Учеба по обмену (СИ)

Сейчас она вообще не понимала, с чего включилась во всю эту суету… Какие-то ментальные контуры на ГАРХ что ли стояли? Было у нее такое подозрение. Все же столько адептов от семнадцати до двадцати четырех, все в одном месте… Хотя скорее она сама повелась на все эти посулы «достойно представьте университет», «будьте лучшими, наберите больше баллов»…
И зачем? Чтобы уехать домой, в «Зеленый» с какими-нибудь кубками и трофеями? Чтобы потом ее фамилию какие-нибудь чиновники связывали с тем «успешным обменом»?
Или со скандалом. Или с безвестностью. Или еще с чем-нибудь…
А потом придут новые чиновники, будут новые инициативы, новые успехи. Не ее успехи.
После истории с попытками за неделю стать лучшей из лучших, с едва не случившимся падением в пропасть, с обвинениями и рисками, наступило равнодушие. Может быть это было то, что Теор обозвал «хроническим истощением», но сама Альба предполагала, что все просто встало на свои места.
И выяснилось, что если не гнаться за морковкой в виде привилегий и шансов, — подумать только! — на торжественной линейке по окончании семестра продемонстрировать свои успехи и получить наградную грамоту «Лучшему ученику ГАРХ в…(подставить нужное)», то здесь действительно не так уж и плохо. Много практических занятий, много возможностей отточить свои навыки, действительно интересные дискуссии на факультативах, связанных с научными проектами…
— Я все равно жажду одного соседа в комнате, а не четверых, — протянул Свен, явно наблюдавший за размышляющей Альбой. — А еще хочу в трактир не по выходным, а в любой день, и не пешком, а на дилижансе. Хочу, чтобы меня не таскали на все эти бесполезные экскурсии по местным магическим и не очень достопримечательностям.
— Они не бесполезные, — парировала Альба. — Мне понравилась прошлая. Когда нас еще пустят в мастерскую артефакторов?
Две недели назад их группу возили в Тореанскую Академию. Само учебное заведение вмещало в себя едва ли больше чем на пару сотен учащихся, но зато Тореанская долина была буквально заполнена цехами и лабораториями артефакторов и алхимиков. Стоит ли говорить, что у выпускников Академии не было проблем с трудоустройством?
— Тебе понравилось в цеху и вообще у артефакторов потому, что они заинтересовались твоими исследованиями. И неважно чем занимаются, пусть хоть кожу с трупов снимают.
Альба хмыкнула. Почему-то Свен, рожденный в семье потомственных некромантов, пришел в ужас от процедуры свежевания дичи, кожа которой была нужна для алхимических изысканий, и теперь собирался вообще отказаться от потребления мяса.
— Нежный какой…
— Я не нежный! Просто они… живые. Ну, были.
— И трупы тоже были живыми. Людьми, между прочим.
Свен нахохлился.
— И это — одна из причин, почему я не пошел по родительским стопам.
— А я думала, в тебе просто взыграло желание все сделать по-своему, — усмехнулась Альба.
— И это тоже, — Свен приблизился и легонько прикоснулся к ее талии. — А еще меня здесь раздражает тот факт, что негде остаться вдвоем. Все-таки твои ментальные трюки — это не то. Совершенно.
Альба была, в целом, с ним согласна. Мало места, общие комнаты, по коридорам вечно кто-то ходит, классы обычно закрыты вне занятий. Но зато сейчас тут, на башне, не было никого, кто мог бы им помешать…
К началу общего с Амири и Жаном дуэльного поединка Альба и Свен почти опоздали. Точнее — опоздали бы, если бы не задерживался сам фон Ритт, который сегодня судил третий дуэльный круг.
В просторном подземном зале с ареной, куда большей по размеру, чем та, где проходили ментальные поединки, было прохладно. Альба уже решила, что придется использовать согревающие плетения, но Амири, как оказалось, захватила куртку.
— Где вас носило? — прошипел Жан. — На жеребьевке должны быть все!
— Где носило — там уже не носит, — отмахнулся довольный жизнью Свен. — И не нужно завистливых взглядов!
Некромант хмыкнул, но ответить ничего не успел — в зал вошел фон Ритт.
