Санаторий (СИ)

— Здоровье в порядке, — выдавила она из себя, — спасибо зарядке. А вот нервы ни к черту стали… чудится что-то постоянно.
— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовался я, присаживаясь на подоконник, — расскажи, что чудится — сравним с моими глюками.
— У тебя, выходит, они тоже есть, глюки? — спросила она, поглаживая кота.
— Ну, натурально имеются, — ответил я, — но давай ты первая начнешь — инициатива, как говорят в армии, наказуема.
— Хорошо, — со вздохом отвечала она, медленно раскачиваясь в своем кресле, — могу и я начать. Вечером, когда вы разбирались с этим ларьком, как его…
— Сапсан он называется,- помог ей я.
— Правильно, с Сапсаном… я сидела на кухне и готовила салат из овощей, и тут… — и она сделала паузу, а я помог ей.
— Ты одна там что ли сидела? А Вера с Тамарой где были?
— Вышли куда-то, так что одна я была одинешенька, — пояснила она, — и тут воздух прямо передо мной вдруг задрожал… ну знаешь, как это бывает, если снизу что-то очень горячее стоит…
— Знаю-знаю, — кивнул я, — продолжай.
— И в этом дрожащем мареве… по-другому не знаю, как это назвать… появился некий товарищ с лысиной, прикрытой кепкой…
— А одет он во что был? — продолжил бомбить ее вопросами я, — я не просто так интересуюсь, а чтобы сравнить со своими глюками…
— Обычно он был одет, — поджала губы она, — штаны с рубашкой, обувь, извини, не запомнила, какая была… штаны коричневые, рубашка белая в полосочку.
— Ничего общего с моими…- пробормотал я, — но ты продолжай, я внимательно слушаю.
— А продолжать-то уже и нечего, поболтался этот лысый в своем облаке несколько секунд, усмехнулся и пропал с концами… да, напоследок выдавил из себя примерно следующее — ну вы попали, так попали. А теперь твоя очередь колоться, — передала она эстафету мне.
— Пожалуйста, — пожал я плечами, — у меня секретов нет — не далее, как полчаса назад было мне такое видение, что этот самый Миша, ну который в подвале сидел, а потом пропал, вышел на площадь к статуе… с фонариком в руке…
— С каким фонариком? — почему-то озаботилась она.
— Да я не приглядывался,- даже растерялся я, — самый обычный вроде был, маленький светодиодный, синего цвета… так вот, подошел он к Ильичу и начал махать своим фонарем в разные стороны. После чего к нему еще двое подошли…
— А эти двое как выглядели? — спросила она.
— Один был очень похож на того, что я спугнул вечером у озера, — продолжил я, — а второй незнакомый. Одеты были модно и во все серое…
— А на головах у них что было?
— Кепки, по-моему, — потер я лоб, — не помню… ну и короче говоря, все это закончилось тем, что я проснулся.
— Нехорошо в карауле спать, — усмехнулась она, — в армии за это как минимум на губу посадят, а могут в дисбат определить.
— Откуда такие точные сведения? — ответно усмехнулся я, — служила что ли?
— Отец военный был, — пояснила она, — я с детства по гарнизонам моталась…
— Понятно, тщ командир, — отдал я ей честь, — больше не повторится тщ командир.
— Вольно, ефрейтор, — улыбнулась она, — последнее предупреждение.
— Вообще-то я капитан-лейтенант запаса, — сделал я робкую попытку поспорить, — но ладно, согласен на ефрейтора…
И тут еще раз заскрипели половицы на этаже, и в наш зал вошел Валера, продирая свои заспанные глаза.
— Смена караула, — сообщил он мне, — можешь идти спать. А ты, — показал он в сторону Ирины, — можешь остаться, все веселее будет.
— Нет уж, — встала она с кресла, — я тоже спать пойду, а тебя вот Васька веселить будет.
И она протянула ему кота… больше ночью ничего не случилось, а утром после завтрака весь наш коллектив двинулся провожать в полет Толика — не каждый день такое случается, в самом деле. Дельтаплан оказался модели Урал, о чем Анатолий и сообщил всем остальным.
