Учеба по обмену (СИ)

«Будь осторожна с тем, что ты говоришь и делаешь», — заметил менталист.
Альба вздрогнула. И как узнал? В чувства влезть не смог… Неужели все равно просто читал мысли? Или он не про это?
«И с ле Гаем тоже»
Пришедшая уставилась сначала на затылок наставника, потом на будущего сопровождающего, вещавшего теперь про порядок работы их делегации, запланированные экскурсии и «мероприятия по обмену опытом и сплочению молодых магов». Жестикулировал он ярко, говорил четко — и пользовался слабыми внушениями для лучшей запоминаемости сказанного, что в принципе не было запрещено, но все же шло по границе допустимого этикой менталистов.
«Ну не в жертву же он нас приносить собрался!» — только и вырвалось у нее.
«Нет, надеюсь. Но, Альба, боюсь, что ты пока все еще не совсем понимаешь, какой интерес можешь представлять для мира вне университета. И ты, и де Стен, и в меньшей степени ле Фрин и Миран. Вас наверняка попробуют завлечь в ГАРХ на постоянной основе».
Альба, слушавшая краем уха о «встречах с ведущими сталийскими магами» едва воздухом не подавилась.
«Да с чего? Мы просто едем узнать, как там все устроено, и…»
«Не хочу тебя разочаровывать, но в первую очередь магистрантов в такие поездки привлекают для того чтобы соблазнить на перевод, а если не получится — то на какое-нибудь вне университетское или пост-университетское сотрудничество, аспирантуру ту же. Да, будет и обмен опытом, да, с вами будет комфортнее первому курсу, который тоже кстати едет с прицелом на возможный перевод — но все же это, в некотором роде, обмен возможными кадрами».
Альба невидящим взором уставилась на сцену, на которой ректор, последний из выступавших, коротко обобщал все сказанное, подчеркивая, что совсем скоро к остающимся в стенах факультета присоединятся иностранные гости, с которыми можно дружить, общаться, обмениваться опытом, и прочее, прочее, прочее. Теперь все это предстало перед ней в несколько ином свете.
А ведь логично… Как еще они могли бы узнать о возможностях дальнейшего обучения или даже карьеры в соседней стране? Не буклет же сталийцам присылать, в самом деле?..
Да и, строго говоря, был один нюанс — Альба, если закончит магистратуру и решит продолжить обучение или исследовательскую деятельность, стать аспирантом в Зеленом сможет только как маг общей практики, для менталистики придется идти или к целителям, или к военным… А без аспирантуры в тех же Искателях она дальше лаборанта не продвинется.
Пришедшая поежилась. Она, вообще-то, не хотела никуда уходить, потому и поступила в магистратуру без раздумий. Потом что-нибудь придумает, может и правда на факультете останется. Общая практика — тоже неплохо, возьмет себе смежную с менталистикой тему какую-нибудь, да и все. Она не горела желанием переходить в другие учебные заведения Избора, и подавно не хотела учиться в другой стране. Пусть пообещают хоть аспирантуру, хоть трудоустройство, хоть все блага мира.
«Я там не останусь!» — вышло чуть более эмоционально, чем должно быть.
Еще не поздно же отказаться, так?
«Если будешь контролировать свои порывы и не согласишься на сомнительные предложения — то не останешься».
Альба вновь уставилась на магистра. Точнее, на его затылок.
Они что — правда должны все там остаться? Серьезно?
«Прекращай паниковать, — откликнулась наставник, — было бы так — никто бы вас не отпустил. Вам лишь могут дать выбор, вот и все. И то, может быть, я ошибаюсь. Но с тем, чтобы быть внимательнее, особенно с ле Гаем, я серьезно. Он политик, и если он решит, что от какой-то инициативы Алисия и алисианское образование выиграет, то может начать расхваливать какое-нибудь предложение от местных или склонять к чему-нибудь. Ты-то и носительница Огня, и Пришедшая, и менталистка, и владелица висла — в общем, значимая особа, а де Стен — все-таки потомственный некромант, пусть и выучился на стихийника, и ваше участие может повысить ценность нужной инициативы. Просто смотри в оба и если сомневаешься хоть в чем-то — спроси меня или хоть кого-нибудь. Я дам усилитель, сможешь прокинуть контакт, если там Отсечения нет, или во снах встретимся. И за остальными следи по мере сил — мало ли что. Я не говорю, что сталийцы непременно что-то замыслили, но они своего не упустят наверняка, а вы будете без поддержки, так что придется смотреть друг за другом и опираться самим на себя. Ну и в дипломатические скандалы постарайтесь не встрять».
 
