С.М.У.Т.А. (СИ)

Вадим промолчал, ожидая следующей сентенции от настоятеля, и она не замедлила состояться.
- Тебе нужно молиться каждый день, отрок. Впереди нас ждут непростые времена, и мы все будем дённо и нощно молиться за спасение нашего Отечества и нашего народа от раскола и мерзопакостной напасти, что лишает нас человеческого обличья. То ниспосланные Господом нашим испытания за грехи наши тяжкие.
Но ты уже сделал свой вклад в борьбу с этим испытанием, и я оценил твои заслуги. Отныне ты будешь работать вместе с кузнецом и во всём помогать ему. Вижу, что духовная служба не для тебя и незачем мучить и принуждать тебя. Ты способен принести много пользы и на другой ниве, а эту оставь для тех, кто более к ней приближён. Помолись ещё и ступай к иноку Серафиму, заверши с ним все дела и можешь идти к кузнецу. Принят ты в нашу общину на усиленный кошт, поэтому, не подведи нас!
Вадим посмотрел настоятелю в глаза, кивнул и, отвернувшись, стал громко молиться.
Настоятель так же, как до этого Пафнутий, перекрестился на иконы и удалился из церкви, оставив в ней Анисима. Анисим отошёл к алтарю, какое-то время крестился, шепча слова молитвы, потом обернулся и подошёл к Вадиму.
- Второй раз ты меня от смерти спасаешь, отрок. Диву даюсь, как это может быть. Видно это судьба, и каждый волен её принять или не принять. Я принимаю. Благодарю тебя, отрок, за твою помощь. Проси, что хочешь за то.
У Вадима перед глазами сразу появились сияющие золотые монеты, разные дорогие вещи и прочее добро. Он встряхнул головой и оглянулся вокруг, церковь явно была небогатой, никакой позолоты, серебряных окладов у икон и прочих излишеств он не заметил. Да и что можно взять с полунищего старого монаха из Богом забытой Пустыни?
- А лапти научите вязать, и писать, как следует, и молиться правильно, и пищу в лесу добывать, и уметь нужное направление пути искать, а не блукать по лесу? Ииии…. И всё, - сам себя оборвал Вадим.
- Нда, Вадим, умеешь ты удивлять, даже стариков. Я думал ты денег попросишь или ещё чего, а ты всё о насущном, да о духовном. Научу я тебя всему, что знаю. Конечно, научу.
- Мне бы оружия ещё путёвого.
- Оружие тебе кузнец даст. Вы с ним снова пойдёте в село. Других он больше брать не будет. Так и сказал: «Я с этим отроком вместе в бою стоял, в бою видел, в бою доверяю, а иных на смерть не пошлю». Сделаю я всё для тебя, отрок, мало нас осталось, держаться нужно вместе, а то заживо сожрут и косточками не подавятся, - отец Анисим вздохнул.
Вадим вспомнил Акима и согласился, что сожрут, особенно, если таким образом, как Аким, вместе держаться… Чувствовалось, что Акима нужно проучить, взять с собой и пускать вперёд. Он хитрый, всё равно выживет, как пить дать.
- Ладно, Вадим, иди к Серафиму, а потом к кузнецу, ты свою епитимью выполнил.
Вадим кивнул и, перекрестившись, чтобы, значит, не выделяться, вышел из церкви. Серафима в келье не было, не оказалось его и в библиотечной келье. Нашёлся он только за церковью, где делал что-то, непонятное для Вадима.
- Я принёс вишнёвую смолу для чернил.
Серафим вздрогнул и повернулся к Вадиму.
- Что?
- Я говорю, что принёс смолы для чернил.
- А! Это! Давай!
Вадим достал мешочек со смолой и протянул его Серафиму, тот взял его, не глядя, и отвернулся.
- Ты ничего не хочешь мне сказать, Серафим? - Вадим немного разозлился.
- А?! Я?! Нет. Ступай, ступай, - словно отгоняя муху, сказал Серафим и погрузился в раскладывание странной фигуры, похожей на перевёрнутую книзу пирамиду. Вадим пожал плечами, мало ли какие причуды у этого чудика. Забрал смолу и ладно.
Развернувшись, Вадим отправился к кузнецу и не видел, что Серафим обернулся ему вслед и прошептал.
- Как же ты справился с мертвяками, и что они собой представляют? Ммм, надо понять, надо понять.
Словно в лихорадке, Серафим повторял эту фразу, собирая из щепочек и веточек непонятную конструкцию, но всего этого Вадим не видел и не слышал. Он неспешно направился к кузнецу, который один возился в своей кузне. Кузнец поднял глаза, увидел Вадима и, прекратив работать, обратился к нему.
 