— Я как раз на нем и учился летать, — сказал он с радостной улыбкой, — ну не совсем, конечно, на этом, это модель Р16, а у меня была Р18, но отличия очень маленькие… мотор, управление, электрика почти такая же — в аэроклубе и тот, и этот рядом стояли…
— Значит, осваивать заново тебе ничего не надо, — ответил ему Гриша, — давай тогда так сделаем — первый полет чисто тренировочный, на сотню метров поднимешься, сделаешь круг над санаторием и сразу назад. А потом уже решим, как дальше действовать будем.
 
— Забились, — жизнерадостно отвечал Толик, — между площадью и бассейном есть чистая лужайка, с нее можно стартовать будет — это хоть и не самолет, но метров 30–40 разбега все равно нужно.
Мы дружно вытолкали аппарат на ту самую лужайку, женщины заботливо нарядили пилота в теплый свитер (вдруг там холодно будет наверху), мотор запустился с первой попытки и заревел басовитым тоном.
— От винта, — заорал Толик, хотя никого там у винта и не наблюдалось, — командир, даешь добро на взлет? — обратился он к Грише.
— Лети уже, — не по-уставному ответил тот.
— Разойдись, — продолжил надрываться Толик, — полетное задание усвоил, высота 100, эшелон 15, продолжительность десять минут, начинаю взлет.
Он лихо оторвался от земли и прямо сразу заложил крутой вираж.
— Не соврал ведь, — сказал я, проводив дельтаплан приложенной к глазам рукой, солнце светило прямо оттуда, куда он полетел, — умеет, чертяка.
— Да, в этом нам повезло, — сообщил Гриша, тоже провожая взглядом взлет и лихие виражи Толяна, — что у нас оказался спец по этому профилю.
— А ты в каком отделе полиции в Подгородеа работаешь? — решил я несколько разрядить обстановку посторонними темами.
— Да у нас город маленький, — ответил он, — отдел один, подгородецкий… если интересует моя должность, то я старший оперуполномоченный по особо важным делам.
— Неслабо, — польстил ему я, — много народу наверно в подчинении.
— Трое, — коротко ответил он, и тут эстафетную палочку с вопросами перехватила у меня Ирина.
— Я слышала, — сказала она, — что у вас недавно одно резонансное преступление было…
— Ну было, — нехотя согласился он, — отделение Сбера ограбили, как раз, когда им большую сумму наличными завезли, пенсии чтоб раздавать.
— И что, поймали злодеев? — продолжила Ирина.
— Да куда ж они денутся в таком маленьком городке-то, — здравомысляще рассудил Гриша, — конечно, поймали… вот деньги не все вернули, где-то с треть они успели потратить.
— А всего сколько сперли? — спросил я.
— Двести десять миллионов с копейками, — ответил Гриша, — вернули сто семьдесят.
— И куда ж они их успели потратить в вашем маленьком городке? — не унималась Ирина.
— Купили джип, Лэндкрузер, это раз, его перегнали куда-то, пока не нашли, потом двое из банды улетели на Мальдивы, это два… тоже пока не удалось их задержать, ведется работа, ну и по мелочи — дорогое бухло, шикарные девочки, самый лучший ресторан на два дня сняли, модные ботинки и плащи купили.
— Все равно сорок лямов не набирается, — мысленно подсчитал я, а параллельно в мозгу щелкнул триггер на слово «модные»… ладно, потом додумаю.
— Значит, мы не все их затраты вскрыли, — вяло отреагировал Гриша, — о, Толик возвращается, пошли встречать.
Дельтаплан появился с противоположной стороны от той, с которой он взлетал, щуриться не пришлось — солнце сзади оказалось. Мотор работал ровно, без перебоев, с первой попытки Толик не смог приземлиться, пришлось ему на второй круг зайти. Мы все вместе подбежали к нему и. когда он заглушил мотор, чуть ли не коллективно потребовали «ну рассказывай».
— Говорить-то особо не о чем, — покрутил он головой в разные стороны, — по два-два с половиной километра во все стороны лес с болотами, а дальше туман сплошной…
— В каком смысле туман? — ошарашенно переспросил Гриша.
— В самом прямом, — буркнул Толя, — серый такой туман до горизонта.
— Так если туман, то ты может просто не разглядел, чего там? — спросил я, — за этим туманом?
— Все я разглядел, — по-прежнему хмуро отвечал он, — а не веришь — сам слетай, я расскажу, как управлять этой штукой. А мне стремно стало, и в туман этот я не полез.