Песнь койота. Дилогия (СИ)

— Целители не могут вытащить с того света, — сказал старик, будто читая мысли гостя, — он при смерти. Вливание энергии уже не сработает. Только ты и я можем помочь, если объединим силы.
— Но как? — недоуменно спросил Найрад.
— Мы вожаки, действующий и будущий. Это даже не волчья магия, а колдовство. Работа с намерением, если хочешь.
— Не совсем понимаю.
— Энергетическое тело имеет несколько слоёв, которые помещаются друг в друга, словно матрёшки. Оборотни могут видеть второй слой, который мы называем сиянием, а люди — аурой, вторая матрёшка после физического тела.
Найрад на всякий случай кивнул, хотя не совсем понимал, куда он клонит.
— Самый глубокий пласт — это благочестие, или вместилище намерения, — философским тоном продолжил Лис, — там хранится вся информация, потенциал и, если хочешь, судьба. У тебя он скроен иначе, чем у большинства оборотней. В нём есть зазоры, через которые свободно проходят нити Вселенной. За счёт этой свободной энергии ты можешь быть сильнее, видеть яснее, а также вести за собой других. Источник силы даёт сострадание и позволяет заботиться о стае. Глубоко в этом слое скрыта персональная меркаба, с её помощью можно даже остановить смерть. Чтобы спасти того, кто одной ногой уже на том свете, нужно как минимум две меркабы. Ты готов помочь?
— Да, но я не знаю, как это работает…
Найрад боялся, что ничего не выйдет, ведь он много лет не пользовался своим даром, игнорируя в себе волка.
— Не беспокойся, я помогу, если позволишь, — подбодрил его Лис.
Лис подошел к Глену, склонился над ним и сделал несколько пассов руками, пробежался пальцами по энергетическому колпаку. Нити и бабочки, что поддерживали в нем жизнь, исчезли. Дыхание оборотня стало слабее.
Найрад подошел и встал с другой стороны кровати.
Вблизи Глен казался ещё бледнее, сияние собрата угасало на глазах.
— Давай руки, — скомандовал Лис.
Найрад подчинился. Теперь они стояли друг напротив друга, держа сцепленные руки над раненным собратом.
— Закрой глаза и иди вглубь себя, — приказал вожак, — так далеко, как можешь.
Найрад последовал указаниям и сконцентрировался. Всё отошло на задний план, как при медитации, только намного быстрее. Он шагнув в темноту внутри себя.
Лис помогал.
Реальность отступала на мягких лапах, погружаясь в забвение. Осталось только движение воздуха в ноздрях на вдохе и стук сердца на выдохе. А также тёплые руки вожака, которые с каждой секундой становились всё горячей.
— Хорошо! — донёсся голос Лиса откуда-то издалека.
Темнота колыхалась лохматыми краями. Перед внутренним взором мелькали радужные круги, похожие на гигантские мыльные пузыри. Найрад погрузился в состояние, похожее на транс или гипнотический сон, хотя понимал, что не спит, и всё это вполне реально.
Вдруг он увидел яркое и манящее ослепительное сияние. Оно переливалось всеми цветами светового спектра. Бесформенная масса плавно перетекала в пространстве вокруг центральной точки. Чем дольше он смотрел, тем медленней становилось колыхание, и чётче вырисовывался образ. Через какой-то промежуток времени видение прояснилось, и перед ним предстала вращающаяся пятиконечная звезда из его снов.
Найрад никогда не видел ничего прекрасней нее! Не в силах оторваться, он смотрел как заворожённый.
— Открывайся! — скомандовал Лис.
Найрад вздрогнул от неожиданности и открыл психические барьеры.
Меркаба поблекла и исчезла. Он ощутил щемящую пустоту в сердце и почувствовал, что земля уходит из-под ног. Сильные руки подхватили его, кто-то поддержал его за плечи, не дав ему упасть.
Ладони Лиса обжигали.
Найраду хотелось отдёрнуть руки, но он не мог даже пошевелиться. Кончики пальцев горели, а вслед за ними, вспыхивало всё тело. Казалось, черепная коробка скоро распахнётся, из неё вырвутся языки пламени, а из ушей повалит чёрный дым. Вскоре ощущения исчезли, будто перегорели в этом пожаре. Осталось только биение сердца, медленное и гулкое, словно бубен. Найрад держался за этот ритм как за спасительную соломинку. Но потом всё исчезло. Он ощутил невесомость, как в свободном падении, и провалился в тёмный колодец.
