Учеба по обмену (СИ)

— И ваши не против? — вновь спросил Теор.
— Против, — спокойно ответил кантонец, — то после случившегося с моим старшим братом и сестрой они против любой инициативы кроме той, где я буду сидеть в четырех стенах под круглосуточной охраной, так что это не в счет. Они в ГАРХ меня запихнули потому, что там, видите ли, безопасно. Закрытая территория, древние защитные системы… И что вышло? Отец понимает, что мне лучше не появляться пока дома, а у вас хорошо. Да и куда мне? В Сталии уже добрались. Баронства? Кафац? Илития? Доберутся и там. Разве что в Алексию… Но там нет приличных учебных заведений, по крайней мере тех, где я магистратуру мог бы закончить.
— Если вы намерены продолжать образование, — Теору не то чтобы не нравился молодой, хотя и не самый разумный, юноша, но все же масштаб проблем с обучением наследника Кантона менталист хорошо представлял, — то есть университеты, где вы сможете и аспирантуру закончить.
— На целителя или боевика? Нет уж, спасибо. Да и давайте честно — никто не даст мне ее закончить. Отец запихнул меня в Сталию в надежде, что меня будут искать в мелких частных пансиончиках Кантона, у нас их уйма. Но не вечно же мне учиться? Побуду тут полтора года, получу магистра — и попрошу отца назначить меня в посольство. Официально.
Менталист от таких планов едва воздухом не поперхнулся. Даже упустил момент, когда очередное пущенное одним из сталицев плетение отрикошетило от шкуры твари и уложила самого адепта.
— Чем ее пробить вообще? — почти с восхищением спросил Генрих.
— Кроме клинка, вымоченного в розовошипнике?
— Ну у них такого же нет.
— Сдвоенными плетениями. Годятся на самом деле почти любые, главное — бить вместе. Так-то его чешуя с динамичным отзеркаливанием держит объем силы от одного мага, но пропускает от двух из-за контрастности личных признаков плетений.
Генрих задумался. Теор его мысли не читал, хотя и видел что юноша уже давно что-то хотел спросить. Потому и встал сейчас рядом, наблюдая за сталийцами, а не просто ждал своей очереди еще раз выйти на поле и сразиться с иллюзией.
Против белошкура, так звали монстра, остались только Герберт Ланцо и Лукас, его сосед по комнате.
— Третья переменная! — теоретик с трудом уворачивался от атак твари, пока Ланцо ставил на ее пути физические щиты из кусков иллюзорной скалы. — В плетении Хоста!
— И какого… это значит?
— Отзеркаливание работает по принципу перекрытия!
— Да…!
Герберт в последний момент увернулся от удара челюстей и со злости стеганул по монстру Кнутом Страха. Стеганул — и тут же был вынужден укрепить собственные щиты, в которые врезалось отраженное плетение.
— Что с ним делать?
— Поймать на рассинхроне поглощения! — теоретик сменил тактику и теперь наматывал круги по площадке на максимальном удалении от опасного противника. — Надо одновременно бить!
— Ладно. Шок на три, два, один!
Не сработало: теоретик замешкался, и Ланцо, ругаясь, вновь вынужден был ставить защиты от своего же плетения.
Еще одна попытка. Вторая. Третья…
Ланцо еще раз выругался, и преградив путь пробегавшему мима товарищу, поймал взгляд Лукаса.
Теор с сожалением понял, что пора вмешаться. Вроде за два с половиной месяца Герберт взялся за ум и вел себя на удивление смирно, всячески помогал с факультативом и делясь знаниями, но тут видимо, сказывалась общая обстановка, и…
Но вмешиваться не пришлось — Ланцо всего лишь выходил в настройку. Привычный лишь к боевке, он без зрительного контакта делать ее попросту не мог.
— Еще раз. Три, два, один!
Теперь Ланцо чуть задержал вложение силы, подстраиваясь под теоретика — и Шок ударил в монстра с двух сторон, пробивая защиту.
Теор позволил себе улыбку. Короткую, но улыбку. Да, Ланцо не был его студентом, но, кажется, все же кое-чему он сумел научить.
— Он считал…
— Что? — Теор настолько увлекся наблюдением за боем, что не сразу понял, о чем именно говорил Генрих.
— Он считал, — повторил, смотря на старшего менталиста, кантонец. — Тот, кто на меня напал. Я не помню, кто это был, но он точно считал. Как считают у нас позиции в мечевом бое.
 
Теор глубоко вздохнул, отгоняя непрошеные эмоции.
