Невеста для босса. Куплю тебе новую жизнь (СИ)

— Заставать врасплох неожиданными решениями — это вообще наша семейная фишка, — ухмыляется Горский, явно намекая на новость о делёжке президентского кресла.
Тем не менее, его отец эту колкость игнорирует, хотя уверена, намёк он прекрасно понял.
— Я рад тебе сын, — подойдя, по отечески хлопает Горского по плечу и переводит взгляд на меня. — Добрый день…
— Это Лиза, пап.
— Да, простите. Вчера просто толком не удалось пообщаться. Очень приятно, Лиза.
— Здравствуйте, — выдавив из себя улыбку, пожимаю руку отцу своего босса.
Боковым зрением ловлю на себе сканирующий взгляд Богдана и чувствую, как по коже прокатывает неприятный холодок.
Не знаю, по какой причине не заладились отношения между братьями, но мне этот тип тоже не нравится. Смотрит он как-то… как будто под кожу мне залезть пытается. И, судя по всему, Горский прав. Кто-кто, а его старший брат в наши отношения точно не верит…
— И я тоже рада, что вся семья в сборе, — Анна Михайловна, как всегда суетясь, начинает подливать всем в чашки чай и расставлять на столе вазы с печеньями. — Жаль, Богдан, что ты Веру с детьми не взял с собой. Я жутко по ним соскучилась.
— Они приедут чуть позже. У младшей режутся зубы, и она немного температурит.
— Ох, как же я хочу её потискать! Грудные детки такие сладкие! Кирюш, а вы с Лизой не хотите порадовать нас хорошей новостью? — резко давлюсь чаем на последней фразе и выплёвываю часть себе на колени.
— П-простите, — выдавливаю, заходясь кашлем. — Поперхнулась просто… не в то… горло… попало…
Дрожащими руками тянусь к сумке и вытаскиваю из неё влажные салфетки, но Горский забирает их у меня из рук.
— Давай помогу, отдышись пока, Лизок, — подмигивает, начиная протирать мне ноги.
Застыв, смотрю на то, как босс ведёт влажной салфеткой по моим голым ногам. Чувствую его горячие пальцы под прохладной мокрой тканью и от этого контраста моя кожа покрывается мурашками, а дыхание почему-то учащается. Я даже не сразу замечаю, что уже перестала кашлять.
— Ну что ты решила, Елизавета Алексеевна? Чем будем радовать родителей?
Наклонившись ближе, ведёт губами по моей коже. От уха до уголка губ возле которых останавливается. Со стороны это смотрится так, будто Горский меня целует.
Глаза неконтролируемо закрываются, когда ноздрей касается знакомый морской запах. Лицо, в тех местах, где меня касались губы босса покалывает как от ударов микротоком и мысли в голове начинают путаться. Особенно, когда рука Горского скользит выше, а пальцы касаются кромки платья.
Меня тут же резко в жар бросает. Кажется, что он от лица стекает вниз к животу и скручивается там жгутом. Это ощущение настолько сильно отвлекает, что не сразу получается собрать мысли в кучку, чтобы сообразить, что имеет в виду Кирилл Сергеевич.
— Я… вам уже ответила, — сглатывая, шепчу срывающимся голосом. — На беременность я не согласна.
— Ну тогда остаётся первый вариант… — чувствую, как его губы на моей коже расплываются в едва уловимой ухмылке. — Нет, мама, порадовать нам тебя пока нечем. Мы с Лизой с детьми не торопимся. Хотим в начале пожить для себя, — произносит уже гораздо громче. Резко отстраняется от меня и откидывает мокрую салфетку на стол.
— Как? А я подумала, что Лиза уже в положении…
Такое ощущение, что в голосе Анны Михайловны проскальзывают разочарованные нотки. Не знаю, мне сложно понять, потому что голова до сих пор немного кружится, а тело после рук Горского как будто вибрирует…
— С чего бы это? — поворачиваюсь на босса, который в отличие от меня явно чувствует себя совершенно расслабленно. Откинувшись на спинку кресла, он подхватывает меня за руку и переплетает наши пальцы. — По твоему я только по залёту могу жениться?
— Ну, я не это имела в виду, Кирилл, просто…
— Просто всем кажется очень удивительным, что такой заядлый холостяк как ты вдруг решил жениться на девушке, которую знает пару недель, — подаёт голос Богдан. — Обычно, для таких скоропалительных решений должна быть веская причина. Беременность, или, может быть, что-то ещё. Более весомое… — делает акцент на последних словах.
