Собиратель (СИ)

— Ты совсем дремучий? — посмотрела на меня недовольно Рао.
— Дремучий — очень точное слово. — согласился я, — Прямо в лесу и жил долго.
Егор заулыбался, да и другие парни тоже хмыкнули. Наблюдать за тем, как Рао всех цепляет — это что-то типа разновидности шоу.
— Род — это одна семья. Клан — это объединение семей. Либо равноправное объединение, либо с главенством одной семьи. — пояснил Виктор, — Соответственно, вооруженные силы могут быть как общие, так и частные, то есть принадлежащие отдельным семьям. Но это не всё, только начало. Второй момент — это разделение самих войск.
— Обычная охранка и гвардия, — дополнил Егор, когда Виктор замолчал, чтобы подхватить ещё один кусок.
— Ага, — кивнул парень и продолжил, когда дожевал, — Представь, что у тебя есть торговый центр. Есть смысл охранять его гвардейцам?
— Думаю, что нет, — послушно ответил я.
— Именно. Охрана... ну это обычные охранники, — Виктор описал вилкой пируэт, — А гвардия — это уже войска. Отряды специального назначения для проведения действий военного характера. Но не стоит списывать охрану со счётов. Их много, они как-то обучены, вооружены, пусть и слабо.
— Если ты попробуешь атаковать тот же торговый центр, то охрана и задержать может, — снова дополнил Егор, — Смотря какая, правда. И смотря кто атаковать будет. Но, думаю, общий принцип ясен.
— Получается, количество охраны прямо пропорционально тому, сколько объектов надо охранять?
— Ну да, — кивнул Моржов, — А гвардия — её содержат для мира и для войны.
— А смысл в гвардии, когда есть ходоки? — спросил Матвей. Его, как и меня, впечатлили возможности ходоков на поле боя.
— Глупый вопрос, — хмыкнула Рао, — Гвардия нужна, потому что у других семей она есть. Ходок может натворить многое, но они не вездесущи.
— Это сложный вопрос, — вздохнул Виктор, — Не все ходоки умеют перемещаться на дальние расстояния. Не все умеют перемещать других людей или какие-то вещи. Таких раз два и обчёлся на всю страну.
То-то мне так везет на ходоков. То с одним столкнусь, то с другим пообщаюсь.
— Поэтому большинство конфликтов происходит без участия ходоков. А это уже обычная война, где нужно бряцать военными мышцами. Да и ходоки... Уже накоплен вековой опыт противостояния им.
— История знает примеры, когда ходоков убивали, — криво усмехнулась Рао, — Но гораздо больше она знает примеров, когда ходоки жестоко карали тех, кто против них вышел.
— Так и сколько нужно гвардейцев, чтобы чувствовать себя уверенным? — вернулся я к начальному вопросу.
— У нас в роду около трёх сотен гвардейцев, — ответил Виктор, — Это личная гвардия. На весь клан — около тысячи.
— О чем лучше не болтать, — проворчал Хохлочев Степан.
— Да брось ты. Как будто кто-то не знает, сколько у нас официально гвардии, — отмахнулся Виктор.
Я же про себя отметил слово «Официально».
— Если ты вдруг захочешь сформировать свою гвардию... А она именно формируется. То есть надо найти людей, обучить, вооружить, дать им наработать опыт, а это военные действия... Обеспечить содержание, пенсии, выплаты родственникам погибших... В общем, будь готов к тому, что это долго, дорого и муторно. А так зависит от твоих амбиций. Для начала собрать и один боевой отряд — уже хорошо и какое-то подспорье для решения некоторых вопросов.
 
Я вспомнил конфликт с Барсуковым, когда он захватил Ольгу. Будь у меня пара десятков матерых гвардейцев и конфликт бы даже не начался. Или закончился гораздо более мирно. Да и без моего участия тоже бы закончился. Отряд сам бы справился.
Осталось решить вопрос с обеспечением. Виктор дело говорит. Уверен, гвардия — это очень дорого. А значит нужен регулярный приток денег, желательно из разных источников, чтобы потянуть. Да и людей ещё где-то нужно найти.
— А что это тебя так интересует, Соколов? — выставила в мою сторону палец Рао, — Хочешь подняться?
— Само собой. Чем мне ещё заниматься? — ответил я спокойно. Любые слова Рао давно перестали меня хоть как-то задевать.
— Тогда это будет почти романтическая история. Последний выживший из рода борется за своё будущее.
— Уверен, у Эдгарда всё получится, — миролюбиво заметил Виктор.
Доев, мы отправились на разбор полётов.
***
Остаток дня посвятили тому, чтобы разобрать произошедшее. Общее поведение, ключевые ошибки, отдельные ситуации. Военные ничего не оставили в стороне, пропесочили детишек аристократов от и до.
В целом, если подвести личные итоги, я остался доволен. Увидел, что могут другие, с чем легко столкнуться, к чему нужно готовиться. Опять же, уйму ценных данных собрал. Да и идеи кое-какие появились.
Крутилась в голове мысль, что если и создавать отряд, то вооружать их по полной. Частично я это уже реализовал. Есть защита от пуль и гранат, есть блокиратор ходоков. Ещё надо доработать броню обычную. Как показала практика, взрывная волна, огонь или физические удары могут нанести существенный вред. Полный доспех мог бы защитить гвардейца. Ещё можно придумать маячки. Поместить в артефакты то, что я проделывал на учениях. Только надо придумать, как этим будут пользоваться обычные люди. И не забыть встроить систему контроля моих устройств, чтобы они уничтожались, если попадут не в те руки.
***
В воскресенье вечером мы все дружно оказались возле института. Задержаться никто не пожелал и студенты разбрелись по домам.
— Как тебе учения? — спросил Матвей, когда мы брели обратно.
— Познавательно, — честно ответил я.
— Не то слово. Где ты этому всему научился?
— Чему именно?
— Для парня, которого никто не обучал, ты действовал слишком хорошо. Гораздо лучше, чем я, — заметил он самокритично.
 
— Меня обучали. Хуже, чем остальных аристократов, но обучали. Да и сам недавно уроки брал.
— Дорого стоят уроки? — поинтересовался Матвей с показушно-безразличным видом человека, у которого нет денег и которому стыдно это показывать.