- Вот ты где!
Вадим кивнул и пожал плечами. Мол, а где мне ещё быть?
- Меня прислал настоятель работать с тобой, Елизар.
- То верно, разговор был о том. А вообще, я хотел тебя поблагодарить, что ты вернулся. Это поступок уже не отрока, а воина. Повезло тебе, что мертвяки попались, был бы хоть один шляхтич, располовинил он тебя одним ударом. Да и даже не заметил того. Страшно умелые они бойцы… Неумеха ты ещё, всё на азарте и страхе сделал, но точен был и решителен, то нас и спасло. А мертвяки другими оказались, страшными. Ты хоть помнишь что?
- В конце ничего, - честно признался Вадим.
- Я догадался, - кивнул кузнец и полез в глубину своей кузни. - Вот твой кистень, я его доработал по твоей руке, должен стать удобнее.
Вадим взял в руку давешний кистень. Действительно, гирька на конце цепи стала гораздо послушнее.
- Спасибо!
- Ещё сделаю, коль понравилось. Ты мне всё-таки жизнь спас и до конца сражался. Нужно тебе ещё одно оружие, но уже не столько от мертвяков, сколько от людей. Да научить им пользоваться. Много там я видел оружия, но не успел собрать, надо найти его и принести сюда, да и по трупам пошарить. Разбойнички то были, да непростые. Если не золотишко, то серебрушка какая и была. Но времени не было, и одежду осматривать надо.
Вот если посчастливится найти, где они бросили всё или не смогли взять с собой, когда в мертвяков обратились, но то идти туда надо. И схрон свой проверить. А пока мы с собой взяли три сабли, копья свои, да несколько кинжалов. Сулица твоя там где-то и осталась.
Вадим кивнул. Да, сулица где-то валялась, и он даже не помнил, как потерял её.
- Вот и я говорю, - продолжил кузнец, - не умеешь ты с ней обращаться. Она всё равно для тебя, как палка какая. Коров только подгонять ею, да подкалывать их в брюхо. Не пойдёт она тебе, не твоё… Надо оружие новое тебе подбирать. Видел я что-то в схроне нужное, ну или в селе поищем, может и подберём что по твоей руке или новое сделаем. Так что, не журись.
Вадим по всегдашней своей привычке пожал плечами и принялся помогать кузнецу, как говорится, меньше слов, да больше дела. Да и дел навалилось много, а языком болтать нужно было, как раз, как можно реже. А в работе всегда можно было забыться.
- Завтра снова пойдём в село и в схрон свой заглянем. Я тут тебе отобрал чего, вот, посмотри. Это котелок, - кузнец показал походный котелок без ручки, но с проушинами под верёвки. - Ложка, огниво, кресало, нож! Всё твоё, да может обувь тебе справим какую кожаную. Посмотрим. Надо в село пойти, денег поискать. Готов?
- Готов, - кивнул Вадим.
- Ну, тогда за работу, - и Елизар принялся разжигать очаг.
  
Глава 12 Село.
 
Утром следующего дня Елизар вместе с Вадимом вышли из ворот Пустыни, направившись в сторону схрона. Их провожал сам настоятель, отец Анисим и ещё несколько обитателей монастыря, в том числе и Серафим. Что забыл здесь Серафим, было неясно, но его странный взгляд настораживал.
Впрочем, через несколько минут Вадим уже забыл о нём. Впереди лежала пугающая своей пустотой дорога. Что их ждало на ней – неизвестно. Вадим с кузнецом медленно и спокойно шли по дороге, пока находились в зоне видимости с колокольни Пустыни.
Но вот очередной поворот заслонил путников высокими деревьями, лес угрожающе придвинулся со всех сторон, замолчали птицы, а на душе сразу стало погано. Солнце внезапно скрылось за облаками, добавив толику неприятностей и так не радостным путникам.
Июль 1606 года от Рождества Христова не баловал тёплой погодой, да и вообще ничем хорошим не баловал. Набежавшие издалека тучи спровоцировали затяжной дождь, что тут же стал мочить двух смельчаков. Елизар, правда, только поёжился, а Вадим пожал плечами. Накрапывающий обложной дождь был неприятен, но не смертелен.