Песнь койота. Дилогия (СИ)

— Значит, не обошлось без вашего брата, — складка на лбу черно-подпалого овчара поползла к носу. Пес поднял верхнюю губу, обнажив острые клыки.
— Похоже на то, — неохотно подтвердил Найрад, — думаю, замешан оборотень. Только вот ума не приложу, зачем понадобилось натравливать зверей на мирных граждан?
— Это элементарно, — ответил Ленни, — амбициозный и властолюбивый перекидыш решил сколотить собственную стаю из подручных средств, а точнее, людей. В процессе обращения что-то пошло не так. Новоиспеченные волки вышли с браком, вырвались на свободу и напали на деревню, к счастью, мои ребята оказались поблизости и подчистили мусор.
— Мне неприятно, когда ты говоришь так о представителях моего вида.
— Прости, но технически это гибриды, а не перекидыши, — заметил Ленни.
— Это ничего не меняет, — рыкнул Найрад.
— Вместо того, чтобы спорить по пустякам, давайте лучше подумаем, как найти виновника резни, — примирительно заметил Джар.
— В сознании пленника маячила какая-то черная пугающая фигура, но мне даже примерно не удалось разглядеть, кто это был. Как только я начал подбираться поближе к этому образу, волк мгновенно покончил с собой, — сказал Найрад.
— Видимо в его голове стояла защита на подобный случай, — разочарованно сказал Ленни.
— А мы этого не учли и в итоге остались с носом, — подытожил Найрад.
— Чую, что это не последний подобный инцидент, — сказал Ленни.
— Постой-ка, — оборвал его Найрад, — вы это слышали?
Псы переглянулись, вертя ушами.
— Нет, — ответил Джар, — не слышу ничего необычного.
— Кажется, меня кто-то зовет, — удивленно сказал Найрад, вертя головой.
— Не вздумай идти, это ловушка. — предостерег черно-подпалый овчар.
Но Найрад уже прыгнул в портал, не дослушав союзника.
  
Глава 51
 
Мелодия была такой манящей, что Найрад решил немедленно узнать, кто это мог быть. Овчар буркнул что-то типа «не вздумай», но что страж мог знать о природе волчьего зова? Этим типом связи волки обменивались только с самыми близкими, и если уж Найрад подарил кому-то привилегию личного вызова, на то были свои причины. Не явиться на зов было равносильно оскорблению. Да и сама мелодия была скроена таким образом, что обязывала перекидыша прийти. Зов воспринимался практически как плач ребенка для матери. Конечно, можно отказаться и не подойти к малышу, но при наличии сердца выдержать плач, сидя в другой комнате, будет тяжело как физически, так и морально.
Поэтому Найрад, не раздумывая прыгнул в портал. Уже по пути перекидыш подумал, что адресат мог оказаться его заклятым врагом. Оказавшись на месте перекидыш понял, что догадка оказалась верной.
У костра на небольшой круглой полянке сидел Лис. Он жарил обед, поместив мясо на решетку над красноватыми углями. Угли дымились и шипели, когда в них капал пахучий жир. Одет Лис был в простую походную одежду и выглядел помятым, словно пьющий пенсионер на пикнике.
Найрад затравленно осмотрел поляну на предмет засады. Прийти на неизвестный зов, не раздумывая было плохой идеей. Теперь перекидыш даже не был уверен, что у него хватит сил открыть обратный портал, так как он еще толком не успел восстановится после инцидента с куполом. Просмотр воспоминаний пленника отнял те крупицы силы, которые ему удалось скопить за последние дни.
Если Лис бросит ему вызов, он с легкостью одолеет Найрада и приберет к рукам оставшуюся часть стаи. Возможно, это и был коварный план старика. Молодой волк прилетел на огонек, словно несмышлёный мотылек.
— Не думал, что ты придешь, — сказал Лис, вороша угли палкой.
Из костра валил дым, но оборотень, казалось, не замечал его.
— Признаю, это глупо с моей стороны, — вместо приветствия ответил Найрад.
— Я тоже когда-то откликнулся на зов, — сказал Милорад, не оборачиваясь.
— Это было глупо с вашей стороны, — заметил Найрад.
— Я знал, что рано или поздно ретивый волчонок бросит мне вызов. Ведь я растил себя как приемника! Ты был мне словно сын, — пожилой оборотень отвернулся в пол-оборота.
 
