Учеба по обмену (СИ)
— Да, но…
— Но?
У Альбы были аргументы, были мысли… Но и то, о чем спрашивал глава ГАРХ, она тоже очень хорошо понимала.
— Но, думаю, изначально продуктивная адаптация позволит в будущем добиться лучших результатов, чем произвольное решение проблем, которые могут оказаться не по плечу молодым адептам как минимум из-за малого опыта в магии. Да и в жизни, — попыталась корректно сформулировать мысль она.
— То есть надо растить оранжерейные цветы в надежде, что однажды вы вынесете их в поле — и они там приживутся?
— Нет, — несмотря ни на что Альба попыталась отстоять свое видение, — я про то, что любые растения надо удобрять и поливать — и тогда плоды будут изобильны.
— Те, кто вырос сам, выживут без поливов и удобрений в любых условиях. И будут, кстати, куда успешнее, чем оранжерейные экземпляры, — со значением заметил директор. — Ладно, я узнал что хотел, благодарю за демонстрацию. Прошу простить, у меня еще много дел. Коллеги, можете переходить к обсуждению теоретической информации, — с этими словами глава ГАРХ покинул помещение.
Альба, глубоко вздохнув, загнала куда подальше весь клубок смешанных чувств и приготовилась отвечать на вопросы о работе, которую глава Академии явно считал бессмысленной.
Что ж, по крайней мере насчет «долгосрочных предложений» теперь можно было не беспокоиться.
Глава 6
О цветках. ч. 3
Теор устало потер виски. За окном кабинета ночь вступала в свои права, и наконец можно было обдумать прошедший день.
Идея с факультативом по ментальным противоборствам в реализации оказалась не так проста, как могло показаться. Менталиста не устраивал вариант «просто возьмем пустое помещение, поставим двоих желающих лицом к лицу — и пусть придумывают что-нибудь как умеют». Он не собирался идти путем ГАРХ и устраивать соревнования, тем паче привлекать к дуэлям тех, кто не специализировался на менталистике. Не было у него и намерений и сходу заниматься отработкой плетений принудительного контакта или же и вовсе формирования дуэльного пространства.
Собравшиеся же сегодня, — а на занятие пришли две дюжины адептов, — жаждали сражений, подвигов или хотя бы адреналина и веселья. Теору очень хотелось отправить всех готовиться к парам на завтра, но он взялся за эту задумку и он доведет ее до ума. Кто выдержит первые занятия с теорией, законодательством и иллюстрациями из практики — с теми и можно будет хоть что-нибудь отрабатывать.
Теор, начиная свой путь менталиста, сам грезил о сражениях, разворачивающихся в чужом разуме, о победах, о силе воображения, в прямом смысле повергающей врагов… Но стоило начаться у менталистов-практиков предметам, связанным с боевыми взаимодействиями, как тогдашние преподаватели быстро показали, что настоящие дуэли похожи на сечу двух раздетых по пояс бандитов с тяжелыми тесаками в руках… Грубо, жестко и очень опасно, и травмы, скорее всего, получат оба бойца.
Менталист полностью разочаровался в ментальных сражениях, став в одном из учебных поединков не проигравшим, а победителем. Тогда у него все хорошо получилось… А вот в разуме поселилась боль, исходившая от соперника, такого же человека как и он сам. Боль, не исчезнувшая даже тогда, когда его оппонента привел в чувство присутствующий на дуэли магистр. Теор чуть позже понял, что такое усиление ощущений было способом спустить его с небес на землю. Удалось, более чем. Именно после этого случая он перестал мечтать о переводе к боевикам, а позже, нанявшись к Гончим и пройдя дополнительное обучение поединкам, не испытывал никакого восторга от открывающихся перспектив. Тогда Теор надеялся, что не придется применять ничего из узнанного…
Пришлось, и не раз.
