Лапочки-дочки из прошлого. Исцели мое сердце (СИ)

- Привет, Тим, - я искренне рад Вулканову. – Но обойдемся без рукопожатий, - демонстрирую две люльки. С гордостью, черт возьми, будто это мое главное достижение в жизни.
Впервые за три месяца ада я выдыхаю и учусь наслаждаться отцовством. Теперь все у нас должно быть в порядке.
- Как вы? – вместо приветствия спрашивает Тимур. Он в курсе наших проблем. Странно, но с ним я созванивался чаще, чем с женой.
- Диагноз не подтвердился, - бросаю короткую фразу, которая вернула мне смысл жизни. – Есть еще определенные трудности, связанные с тем, что малышки родились недоношенными. Они слабые, им необходим особый уход, наблюдение, специальное питание. Но это такая фигня по сравнению с тем, что могло быть…
- Понимаю, - хрипло отвечает. – Надеюсь, все наладится. Кость, если тебе нужны деньги, только скажи. В моей сети автосалонов дела вверх идут. Любая сумма в любое время…
- Да ты и так мне помог, а с долгами компании я быстро разберусь, - аккуратно огибаю машину, подходя к пассажирской двери, которую тут же распахивает Тимур. - Но спасибо, буду иметь ввиду.
- Обращайся.
- А у вас с Олей как дела? – устраиваю люльки на просторном заднем сиденье, и Вулканов помогает мне закрепить их.
- Все так же, - произносит безэмоционально. – Мы тоже решились на ЭКО. Как и вы с Дашей. Но Оля сама не своя, нервничает, раздражается по пустякам. Хотя я ведь на все иду ради нее.
- Верю, - честно говорю, потому что видел, как Тимур относится к жене. Пылинки сдувает. – Ты правильно делаешь, что продолжаешь бороться. Видимо, такая у тебя судьба.
- Ты же знаешь, я не верю в подобное, - отмахивается.
- Да я вроде тоже, но… - указываю на дочек, которые, словно услышав меня, одновременно морщат носики. Поправляю выбившиеся из-под шапочек рыжие волоски. Смешные. Две огненные лапочки у родителей-шатенов.
Наверное, внешностью они пошли в мою прабабку. Та еще ведьма была. Зададут мне девочки жару, когда подрастут.
- Ты Даше уже сообщил хорошую новость? – смягчается друг, окинув взглядом малышек. И медленно, почти бесшумно прикрывает дверь.
- Н-нет, я даже не предупредил, что мы прилетаем сегодня, - потираю затылок и занимаю переднее пассажирское кресло. - Домой торопился. Сорвался с места, как только нам все документы и рекомендации выдали. Друг, да я так быстро даже в армии не собирался, так что немудрено было забыть, - сдавленно смеюсь, чтобы не потревожить девочек.
- Значит, сюрприз будет, - усмехается Тимур, трогаясь с места.
Чертов предсказатель, как в воду глядел!
Потому что сюрприз действительно удается. Правда, не такой, как я ожидал. И преподносит мне его горячо любимая жена.
- Хм, а что это значит? – озвучивает мои мысли Вулканов, пока я сам пребываю в ступоре.
Наблюдаю, как Даша выходит из нашего дома. Тащит за собой дорожный чемодан, который от тяжести едва крутит колесиками. Подходит к смутно знакомому автомобилю, который мало того, что прохлаждается на моей территории, так еще и заехал на газон. Косой урод. Прибью!
Накаляюсь до предела, но потом вдруг ныряю в ледяную прорубь, когда из машины выходит… Славин. Перехватывает чемодан, запихивает его в переполненный багажник, стирает пот со лба. Но передохнуть козлу не позволяет моя благоверная, которая повисает у него на шее. Что-то мило щебечет, чмокает его в гладкую щеку и летящей походкой, виляя задом, дефилирует к капоту. Замирает у пассажирской двери, ожидая, пока Славин ей откроет. И прищуривается, заметив нас.
Жестом прошу Тимура въехать во двор. Если появляться, то эффектно.
- Это значит… - задумчиво тяну, не отрывая взгляда от жены и моего заместителя. Заменил так заменил, мать его. На совесть. Не жалея сил и времени. – Это значит, Тимур, что тебе придется сегодня немного поработать у меня няней, пока не приедет Ярослава Ивановна, которую я поторопился отпустить, - медленно толкаю дверь, ступаю на асфальт. – Правда, за свой счет и мое большое спасибо, потому что я на мели. И, судя по всему, сейчас лишаюсь последнего…
- Кость, подожди, - настороженно окликает меня Вулканов, но я уже не слушаю.
 
