Долька счастья (СИ)
– Пошли, – Костик вручил Саше фонарь и они вышли на противную метель.
Друг открыл капот и отдавал приказания, куда и как светить. Что-то ворчал и то и дело вздыхал.
– Ничего не понятно, – перекрикивая непогоду, он захлопнул капот. – Механик из меня, конечно. Связи вообще нет?
– Не-а, – Саша покачал головой.
– Тьма, – протянул друг. – Ладно, давай хоть на обочину оттолкнём…
– Костя, последнее мы что проехали? – сидя в машине, спросил с надеждой Саша.
– Слушай, не помню, – Костик виновато посмотрел на ребят. – Что-то на «Л» или «М».
«Лапотки, – подумал Саша. – Значит, до моих километра три, не меньше».
– Хрен кто остановится, – друг проводил взглядом проехавшую мимо машину.
– Да вообще, не надейся даже, – вздохнул Саша. – Давайте так. Я сейчас пойду вперёд. Думаю, через километр связь должна появиться. Позвоню отцу, и сразу обратно сюда, в машину.
– Нет, Саша, – испуганно чуть ли не закричала Ксюша. Таких тревожных интонаций от неё он никогда не слышал.
– Саш, не стоит, – тихо сказал Костик. – Километр летом и километр зимой – это два разных километра, ты подумай. Метёт, смотри как. Сейчас я выйду, попробую кого поймать, пусть нас прицепят.
– Ладно, давай попробуем. Я с тобой.
– Нет уж, оставайся с дамой.
Костик вышел из машины, а Саша положил телефон фонариком на самом тусклом режиме вверх. И снова стало тихо. Диего мирно посапывал на коленях у Ксюши, а Дуня всё также смотрела в лобовое стекло.
– Ты как? – спросил Саша.
– Нормально, – коротко улыбнулась девушка. – Всё же когда-нибудь заканчивается. Ты только не уходи, хорошо?
Он протянул Ксюше руку.
Прошло уже минут пятнадцать-двадцать, машины равнодушно проезжали мимо. Никто не хотел останавливаться около размахивающего руками парня. Скоро Костя вернулся в салон.
– Глухо, нет у людей сочувствия. Ни капельки!
– Есть монтировка или ножик у тебя? – уверенно спросил Саша.
– И то, и другое, – ответил друг.
– Я пойду.
– Нет! – послышался умоляющий голос Ксюши.
– Надо, – твёрдо сказал Саша. – Надо выбираться. Я бы уже сходил.
– Я с тобой, – девушка натянула перчатки.
– Ксюша, точно нет.
– Саня прав, – Костик встал на сторону друга.
– Да я с ума сойду ждать!
– А если вы вдвоём уйдёте, я тогда сам охренею тут ждать вас обоих.
– Ага, то есть, меня тебе не жалко, – засмеялся Саша.
– Да ты же понял, что я имел в виду.
– Понял, понял. Добро давай.
Не успели парни выйти к багажнику, как из салона выпрыгнула Ксюша.
– Пойду. Дай мне нож.
– Ксюша, – попытался ласково сказать Саша. – Я быстро. Ничего со мной не случится, ничего. Смотри, я вооружён до зубов.
– Не смейся…
– Останься с поросёнками. С Диего, с Дуняшей. Они же всё чувствуют, а с тобой им будет спокойнее. Ксюша шмыгнула носом. Саша притянул девушку к себе и прошептал ей на ухо: «Я так тебя люблю. Как я могу не вернуться к вам, Ксюша. Люблю».
Он отстранился и в свете фонарика увидел, как часто она моргает, закусив нижнюю губу.
– Всё, скоро буду, – он махнул рукой, подтянул вверх воротник и пошёл вперёд.
«Новый год к нам мчится, скоро всё случится», – в голове совсем некстати крутилась весёлая песенка, которую услышал сегодня в автобусе по пути домой.
«А что если ничего не случится?» – мрачно подумал Саша и посмотрел на чернеющие деревья совсем рядом. Сколько раз он смотрел на густые леса через окно отцовской машины и щекотал себе нервы, представляя, каково это – оказаться в глухом местечке одному в осенних мокрых сумерках или морозной зимней ночью. Накликал беду.
«Чушь какая, ещё суеверия лезут в голову!»
Мимо проехала машина, и теперь Саша не понимал, радоваться ему или насторожиться, если кто-то остановится.
В одной руке он держал огромный фонарь, в другой – монтировку.