Альба посмотрела на вернувшийся от близнецов лист, где на ее основу было криво и неправильно дорисовано остальное плетение. И ведь эти двое возьмут же с собой свои «костюмы-невидимки»… Потом она перевела взгляд на первокурсников, которые были какими-то напряженными и словно бы маленькими. Ректор начал представлять каждого из «отъезжающих» — и Альба против воли задержалась на испуганной донельзя девушке с заплетенными в необычные косы волосами. Кажется, именно она была иномирянкой… И едва ли эта девушка, да и остальные первокурсники, только семестр проучившиеся в университете, будут сходу комфортно себя чувствовать в другой стране с другими порядками. Альба это хорошо понимала — защищалась она по адаптации к обучению, и многие вещи знала наверняка, как и знала, насколько важной может быть атмосфера в учебной группе.
Пришедшая бросила взгляд на улыбающегося ле Гая, о чем-то беседующего с каким-то из чиновников и даже не смотрящего на своих подопечных, на хмурую Сигурн, на Лоран, выглядевшую так, словно она всем делает большое одолжение, просто сидя тут…
Какие бы ни были планы у сталийцев и политиков — просто провести почти полгода в другой стране, кажется, будет нелегко.
«А там еще Кантон рядом. И аномалия в горах» — добил Теор.
«Умеете вы утешить».
«Зато обучение в Горном действительно может дать интересный опыт и уникальные знания, которых у местных в некоторых разделах менталистики, да и не только в ней, наверняка немало. Ну и если бы я предполагал, что ты не справишься, то не отпустил бы».
Хотя, пожалуй, утешать наставник все-таки умел.
  
Глава 1
 
Обсуждения и сборы. ч.3
 
— Они точно присылают нам именно адептов по обмену? — задал риторический вопрос Теор, просматривая список сталийской делегации.
В кабинете Айвор помимо него находились и сама хозяйка помещения, и Анна де Валей. Деканы «встречающих» факультетов казались усталыми и измученными. Менталист их понимал — даже ему, лишь заместителю Айвор по работе со студентами, пришлось подготовить десятки документов, и это при том, что, вообще-то, подобные обменные мероприятия курировал отдельный административный отдел. Что уж тут говорить о деканах…
— Разумеется, адептов, — Айвор оторвалась от чтения своих бумаг. — Что тебя смущает?
— Ну вот, например: Освальд Крейг, восемнадцать лет. Баллы единого выпускного экзамена — двести восемьдесят, вторичная специализация — некромант, баллы на «испытаниях»… это олимпиада же у них так называется, верно? Баллы на испытаниях по общей теории магии, общей теории некромантии, специфичной теории некромантии…
— Тео, а как мы по твоему их в учебный план вписывать будем? — устало поинтересовалась Айвор де Ман. — Ладно у нас дисциплины на первом курсе почти все похожие, но тем не менее — и профиль силы нужно понимать, вон по поводу этого Крейга и еще одного первокурсника я уже договорилась с черным факультетом, будет им углубленка. Баллы по единому — общий показатель успеваемости, в Сталии сдаются три экзамена, по каждому максимум сто дают. Олимпиады — опять же для профиля обучающегося. Что тебе не нравится-то?
— А вот это, — менталист ткнул пальцами в следующие строчки в графе «Успехи» неведомого Освальда Крейга. — призер форума старшеклассников «Гордость Сталии» в секции «Развитие экономики малого поселения»? Или участник конкурса проектов «Моя страна — моя родина»? Или…
— Тео, ты в курсе, что такое «портфолио»? — отозвалась, подняв глаза на приятеля, Анна де Валей.
Менталист скрестил руки.