 
— Ну конечно, Богдан. Безусловно у нас с Лизой есть причина, — ухмыльнувшись, Горский перекладывает наши переплетённые ладони себе на колено. — Называется любовь с первого взгляда. Так бывает. Вот увидел женщину, и понял, что она твоя. Вообще без сомнений. Да ты же знаешь, ну. Сам ведь на Вере женился спустя месяц знакомства. Помнится, ты тогда так торопился скорее свадьбу сыграть. И даже высокий чин твоего будущего тестя тебя не отпугнул.
— Ну да, — тянет, задумчиво меня разглядывая. — Я так и понял, что тут примерно та же ситуация…
Последующие полчаса мы пьём чай и разговариваем на какие-то нейтральные темы.
На удивление, родители Горского оказываются довольно приятными людьми.
Сергей Александрович очень спокойный, в отличие от своей жены. И голос у него такой мягкий, бархатный. Чем-то даже напоминает мне голос моего собственного папы. Хотя, после его смерти я почему-то невольно стала всех мужчин с ним сравнивать.
А Анна Михайловна, не смотря на высокий статус их семьи, по дому все делает сама. И сейчас, она тоже бесконечно суетится. То чай всем подливает, то бегает на кухню и приносит оттуда бесконечные вазочки с домашней выпечкой. Кстати, очень вкусной.
Да и, судя по всему, тот факт, что я не отношусь к высшему кругу их нисколько не смущает.
Анна Михайловна интересуется, кто мои родители, я без подробностей отвечаю, что их нет в живых, и она тут же закрывает эту тему. Очевидно, чувствует, что развивать её не стоит.
Хотя, честно говоря, изначально я не ожидала от неё подобной тактичности. Хотя мама Кирилла Сергеевича мне сразу понравилась. Есть в ней что-то такое… тёплое, солнечное. Она, в отличие от своего старшего сына, сразу располагает к себе. Наверно, потому что говорит всегда то, что думает.
Единственный, кто в этом семействе реально напрягает — это брат Горского. Он постоянно задаёт какие-то провокационные вопросы на счёт деталей нашего знакомства и отношений.
И причём в основном именно мне. Словно чувствует, кто из нас двоих слабое звено и может в любой момент спалить всю контору!
— Ладно, мы с Лизой уже, наверно, пойдём. Мне на работу ещё сегодня нужно заехать, подписать сметы по строительству жилого комплекса.
Облегчённо выдыхаю, когда Горский встаёт с дивана и тянет меня вслед за собой к выходу.
Родители босса, конечно, приятные люди, но для первого раза расспросов достаточно. Да и я всё время думаю о Машке. Не смогу успокоиться, пока не внесу предоплату за её операцию.
— Кирилл, мы ведь не обсудили самое главное! — спохватывается Анна Михайловна, когда мы уже выходим в прихожую.
— Мам, мне кажется за этот час ты уже все возможные темы успела перебрать, вплоть до политики Бориса Годунова. Боюсь представить, что за важный вопрос мы могли упустить.
— Вашу с Лизой свадьбу, Кирилл! Мы не назначили дату! Я думаю, что в двадцатых числах августа будет хорошо.
Чувствую, как сердце резко ухает куда-то в пятки.
— Так… это же всего через несколько недель… — выдавливаю охрипшим голосом.
— Ну да. Сказали в этом году рано похолодает. Уже в конце месяца затянут дожди и погода совсем испортится. Хотя, конечно, дождь на свадьбе — хорошая примета, но всё-таки лучше без него. И фотографии красивее получатся и невеста в свадебном платье мёрзнуть не будет. Вот мы с Серёжей женились в марте, и это был ужас! Мало того, что у меня вся пречёска от ветра превратилась в воробьиное гнездо, так я ещё замёрзла как суслик. На следующий день свалилась с температурой и наш медовый месяц накрылся медным тазом. Да ты не волнуйся так, Лизонька, мы всё успеем организовать. Тем более, раз Кирюша сказал, что вы уже всё решили, что ты его человек. Боже, я до сих пор не верю, что мой сын женится. Если на свадьбе я буду рыдать, чур надо мной не смеяться. Я серьёзно, Кирилл.
— Я… ну, я даже не знаю… — мямлю, переводя взгляд на Горского. — Понимаете, дело в том, что…