— Уверен? Можешь повторить последовательность цифр?
— Да. Думаю да, — Генрих воспользовался одним из плетений для вытаскивания воспоминаний из собственного разума и озвучил: — три, один, два, три, два, один, два,три, один, два, один, три, один…
Теор взмахом руки остановил его.
— Достаточно.
Генрих на мгновение закусил губу.
— Я не знаю, важно это или нет… Но подумал, что, может быть, поможет.
— Может помочь. Надо кое-что уточнить.
— Вы знаете, что это?
— Инанимен. Вокальное сопровождение техники «Пустого разума». Очень сложная вещь, очень специфическая, доступна крайне опытному менталисту… Или, как ни парадоксально, рожденному с повреждением зеркальных нейронов и вследствие этого имеющего расстройство по типу психопатии. Видимо, отсутствие эмоций помогает при соответствующем обучении хорошо оперировать абстрактными образами.
Тем временем Герберт с Лукасом закончили с монстром и на иллюзорную арену направилась новая четверка участников. Пока они случайным образом выбирали своего будущего противника, Теор прикрыл глаза, нашаривая разум Моро.
«Ты же можешь достать до сталийцев?»
«Я — нет. Но кое-кто повыше может, а что?»
«Они доказали причастность нападения Нетара на Владимира-Гериха?»
«Я не слышал, но могу уточнить»
«Хорошо, и уточни его уровень возможной силы, владение „Пустым разумом“ и наличие психопатии».
«Ты что-то знаешь? Тео, протоколы…»
«Ты еще должен. За Койт».
«Вообще-то, Генрих был похищен с территории ИМУ…»
«Где вы его оставили!»
«Ладно, ладно! Сейчас».
Теор с сонными визитами, делегацией и всем прочим не особо успевал нормально отдыхать, даже после Койт отходил очень медленно, и сейчас не отошел до конца, потому пришлось не просто отгонять мысли, а с помощью кое-каких техник перерабатывать эмоции.
Генрих, стоявший рядом, если что-то и ощутил, то виду не подал.
Об этом мало кто знал, но Теору с прошлой работы Гончей остались воспоминания о том, что бывает, если дать психопату в руки магию вообще и менталистику в частности. Ничего хорошего, а в последнем случае такие отклонения еще и не выявить толком. При правильной подготовке из таких людей можно было сделать почти совершенных логиков, способных задавать образы через абстрактные понятия…
И такой вот менталист, вполне возможно, прятался в ГАРХ. Где с их тягой к одному только маханию кулаками могли ничего и не заметить, а если и заметить, то решить, что это и хорошо, это и правильно…
Цифры. Логика. Математика…
— Послушай, — Теор обратился к Генриху, краем глаза следя за тем, как огромная огнедышащая горилла раскидывает адептов, пытавшихся пронять ее стихийной магией, — а у тебя на курсе, или старше, ну или младше, но не сильно, не было никого талантливого в сложной математике? Ну чтобы там формулы в уме считал и все прочее?
— Гелеф Анрио может. Он маг, конечно, слабый, в дуэлях вечно только защищается, но…
Теор недослушал. Бросил контакт Моро и выпалил:
«Заставь сталийцев арестовать Гелефа Анрио, менталиста из ГАРХ! Сейчас же!»
«Ты с ума сошел? Такие вещи не делаются просто так!»
«Значит изолируйте его пока не поздно! Он психопат, менталист и, судя по всему, — кантонский агент!»
«Твою же… Ладно, попробуем выяснить. А ты езжай в контору и вези доказательства, живые или нет».
Теор глубоко вздохнул — и протянул новый контакт:
«Ай, посмотришь за детишками на иллюзорке?»
«Вагнер справится. Позови Драйх в помощь, у меня совещание с ректором».
«Ай…»
«Он преподаватель, Тео. Справится!»
Менталист глубоко вздохнул — и начал искать разум Драйх.
С этим нужно было разобраться как можно быстрее. Что бы ни запланировал этот Гелеф, едва ли он после того, как Генрих удрал, а Нетар арестован, будет сидеть сложа руки. Любое происшествие с алисианскими адептами, крупное происшествие, которое ГАРХ не скроет и которое не останется на уровне недовольства местных чиновников, может паршиво повлиять много на что. Давно ходили слухи, что Кантон собирается «укрепить всесторонние партнерские связи» со своим южным соседом, что Магистрат недоволен миролюбивой политикой короля, что именно Магистрат стоит за смертью королевских наследников…