— Итак, господа и дамы, — директор ГАРХ обвел глазами собравшихся участников из восьми команд, стоявших небольшим полукругом. — Сегодняшний круг, как и предыдущий — на выбывание. Напоминаю, что набранные вами баллы напрямую повлияют на позицию для послезавтрашнего старта.
 
Несколько рук взвилось в воздух. Директор кивком разрешил вопрос ближайшему адепту.
— Правда ли, что в этом году мы будем стартовать как-то по-новому? Что регламент изменили?
Шепотки до последнего спорящих о тактике и стратегии стихли. Альба, даже если бы не слышала не смолкающих уже две недели рассуждений о «Царе горы», ежегодном мероприятии ГАРХ, которое тут было эдаким аналогом финала лиги вламага, уже по одному этому могла понять, насколько все были заинтересованы в ответе.
Директор обвел всех дуэлянтов тяжелым взглядом. Задержался на Альбе и ее друзьях, потом перевел взгляд на Гретту, стоящую рядом со своей четверкой, и ответил:
— Официальное объявление будет завтра, но я думаю, что вы достаточно благоразумны чтобы не спекулировать на эту тему. Да, в этом году регламент был изменен. Как вы знаете, раньше старт и маршрут «Царя Горы» строился исходя из набранных вами индивидуально баллов, и стартовали вы группами по десять человек, по мере прохождения маршрута теряя участников. В этот раз у нас особенная игра, в которой будут участвовать гости, и, на мой взгляд, было бы неправильно просто смешивать их с нашими студентами. Потому было принято решение составить группы по двадцать человек, при этом шестой курс объединяется по десяткам с первым, пятый — с вторым, а третий — с четвертым.
В зале для поединков воцарилась потрясенная тишина. Альба могла поклясться, что без всякой магии слышит полные удивления, негодования и непонимания мысли собравшихся.
— Профессор, — подал голос Стефан, чья четверка тоже участвовала в этом круге дуэлей, — но это же, простите, очень глупо! Наши знания и возможности несопоставимы, перваки нас замедлят, тогда как третий с четвертым пойдут вровень, и…
— А вы что, неспособны организовать первый курс? — подняв бровь поинтересовался фон Ритт. — Все, адепт Анрио, в одинаковых условиях. К тому же в нынешнем варианте никто не будет выбывать из игры, вместо этого взамен вылетавшего раньше участника вы будете получать штрафные баллы. За пределами академии вам придется как организовывать более слабых магов, так и конкурировать с более сильными. Или вы к этому не готовы? Тогда добро пожаловать в число организаторов.
— Вот еще! — куда тише, так, чтобы директор не расслышал, произнес Стефан. — Туда идут только те, кто баллов на участие не наскреб.
Неизменные спутницы блондина закивали.
— Еще вопросы есть? — чуть громче спросил фон Ритт.
— Профессор, а… — один из сталийцев чуть замялся и указал на четверку Альбы, — мы будем контактировать, или…
— «Или». Алисианская делегация выйдет на старт единой группой. А теперь давайте переходить к жеребьевке, у меня нет бездны времени. Подходим по четверкам и получаем номера.
Толчеи не было, все прекрасно понимали, что никого не забудут. Но стоило только алисианцам начать движение к каменной чаше в углу комнаты, в которой лежали нужные для жеребьевки шары с цифрами, как шедшая навстречу четверка Стефана перегородила им путь.
— Подсуживают приезжим, — глумливо бросил блондинчик, — но мы посмотрим, кто кого. Никаких правил, а? Вот и узнаете, где ваше место, выскочки заграничные!
— А ты… — начал было Свен, но Амири успела наложить плетение немоты — и рыжий подавился воздухом.
— Идем, — шикнула Альба.
У нее было слишком хорошее настроение чтобы ругаться, тем более на глазах наблюдавшего за жеребьевкой фон Ритта.
— Кто еще выскочка, — себе под нос буркнул Свен, когда они разминулись с блондином и его прихлебателями, и Амири вернула другу голос, — да у нас даже ван Хаттен так себя не вел!
— Он из-за меня бесится, — откликнулась Альба. — Не обращай внимания.
Свен выудил из чаши шар с номером восемь, и алисианцы отправились обратно к дальней стене зала, где расположились ожидавшие своей очереди четвертки, под плетениями против прослушивания обсуждавшие последние нюансы предстоящих боев.