 
Найрад проснулся в своей комнате.
Голова раскалывалась, мышцы ныли, будто он всю ночь грузил мешки с углем. Лоб покрывал липкий пот, а во рту не иначе как чокнутая ведьма варила колдовские зелья с примесью кошачьей мочи.
Лис сидел у изголовья кровати.
— Как Глен? — спросил Найрад, едва разлепив глаза. Голос звучал слабо.
— Будет жить, — ответил вожак.
Найрад осторожно приподнялся и сел, касаясь босыми ногами холодного пола.
— Я часто видел ее во сне. Что это была за звезда? — спросил он.
— Меркаба, — ответил Лис.
— Почему она исчезла? Вы забрали её?
— Одолжил по твоему разрешению, — поправил Лис, — её нельзя отнять, потому что это часть тебя.
— Почему я раньше не видел ее наяву?
— Ты не пытался.
— Значит, моих родителей можно было спасти, точно также как Глена?
— Круговорот жизни и смерти вечен и неизменен. Они ушли в своё время, — философски ответил старик.
Найрада мутило. Он встал, пошатываясь, подошел к окну, открыл форточку и жадно вдохнул свежий лесной воздух.
Почувствовав на себе тяжёлый взгляд вожака оборотень обернулся. Цепкие щупальца чужого сознания бесцеремонно вторгались в его личное пространство.
Лис менялся на глазах. За несколько секунд он вырос до огромных размеров и теперь занимал полкомнаты. Перед Найрадом стоял исполинский пепельно-серый волк с коваными серебром когтями. Воплощение величия и могущества. Мудрый, быстрый и великий. Сила и ярость. Защита и милость. Перед ним хотелось склонить голову.
— Ты за фуфло? — прошептал Найрад, прикрываясь рукой.
Он не слышал, чтобы Лис пытался кого-то подчинить себе насильно.
— Ко мне! — скомандовал вожак.
Властный голос призывал подчиниться. Внутреннему волку не терпелось припасть на передние лапы и подставить шею.
Найрад уже отвык ориентироваться на волчью душу, поэтому колебался.
— Подойди! — повторил приказ Лис.
Найрад помимо собственной воли сделал шаг навстречу.
Как вдруг картинка потускнела. Теперь вожак будто находился за толстой полиэтиленовой плёнкой. Его влияние заметно ослабло. Найрад все еще мог выбирать.
Невидимая черта пролегла между ними. Стоит её пересечь и проблемы исчезнут, сомнения, горести и одиночество растворятся в темноте ночи. Он станет частью семьи, будет под защитой, познает радость стайной жизни. А остальное — пропади пропадом!
Лис смотрел в глаза не отрываясь.
Найрад сделал ещё один шаг. Мысли плыли медленно и лениво, будто завязли в густом тумане. Он понимал, что не хочет идти, но ноги двигались вперёд помимо его воли.
Мирта. Воспоминание о ней пронеслось яркой вспышкой, хотя сил сопротивляться не прибавило.
Он получил приказ. Жгучий и требующий немедленного выполнения.
Тело тряслось от желания. Сделать сейчас, думать потом.
Найрад силой воли заставил себя остановился.
Что будет с Миртой, если он пересечёт эту невидимую черту? Как он сможет ей помочь? Только если Лис прикажет, а он вряд ли это сделает.
Найрад поднял ногу и застыл на месте. На мгновение туман рассеялся. Внушение дало сбой.
— Что за…? — вскричал Найрад, отпрыгнув к окну, — что вы себе позволяете? — крикнул он.
— Чёрт возьми! — выругался Лис, — не сопротивляйся, никто не может.
— Какая подлость! — выпалил с раздражением Найрад, — Лесс был прав на вас счет, кажется, даже Мирта обо всём догадалась. Только я все равно приехал, словно последний идиот.
— Рыжуля поделилась конфеткой? Что ж, это всё объясняет. — выругался Лис.
— Таков был план? Заманить и подчинить?
— Нет времени играться в бирюльки.
— Что это значит?
— Ты нужен стае.
— Где-то я это уже слышал, — буркнул Найрад.
— Заглядывал бы чаще, знал бы, что творится. Думаешь, мне хочется тащить тебя в стаю силой?