Сказание о демоне (СИ)

— Ну-у-у-у… Пожалуй надо начать с общения с людьми. Выйти в город через «не могу» и денек обойтись без убийств и насилия. Просто сходить в лавку пекаря, ну или отведать вкусной имбирной курочки.
— Пошли… — Кагэцуя непринужденно обхватил мое запястье и поволок к веранде. Прижав меня к себе он, оттолкнувшись от пола, уверенно взмыл в воздух.
Испуганно я прижалась к нему, хоть и чувствовала, что его руки крепко прижимают меня к телу. Я ощущала его дыхание, оно было горячим и спокойным, как и биение его сердца.
Мы перепрыгивали через крыши и пролетали над дворцовыми стенами. Наконец, добравшись до города, он спустился на землю и выпустил из рук.
— Зачем, ну зачем мы здесь? — спустя пару мгновений я пришла в себя и немного запаниковала. Я оказалась так далеко от Тамахомэ и Дзирая. — Т-ты же сам говорил, что меня может убить Нобору!
— Я почувствую его приближение, можешь немного расслабиться… Только не сильно. — сказал Кагэцуя, скосив на меня свой надменный взгляд. — И поверь, у принца тьмы есть куда более важные дела, чем поиски человеческой женщины. Пока мы вместе, я просто такой же человек, как и ты. Не хочу, чтобы кто-то узнал, что я вожусь с тобой. Веди меня к людям…
— Серьёзно?! — я развела руками и посмотрела по сторонам, дав понять, что абсурдно искать их ночью. — К людям? Люди все спят!
— Идем к красным кварталам. Там женщины всю ночь развлекают мужчин, — сказав это, демон резко повернулся и направился в противоположную сторону от дворца.
Он шел очень быстро, но и я уже приноровилась поспевать за длинноногими мужчинами в моем окружении.
— Погоди… Да погоди ты! Я не могу посещать такие заведения, так что давай, отведи меня обратно!
— Это почему же? — не остановившись даже на мгновение, спросил мой мучитель.
— Ты… Да тебе сколько лет, чтобы такое спрашивать? Сам должен знать, что девушка, так еще и незамужняя, не должна ходить по таким, з-з-заведениям! — запнулась я, вспомнив, что там мы с ним столкнулись во второй раз. — Иначе, если кто-то прознает, то она не найдет себе достойного мужа!
— Да что ты говоришь, действительно? Тогда каким же образом ты оказалась в таком месте, когда я встретил тебя второй раз?
— Это другое… тогда я там была по работе.
Вдруг он резко замер и, нагнувшись, сурово взглянул мне в глаза и для пущей убедительности зажег в них синие огни:
— Тогда считай, что в этот раз ты тоже на работе! Согласись, лучше без мужа живой, чем без него же, но мертвой. Не так ли?
— И не поспорить, тут ты прям прав… — промямлила я, а демон хмыкнул и пошел прочь. Я последовала за ним.
До злосчастных кварталов мы добрались быстро. Кагэ шел в развалочку, а вот мне приходилась переходить на бег. Вдруг он свернул не туда куда я планировала, я остановилась и, немного отдышавшись, окликнула демона, который продолжал идти как ни в чем не бывало:
— Т-т-ты куда? Рубиновый д-д-дворец госпожи Юк-к-киджи в другой стороне? Слышишь?
— Ты вроде говорила, что я должен идти к людям. Зачем мне дворец, кишащий демонами? — наконец остановившись сказал Кагэцуя.
— Чт-о-о-о?! — подбегая к нему, спросила я, не понимая шутка это или правда. — Что, госпожа Юкиджи тоже демон?
— И она и почти все, кто на нее работает. Только наивные люди полагают, что в Камикабе нет демонов. В городе их полно. Это жалкое подобие демонов научилось сосуществовать с людьми. Вобрали в себя лишь одну человеческую жизнь, вместо десятков, сотен и тысяч. От них даже несет как от людишек, жалкое зрелище.
— А что значит одну человеческую жизнь?
— Ты меня утомила! Низшие демоны смертны, но могут продлевать себе жизнь подпитываясь вкусной человечинкой. Эти же перестали убивать и решили просто сдохнуть.
Пока он рассуждал о демонах, которые посмели его разочаровать, мы пришли. Теперь ночные улицы стали слишком уж многолюдными. Повсюду слонялись толпы мужчин, завороженных высокими, грациозными гейшами.
Кагэцуя остановился у ворот одного из Рубиновых дворцов. Он был украшен богаче, чем все остальные. Колоссальное количество фонарей и яркий свет из окон делали его маяком. Мужчины слетались сюда как пчелы на мед, и ночная улица была слишком оживленной для позднего времени суток. Раньше я не видела этого дворца, потому что не блуждала так далеко от своей лавки. В голове сам собой возник план обогащения. Но мысли о звонких монетах прервал вид стражников у входа. Между ними затесался маленький мужчина преклонных лет, с огромной связкой деревянных табличек и пухлым мешком денег на поясе.
 