Через каждые двадцать шагов Саша доставал телефон и смотрел в заветный верхний правый угол, но связь не появлялась.
«Хоть бы одна палочка! Давай же! И почему мы не в Лихтенштейне каком-нибудь, не потеряешь связь, наверное…»
Двадцать шагов, ещё тридцать, ещё двадцать. Бездумный счёт помогал освободить мысли ото всякой чепухи.
«Пятнадцать, шестнадцать… Опять кто-то едет. Что-то большое…»
Саша отступил в огромный сугроб на обочине, чтобы пропустить грузовой «Мерседес» с круглыми фарами. Неожиданно машина начала притормаживать. Когда она совсем остановилась, в кабине зажёгся свет и Саша увидел через часто работающие дворники круглолицего водителя. Он непонятно чему широко улыбался. Саша насторожился и тут же услышал сквозь метель крики Костика откуда-то позади:
– Сашка! Иди на голос! – друг смеялся, выйдя из машины, которую и тащил на тросе «Мерседес».
– Ребята! – с самой чистой, детской радостью Саша побежал к «десятке», рванул дверь и уселся на заднее сидение.
– Ксюша! – он выбросил монтировку на пол и стянул перчатки. Саша взял девушку за плечи и крепко прижал к себе. – Всё хорошо.
Ксюша только улыбнулась и тихо заплакала.
– Ну, ну, – Саша подтянул поросят к себе. – Всё закончилось.
– Все сели? – Костик заглянул в салон. – Саня, дай фонарь, я шефу моргну.
Часть 2.– Ой, Саша, – покачала головой мама, потирая руки о фартук. – Зря ты Костика отпустил, зря.
– Правда-правда, – поддакивал отец.
– Да я же предлагал остаться, – ответил Саша. – Но это же Костик – надо в город и всё тут. Давайте, хоть помогу с чем-нибудь.
– Надо же, как попали, как попали, – продолжала охать мама и пропустила мимо ушей последнее предложение.
Маленький уютный домик встретил тревожных путников оранжевым светом окон, гирляндами под крышей, маленькой ёлочкой во двое и недоделанным «пигги-городком», о котором первым делом сообщил Сергей Владимирович, как только встретил ребят на перекрёстке. Тогда же он пытался уговорить Костика остаться в гостях, но тот был настроен вернуться в город.
Первым делом во дворе Саша любопытно осмотрел пигги-городок. Пока что разобрать задумку отца было не очень просто, но на душе стало тепло-тепло – так их ждали. К сожалению, Дуняша и Диего так устали от дороги и путевых передряг, что совсем спрятали пятачки в комбинезоны и даже не похрюкивали.
Дома они нашли самое лучшее место на свете – на мягком коврике у деревенского камина. Ксюша уже успела переодеться в праздничный наряд – синее платье в пол, и аккуратно разложила Сашин костюм.
Время приближалось к двенадцати, и началась традиционная суета: всё ли на месте, достаточно ли начищены бокалы. Из холодильника на стол отправились нарезки, оливье и сельдь под шубой, ещё какой-то модный мамин салат, сама мама озабоченно осматривалась: всем ли хватает вилок и ложек, хотя гостей и не ждали, готовились встречать новый год вчетвером… вшестером, конечно же.
За полчаса до заветной даты все торжественно расселись по своим местам, чтобы проводить Старый год. Отец принялся распечатывать бутылку шампанского, пока Саша с Ксюшей заговорщицки переглядывались: им хотелось поскорее вручить подарки. А уж как не терпелось Саше отдать своей девушке долгожданный сюрприз! Ксюшу ждала та самая палетка теней, которую перед новым годом успел урвать Саша.
– Серёжа, подожди, подожди, – мама вдруг поднялась из-за стола и поспешила на кухню.
– Ну, как всегда, – отец хлопнул себя по коленке.
– Ребята! – донёсся мамин тревожный голос. – А поросёнки где наши?
Саша даже пропустил мимо ушей «наши поросёнки». А Ксюша отправилась в кухню и скоро вернулась с самым потерянным видом.
– Нет, на кухне нигде нет…
Наступила тишина. Каждый со своего места подозрительно осматривал гостиную.
– Все на поиски! – бодро скомандовал Сергей Владимирович и отставил бутылку. – Должны успеть найти ребят до нового года, должны.
Саша глянул на часы – ещё целых десять минут. В памяти пронеслись воспоминания о тех неприятных минутах, когда он случайно оставил Диего на лоджии и искал его по всей квартире.