Сложив руки в карманы, шагаю к двум людям, которым когда-то доверил самое ценное. Славину – компанию, а Даше – семью. Ошибся.
- Костя? – не верит глазам жена. Уже бывшая. – А ты вернулся?
О наших детях даже не спрашивает. Плевать ей. Три месяца – и точка невозврата.
- Не мог не пожелать счастья молодым, - выплевываю издевательски.
- Константин Юрьевич… - подобострастно подает голос Славин, бегая взглядом по нам с Дашей.
- Уволен, Петь, - бросаю холодно.
- Да как же? – задыхается и часто моргает. – А фирма? Там долги…
- Супер! – зло усмехаюсь. – Вот на тебя их и повешу. Пойдешь по статье, - говорю абсолютно серьезно. Славин знает о моих методах. И в курсе, что я пойду на любую хитрость ради цели. А сейчас моя цель – размазать их обоих по асфальту.
- Кость, давай расстанемся по-человечески, - пытается повлиять на меня Даша. – Ты у меня сильный, а я слабая. Говорила же, что не смогу так, - нежно поправляет мне воротник, но спотыкается о мой презрительный взгляд и одергивает руки. – Я подала на развод, - сообщает очевидное. - Откажусь от прав на детей, все бумаги подпишу. Имущество пополам поделим, как указано в брачном контракте. И разойдемся.
Вопросительно выгибаю бровь. И молчу в ожидании очередной глупости, которую способна выдать моя «любовь». Взмахнув каштановыми волосами, она на всякий случай отступает назад. Ищет защиты у Славина, но тот уже не рад, что на чужую жену покусился. И будет жалеть об этом до конца дней. Я проконтролирую.
- Конечно, дорогая, разойдемся, - выжимаю из себя кривую ухмылку. – Мирно, спокойно, как люди, - перечисляю невозмутимо, но Даша бледнеет. Ищет подвох в моих словах. - Как только я оставлю тебя без трусов, а твоего любовника без работы.
- Но Константин Юр… - пытается вступиться за нее Славин, но мой кулак не позволяет ему договорить.
Видит бог, я не хотел этого. Сдерживался до последнего, ведь позади меня, в машине, мирно спят мои дети. Хреновый пример я им показываю. Да и вообще ситуация дерьмовая.
Но поздно. Я сбиваю костяшки об скулу бывшего зама и, не успокоившись, заряжаю ему в нос. Я бы добавил, но Славин оказывается проворнее и… Шустро сбегает, падая за руль своего авто и заводя двигатель.
- Вот ты мудак, - пищит Даша, зная, что я не подниму руку на женщину, однако тоже прячется в салоне.
- Мудак, который всегда выполняет обещания, - подмигиваю ей и киваю на трясущегося Петю. – С милым рай в шалаше, Дашуль, а ты это испытаешь на себе.
И совсем скоро претворяю свои угрозы в жизнь. Без особого напряжения, но с больным удовлетворением. А со временем становлюсь самым известным и лучшим бракоразводным юристом. Исключительно для таких же доверчивых «мудаков», каким был сам.
  
Глава 2
 
Около четырех лет спустя
Вера
Вдох. Шаг. И я врастаю в землю.
Порыв ветра бьет в лицо. Наотмашь. Дает пощечину, еще одну. Раздувает рыжие кудри, взметает вверх. Наверное, я сейчас похожа на ведьму. С ненавистью в глазах и зияющей дырой в груди.
Нет сил пошевелиться.
Тяжелый, болезненный выдох. Легкие всмятку. Сердца нет. Вырвал человек, которого я любила. И теперь он забирает у меня последнее.
Не моргаю. Широко раскрыв глаза, ловлю каждую деталь. Чтобы не забыть, каково это – быть преданной. Чтобы не повторить свою ошибку.
Наблюдаю, как «Сладкая жизнь», покосившись, срывается с фасада кафе-кондитерской, падает и с металлическим скрежетом проезжает по асфальту.
Морщусь, но не зажмуриваюсь. Запоминаю, с каким задором Женя, бывший муж, рушит бизнес, который я создавала с нуля. Как мое дело летит в ад вместе с вывеской.
Сладкова – моя девичья фамилия. Она и легла в основу названия первой кондитерской. И ее же я вернула себе после развода.
Никогда не думала, что меня это коснется. Я ведь правильная, верная, слежу за собой. Голова не болит, халат не растянут, ни грамма целлюлита. В чем еще обычно упрекают бывших? Черт! Создана по всем канонам идеальной жены.