Его опыт не должен быть ограничением для студентов, но все же менталист не собирался устраивать из дуэлей развлечение или состязание. Соревноваться в магии разума вообще можно было только с самим собой. Да и в жизни, в общем-то, тоже…
Менталист покачал головой, продолжая смотреть в окно. Чем больше он узнавал гостей, тем больше понимал, насколько различаются ГАРХ и «Зеленый». Он сам раньше работал в провинциальном учебном заведении, и там все в целом было так же, как и в старейшем университете Избора. А вот сталийцы создали у себя что-то совсем иное, соревновательно-состязательное…
Хотелось уточнить у Альбы, как отреагировали на ее занятие, но Теор решил пока силы не тратить. Если договорились связываться в конце недели, то пусть так и будет. К его сожалению, Данн оказалась права: сил на каждодневные визиты сознанием через если не половину, так через четверть мира у него попросту не было. Точнее — силы-то были, но восстанавливать их менталист не успевал. У него и так дел по горло и без канители с новой боевой инициативой: и первый курс, и специалисты с четвертого и пятого, и факультативы, и проект…
Всю субботу Теор провел с индивидуальной работой с проектными и документами, и все равно осталось еще неоформленных бумаг. Да и контрольные кто-то же должен проверять…
Но сейчас пора выдвигаться на полигон, где Вагнер сотоварищи устраивал развлечения для гостей. Вообще-то за вламагом собиралась следить Айвор, но все же менталист и сам хотела проследить за тем, как все будет проходить. Освальд все еще носил артефакты, да и от Ланцо можно было ожидать проблем. Полтора часа роли не сыграет, а так хоть от бумажек отдохнет…
Да и вообще — прогулки на свежем воздухе полезны для здоровья. Да, воздух морозный, но что поделать…
Аспиранты решили, что в ночной темноте несложная, в общем-то, полоса испытаний произведет больше впечатлений. Теор мог с ними согласиться — ночной лес, окружавший полигоны, сам по себе создавал мрачную и таинственную атмосферу.
Первым проходить полосу отправили младших студентов.
— А неплохо ведь идут, а? — Айвор, скрытая от глаз гостей парой артефактов, не без восхищения смотрела, как сталийцы, один другого быстрее, переправлялись через полосу физических препятствий, прыгая, подтягиваясь и кое-где ползая.
Менталист только покачал головой.
— Они ее не пройдут. Ну или пройдут ну очень медленно.
— С чего ты так решил?
— А ты посмотри как они действуют, — Теор кивком головы указал на высокую, в два метра, стену, которую по очереди преодолевали первокурсники.
— Хочешь сказать, что они зря без магии подтягиваются? — нахмурилась Айвор. — Тео, самоусилиение проходят далеко не на первом курсе, и то только боевики и целители, ну и природники иногда. И…
— Я не об этом, — менталист показал на Освальда, который смог залезть наверх лишь с пятой или шестой попытки, пока рядом его товарищи один за одним преодолевали препятствие. — Они не попытались ему помочь.
— Это замедлило бы группу, — рассеянно отозвалась декан. — Да и он пока справляется, так? Думаю, если отстанет, тогда и помогут. Хотя вообще-то то, что он все еще носит свои побрякушки, меня не радует.
Менталист вздохнул.
— Он взрослый дееспособный человек. Мы ему не указ, а Койт, видимо, не смогла или не захотела повлиять.
Айвор поморщилась.
— Что-то мне подсказывает, что она из породы педагогов, считающих, что дети должны справляться со всем сами. Главное чтобы правила не нарушали… Ты выяснил, кто послал его в лес?
Менталист покачал головой.
— Я поспрашивал у тех, у кого веду пары — ничего. Карги тоже не в курсе.
— Ладно, надеюсь это не повторится.
Сталийцы закончили с физическими препятствиями и направились дальше. Айвор, шедшая за ними, сделала плавный знак рукой — и щиты вокруг полосы расступились, позволяя ей с Теором срезать часть пути и быстро оказаться на следующей поляне.
С упокоением фантомных умертвий сталийцы справились быстро, и быстро затушили не менее фантомный огонь, используя каждый собственные плетения, порой конфликтовавшие друг с другом. Впрочем, принимали решения они тоже быстро, так что это испытание сложностей не доставило.
А вот на следующей поляне гости потратили времени больше, чем на трех предыдущих вместе взятых. Тут была традиционна совместная левитация… И на ней подтвердились все предположения Теора — привыкшие действовать как можно лучше, но самостоятельно даже на первом курсе, сталийцы никак не могли договориться между собой.