Песнь койота. Дилогия (СИ)
— Ну а как работает радар? — Найрад вертел в руках штуку, похожую на пульт от телевизора с небольшим встроенным монитором. Из-за этой фигульки его чуть не превратили в решето.
— Это барахло, — отозвался Ричи. — Видит волков только на расстоянии трехсот метров.
— Есть и получше? — спросил Найрад.
— Всякие есть.
Оборотень понял, что объяснений от хвостатого не дождётся. Видимо боевой овчар сам не знал, как работает подобная техника.
Как вообще кто-то из волков остался в живых при таком техническом развитии Анти? Наверное, именно поэтому здешние оборотени настолько продвинулись в магии. А стражи, чтобы составить оборотням достойную конкуренцию, тоже держались на уровне. Похоже, ему ещё многое предстоит узнать.
Глава 23
— Как у тебя получилось так быстро прикончить обоих? — девчонка ласково потрепала овчара, что шёл рядом с ней, по холке.
Найрад, что замыкал шествие, навострил уши. Он уже начал потихоньку сожалеть, что согласился путешествовать с этой парочкой. Конечно, ждать этичности от пса, выращенного Анти, было слишком амбициозно, но человеческая девчонка могла бы проявить хоть немного жалости. Что стало со вчерашней школьницей? Видимо, несколько месяцев жизни в тяжёлых условиях наложили отпечаток на психику. Стоило всерьёз заняться ее воспитанием, а также поговорить с Ричи по поводу убийств. Разгуливать с овчаркой, режущей людей налево и направо, Найраду хотелось меньше всего. К тому же люди, обнаружив тела, спишут всё на жестокость оборотней.
— Нас учили работать против вооружённого противника, — ответил Ричи. — Первого я обезвредил, используя ускорение. Второй чуть было не достал меня, пуля скользнула по шерсти, но я настиг его прежде, чем тот успел снова спустить курок.
Ускорение? О таком Найрад даже не слышал.
— Почему ты не пользовался этим ускорением раньше против бандитов и кураторов? — удивилась Кейса.
— Это против инструкций. В схватке нам предоставляется относительная свобода, но для использования подобных трюков нужна команда. Видя, что ситуация требует нестандартных мер, проводник даёт разрешение на спецсредства.
— Так ты действовал вполсилы и молчал? — изумилась Кейса.
— Я привык полагаться на проводника, — вздохнул овчар. — К счастью, теперь я свободен от этого.
— Вот дела, — хмыкнула девчонка, — нас чуть не прикончили, а он ждал приказа…
— Так учили следовать инструкции, — ответил пёс.
— Ну а в схватке против Анти?
— Какая теперь разница! — рыкнул овчар, — кураторы знают всё на десять ходов вперёд, — если бы я не отступил от прежней стратегии, мы бы с тобой сейчас не разговаривали.
— Сколько ещё до города? — на этот раз Кейса обратилась к Найраду, — я устала!
Найрад тоже устал, но не подавал виду. С утра они прошли двадцать пять километров по лесу, продираясь через густые заросли, болотистую местность и залежи валежника. Теперь пейзаж стал совсем другим. Скрипучие сосны сменились высокими елями, местами даже попадались берёзы и осины. Этот лес был моложе и выглядел менее мрачно.
— Около пятнадцати километров, — ответил страж.
— Заночуем в лесу, — предложил Найрад, — кто знает, что творится в городе.
— Так и сделаем, — согласился Ричи.
Похоже, Кейса только этого и ждала. Она молча села под дерево и начала расчехлять палатку, которую прихватила со стоянки партизан.
Местом для лагеря выбрали небольшой овраг, по дну которого протекал ручей. Островок твёрдой земли, окружённый кустами, прекрасно подходил для ночлега. Близость воды и земляные стены прикрывали от экранов Анти, а также служили хорошей защитой в случае нападения.
Найрад с Кейсой нарезали высокой травы и набросали её поверх тента, который оборотень натянул на случай дождя. Девчонка собиралась спать в палатке, а Найрад с Ричи предпочли скоротать ночь на свежем воздухе. В случае опасности гораздо проще среагировать, если не нужно расстёгивать молнию и выбираться из спального мешка.