«Деньги! У меня же нет денег… А у этого? Да откуда у него… Ну все, конец! Сейчас нас не пустят, и он всех поубивает…»— заскулила я у себя в голове.
  
Глава 26
 
Пока я стояла, засмотревшись на старичка, перебирая все возможные исходы этой ситуации, Кагэцуя проскочил через меня и уже стоял перед охраной. Я стрелой бросилась к ним. Ухватив за рукав Кагэцуя, я потянула его на себя. Он развернулся и, как ни странно, я увидела совершенно спокойного на первый взгляд демона. Правда лицо его быстро сменилось на недовольное, стоило ему заметить мятый рукав.
— Со своим нельзя! — сказал старичок.
Кагэцуя улыбнулся и, нагнувшись поближе ко мне, тихонько проговорил:
— А этот старик мне явно нравится…
— В-в-в смысле! В смысле со своим, ты что пень старый, совсем страх потерял?! — возмутилась я.
Старик, наконец, оторвался от табличек и проигнорировав меня, уставился на Кагэцуя. Демон повернулся к старику, а в его руках я заметила нефритовую подвеску, и он пренебрежительно швырнул ее старому грубияну
— Я забыл взять с собой деньги, думаю, это с лихвой покроет все затраты. Девушка обучается для работы в моем Рубиновом дворце. Я слышал, что у вас самые лучшие гейши. Понимаете, я потратил кучу денег на эту барышню, но она совершенно не умеет двигаться, а от её голоса из ушей ручьями льётся кровь. Мы пришли послушать лучший из вашей сокровищницы голосов, не более того.
Я закипала, но стояла молча. Этот позор я стерплю, он так куда лучше, чем то, что я себе напридумывала.
Старик переглянулся со стражниками, и каждый из них одобрительно кивнул. Затем старик сунул подвеску в рукав и протянул одну из пропускных табличек Кагэцуя. Мы прошли за ворота Рубинового дворца. Всюду ходили красивые девушки и пьяные мужчины. Они разговаривали, смеялись, наслаждались едой и выпивкой. Пройдя через большой внутренний двор, мы вошли во дворец. Тут же к нам подбежала девушка и Кагэцуя протянул ей табличку. Поклонившись, она сопроводила нас в комнату, которая ничем не уступала моей спальне в императорском дворце.
Мы сели за стол, и тут же вбежали разукрашенные девицы с подносами. Оставив еду, они так же быстро удалились.
— Хм-м… А я посмотрю ты всё-таки общаешься с людьми. Во всяком случае посещая такие заведения, — поспешила заметить я. — Чувствуешь себя как рыба в воде, не так ли?
— Касуми, мне тысячи лет. Поверь, такие заведения были раньше дворцов императоров.
Наконец, в комнату прошла красивая женщина с музыкальным инструментом, и дверь закрыли. Она шла медленно и изящно. Гейша остановилась в центре комнаты, приподняла голову и, взглянув на Кагэуця, улыбнулась. Так улыбаться нужно уметь. Даже у меня что-то внутри встрепенулось.
Совершив изящный поклон, она медленно опустилась на колени. Расправив кимоно из атласного шелка, она подняла инструмент и, легко двигая тонкими пальцами по струнам, начала выступление. Ее мастерство действительно поражало фантазию. Я сидела как завороженная.
— А-а-а-а, а на чем она играет? — тихонько поинтересовалась я у Кагэцуя, а его, казалось, совершенно не интересуют старания девушки. Он без остановки пил одну за другой чашу с вином, лишь изредка бросая взгляд на гейшу.
— Это трехструнная бива, — ответил он, медленно вставая. — Касуми, я справился с сегодняшним испытанием? Еще немного и я сорвусь. Слушать это ужасное исполнение «Лунной ночи» выше моего терпения!