытие в мире науки. Тупорылые сотрудники Центра ничего не смыслят в подобных разработках, только и умеют бродить с надутыми рожами из кабинета в кабинет!»
В ее высоком резковатом голосе я отчетливо расслышал другой голос, мягкий и напевный, когда-то давно почти слово в слово повторявший для меня содержание восторженных Настиных речей. «В моем фан-клубе появился еще один поклонник, — с усмешкой подумал я и глубоко вздохнул.»
Первые два-три дня я с опасением прислушивался к возможным изменениям в своем организме. Не обнаружив ничего устрашающего, я успокоился совершенно и принялся ломать голову над усовершенствованием способа вакцинации. Подопытная тварь, оставленная мной в подвале в качестве образца, продолжала безмолствовать, терпеливо ожидая своей участи. Моя вакцина подействовала на нее благотворно, вернув человеческие очертания и способность поглощать нормальную еду. Нормальную, в современном понимании, разумеется. Все это время я не покидал душного подвала, переставляя с места на место уцелевшие склянки. Как-то во время моих раздумий, ко мне ворвалась моя единственная оставшаяся помощница, и забыв о правилах приличия, тут же схватила меня за руку.
«Нужно уходить, Прохор! — настойчиво и убежденно бормотала она, вытягивая меня из-за рабочего стола, — скоро тут будут силовики. Прохор, я здорово подвела тебя, пригласив этих трех недоумков в качестве помощников! Они сдали тебя и твои научные разработки властям, обвинив в заговоре. Или в чем-то еще. Сегодня я случайно услышала разговор своего руководителя и одного из этих «добровольцев». Собирайся, Прохор. Не теряй время!»