Найраду показалось, что тот украдкой промокнул глаза. Хотя, может дым был всему виной.
— Может обойдемся без сантиментов? — грубовато бросил Найрад.
Слова старика расшевелили в нем чувство вины. Конечно, Лис растил не его, а его прототипа, но ведь старик-то этого не знал.
— Ты просто молодец!
От этого заявления Найрад опешил. Уж чего-чего, а похвалы от бывшего вожака, сраженного в поединке не самым честным способом, он не ожидал.
— Я не ослышался? — на всякий случай переспросил молодой перекидыш.
— Ты поступил нечестно, — менторским тоном продолжил Милорад, — но это был единственный шанс занять кресло вожака. Многие мечтали об этом, бросали вызов, но никто не мог победить. Ты знал, что волки не решаться открыто выступить против меня, поэтому заключил союз с этими шавками. И добился своего. Всегда был упертый. Это давало мне надежду на то, что в один прекрасный день ты станешь достойным лидером стаи.
Найрад слушал и не верил своим ушам. Старик не только не зол на него, но даже хвалил. Видимо, совсем слетел с катушек, пока валялся на складе в заморозке, подумал перекидыш, поэтому решил не спорить, а слушать молча, параллельно размышляя над тем, как вернутся обратно в общину.
— И ты им стал, — продолжил старик, тем самым окончательно смутив преемника, — ты сделал невозможное, объединив стаи. Я только мечтал о чем-то подобном. А вот после ты сглупил. Развесил уши и пригрел на груди гадюку.
— Агнесс? — осторожно уточнил Найрад.
— Эта курва спит и во сне видит, как бы меня уделать еще со времен нашей молодости. Зря я тогда ее пожалел и отпустил, ох зря.
— Что вы имеете в виду? — из вежливости поинтересовался Найрад, прислонившись спиной к ближайшему дереву.
— Я был тогда молодой и глупый, а она девка видная, ноги от ушей. Ну и попутал черт, закрутил я с ней шашни. Пока еще не знал про стервозный характер и жестокие привычки. Но вскоре сучка почувствовала вседозволенность, и дала волю темпераменту. Прыгала по чужим койкам, пускала нелепые слухи за моей спиной. Я, как влюбленный идиот, не верил и закрывал глаза на шепотки. Это продолжалось до тех пор, пока она не начала убивать.
— А я слышал совсем другую историю, — поделился своими сомнениями Найрад.
— Она чего только не расскажет, — махнул рукой старик и как ни в чем ни бывало продолжил, — жестокие убийства стали шоком как для человеческой общественности, так и для стаи. На убийцу начали охоту. Сыщик уже почти вышел на эту стерву, когда я прикрыл ее задницу, замел следы и позволил ей скрыться.
— А она сказала, что убивали вы. А повздорили из-за управляющего кресла.
— Да какое уж ей кресло? — криво усмехнулся старик, — мечтала чертовка о власти, это точно, но бодливой корове Бог рога не дал. Уровнем силы не вышла. Все травки смешивала, магические привороты изучала, но сколько перья не цепляй — цыпленком не станешь. Волки не будут смотреть на амулетики да заклинания. Стае нужен сильный лидер, а не сварливая бабенка.
— Из всей этой истории я только одного не пойму. Почему она на вас злится? Ведь, по вашим словам, вы прикрыли ее, позволили скрыться.
— Потому что, когда шумок вокруг убийств утих, она решила ко мне вернуться, а я дал отворот поворот.
— Ущемили женскую гордость?
— Дал пинка под зад и велел не показываться на глаза. Тогда-то она и пообещала, что втопчет меня в грязь.
— Долго, однако, она ждала подходящего момента, — протянул Найрад, не зная, чему верить.
После предательства рассказы Агнесс не стоили выеденного яйца, но и Лиса он не держал на хорошем счету.
— Змеюка подколодная неспеша выискивала возможность подобраться ко мне поближе. А тут подвернулся ты. Что было дальше, сам знаешь, — сказал Милорад и замолчал, глядя куда-то вдаль.
— Почему я должен вам верить? — спросил Найрад после короткой паузы.
— Хотя бы потому, что я не желаю тебе зла, — сказал Лис впервые за время разговора подняв глаза на собеседника.