Ричи пробежался по округе, патрулируя окрестности в поисках неприятелей. Кейса развела костёр, чтобы подогреть консервы на ужин и вскипятить воды. Найрад предпочёл бы поесть сухой паёк, да и пёс не нуждался в горячем чае, но они пожалели девчонку и решили пойти на небольшой риск. С костром, как ни крути, было веселее.
Пока Кейса занималась ужином, Найрад тренировался использовать внутреннее видение «по-тихому», как учил страж. Всё оказалось проще, чем он предполагал. Надо было всего лишь распространить действие защитных куполов на расстояние вытянутой руки от собственного сияния. Тогда радары Анти и чуйка псов не могли поймать всплески силы при использовании способностей. Через полчаса Найрад освоил технику и научился беспрепятственно пользоваться чутьём, не рискуя привлечь внимание охотников.
После ужина Найрад остался стоять на карауле. И хотя после еды и отдыха он почувствовал себя немного лучше, ему все же было дурно от осознания, что пёс прирезал людей, не оставив тем ни единого шанса.
Похоже, для овчара такое поведение было естественным. Но можно ли его винить, если вспомнить, через что он прошёл? Со щенячества жизнь Ричи проходила в атмосфере жестокости. Боевой пёс настолько зачерствел, что позабыл ценность чужой жизни. Анти не слишком-то церемонились с людьми, если те вставали у них на пути.
Овчар бесшумно подошёл и встал напротив. Прохладный воздух испарялся с кончика языка. Теперь он больше походил на уставшую овчарку, а не на машину для убийств.
— Как там Кейса, уснула? — спросил Найрад.
— Да, — ответил Ричи.
— Завтра у неё будут болеть ноги, — заметил оборотень.
— Не исключено, — согласился овчар. — Что мы будем делать, когда доберёмся до города? — пёс сел рядом и задумчиво смотрел вдаль.
— Я думал, вы обсуждали это с Агнесс, — Найрад рассеяно почесал затылок.
— Нам предстоит работать в команде, лучше всё обговорить на берегу, — сказал Ричи.
— Сначала надо выловить кого-то из ваших. Я тебя прикрою, насколько смогу. Нужно попытаться поговорить с действующим стражем, объяснить ситуацию. У тебя есть кто-то на примете, кто тебе доверяет?
— Да, — задумчиво ответил Ричи после короткой задержки, — есть пара товарищей.
— Надо постараться выйти с ними на связь. Анти наверняка уже выставили вознаграждение за твою голову. Если сунешься в питомник, тебя быстренько прихлопнут, не говоря уже обо мне и Кейсе.
— И что дальше? — овчар вопросительно посмотрел на Найрада.
— Расскажешь им всё, что узнал сам.
— В это нелегко поверить, — вздохнул пёс, — тебе трудно представить, но они не знают другой жизни кроме службы.
— Ты же поверил.
— Кейса показала мне другой мир, я и до этого начал задумываться над многими вещами. В прошлый раз Агнесс пыталась поговорить со мной, но я только хотел поскорее вернуться в питомник.
— Как ты познакомился с Агнесс?
— Я потерял куратора и был ранен. Она нашла меня и выходила, а потом отпустила к своим. — Пёс снова тяжело вздохнул. — Мне и сейчас нелегко. Порой хочется, чтобы кто-то отдавал приказы. Это проще, чем все решать самому. Ведь, если облажаюсь, ответственность за провал целиком и полностью будет на мне.
— Я могу тобой командовать, если хочешь, — усмехнулся Найрад.
— Да ну тебя! — серый пёс махнул головой, — ты не понимаешь, мы с тобой равны, а кураторы были для нас, словно боги.
— Эти боги чуть тебя не прикончили. Настало время стать атеистом.
— Похоже на то, — горько усмехнулся Ричи, — теперь я сам по себе…
Какое-то время они молчали.
— И что дальше, если коллеги мне поверят? — спросил Ричи после паузы.
— Они расскажут остальным. Правду не утаишь, она распространиться как лесной пожар. Часть псов присоединиться к нам. С их помощью мы выступим против моего вожака.
— Зачем?
— Он плохой лидер, — Найрад насупился, подбирая слова, — больше заботится о собственной шкуре, чем о стае.
— Ты станешь новым вожаком? — кивнул Ричи.