Учеба по обмену (СИ)

И все исчезло.
Миг головной боли — и она вновь стоит на арене во дворе замка напротив жилистого соперника, а не огромного тролля.
— Это было весьма захватывающе, господа, — произнес прервавший их дуэль одним воздействием магистр Нетар, — но время вышло. Правила есть правила. Синегорская — пять баллов, Тоут — восемь.
— Это было достойно, — парень, сам запыхавшийся и порядком взмокший, протянул руку.
Альба руку пожала. Пять баллов — так пять, он ее все же хорошо повалял.
Теперь хотелось в кровать и спать, а надо было идти на пару по артефакторике. Туда Пришедшая ухитрилась опоздать, но в целом ничего не потеряла — сухощавая пожилая магистр взглядом позволила ей сесть и вернулась к размеренному чтению лекции.
Вместо обеда Альба сбегала освежиться в башню, и даже почти не засыпала на лекции магистра Ритары, которая вела комбинированные плетения, рассказывающие о том, как сочетать нити разных цветов вне ритуалов. Сегодня разбирали на примерах ситуации, в которых воздействия или закрепятся, или смешаются, или и вовсе помешают друг другу и создадут что-то непредсказуемое. Подобный предмет был у Альбы на втором курсе, но тогда изучали только основные закономерности вроде «некромантия мешает работать целительству», а тут подробно разбирали теоретическую базу и эффекты подобных смешений.
— Наглядным примером несочетаемых заклинаний может служить использование ментальной и природной магии на одной цели. Если ваши плетения были направлены на один и тот же эффект, скажем, вы хотели успокоить животное, то сложение воздействия усилит одно и другое, и с наибольшей долей вероятности ошалевший от силы вмешательства зверь выдаст вам или бегство, или страх, или атаку.
Альба, прекрасно понимавшая о чем шла речь, кивнула. На самом деле им это рассказывали три года назад… Но мало применявшая природную магию Пришедшая как-то выбросила все из головы. На Хамла желающих наложить какое-нибудь зеленое заклинание не было, да и не работали они на него, а на растения, с которыми порой приходилось сталкиваться на вламаге, не работала, по понятным причинам, магия разума.
— Адептка Синегорская, не хотите ли нам объяснить причину данного явления? — поинтересовалась магистр Ритара.
Занятия вновь шли в потоковой аудитории, и никакого желания позориться Пришедшая не испытывала. Да, про эффект де Кади она помнила, даже формула в памяти где-то была, но все же…
Однако выбора явно не было, так что пришлось встать.
— Эффект де Кади…
— Нет-нет, я хотела бы увидеть иллюстрацию плетений, их сцепляющиеся узлы и все остальные моменты взаимодействия, так что прошу к доске.
Альба вздохнула и начала пробираться мимо соучеников к лестнице. Радовало только то, что по пути она могла привести в порядок собственные мысли.
Впрочем, этого, традиционно уже для ГАРХ, оказалось недостаточно. Ну точнее четыре балла на своем ответе она заработала, что, в целом, было неплохо.
После пар хотелось выпить чая в кафетерии и пойти все-таки вздремнуть, а потом заняться планом предстоящей демонстрации своей дипломной работы, но неожиданно около аудитории обнаружилась Кьяра, явно выискивавшая Альбу глазами в толпе.
Дав знак остальным идти дальше, Пришедшая подошла к первокурснице.
— Ты что-то хотела?
Кьяра прикусила губы, и, обернувшись по сторонам, спросила:
— Можно с вами поговорить? Ничего такого, просто это… личное.
У Альбы были собственные планы… Но, видимо, сбыться им пока было не суждено — вид у первокурсницы был еще более замученный, чем утром.
— Да, конечно. Пойдем тогда, прогуляемся.
Была у нее одна идея, где именно можно разместиться так, чтобы их никто не услышал.
  
Глава 5
 
Странности и поединки. ч.3
 
— Все свободны. Адепт Крейг, задержитесь, — попросил Теор явно усталого первокурсника-сталийца.
Айвор была права — тот действительно пользовался каким-то артефактом, причем довольно мудреным и явно пока непосильным для его магической системы. К тому же заговоренный предмет еще и чтение состояния отсекал, что менталисту, привыкшему контролировать студентов, не слишком нравилось. Хорошо хоть сталийцы приехали не на первый семестр, иначе при обучении контакту могли бы возникнуть проблемы.
 
Первый курс практиков начал с оживлением собирать вещи. Еще бы — впереди два дня отдыха. Пусть суббота и стояла у них «Днем самоподготовки», но, разумеется, готовиться все собирались «попозже», и для большинства «попозже» было поздним вечером дня, предшествующего следующей паре. За что сегодня и получили разнос на семинаре, к которому вместо нормального анализа литературы подготовили пару последних статей, причем статьи были одни на всех. Словно сложно было поискать другие случаи злоупотребления магией, кроме истории с архимагом-личом или заговора почти тридцатилетней давности, после которого появился Запрет…
Впрочем, Теор не слишком удивлялся — в первую неделю после каникул студенты никогда не отличались стремлением к знаниям, а в этот раз к тому же все разговоры были о гостях, перспективах обмена и всем прочем.
Освальд замер на своем месте, словно рассчитывал, что менталист передумает. Одна из сталиек окликнула юношу на родном языке, но безрезультатно — шатен не то ее не расслышал, не то сознательно проигнорировал.
Дождавшись, когда остальные выйдут, Теор сел на соседнюю с парнем парту.
— Магистр? — осторожно поинтересовался сталиец, когда остальные покинули класс.
Теор усмехнулся про себя, прекрасно понимая, что его имени юноша не запомнил. Впрочем, ничего удивительного. С первого раза мало кто запоминает всех или хотя бы половину преподавателей.
— Теор Тайде, преподаватель и заместитель декана общего практического факультета по делам студентов, — чуть в более «расширенном варианте» представился менталист. — Я не буду ходить вокруг да около, — при этих словах Освальд напрягся так, что Теор подавил желание бросить успокаивающее внушение, — скажите — вы добровольно носите на себе некий артефакт или артефакты?
Сталиец сглотнул. Его лицо по цвету почти сравнялось с белым потолком. Юноша старательно избегал взгляда менталиста, и, — что Теора удивило донельзя, — попытался выстроить внешний щит на сознании, словно ожидал принудительно контакта.
— Д-да, магистр, — невнятно ответил Освальд и бросил взгляд на дверь, явно рассчитывая сбежать как можно быстрее.
— Вы уверены? Судя по тому, что и я, и мои коллеги наблюдаем — эти артефактные предметы явно забирают у вас сил больше, чем вы восстанавливаете, а это — прямая дорога к хроническому истощению, которое лечится долго и нудно, а при резких трактах приводит к истощению к шоковому. Я предположу, что магические предметы, о которых идет речь, привезены вами с родины, верно?
Ответом был неопределенное движение плечами.
— Я понимаю желание защитить себя в незнакомой обстановке, — мягко продолжил менталист, — но сейчас эти предметы вредят вам. То, что без проблем использовали ваши старшие товарищи, наставники или родственники, пока еще слишком большая нагрузка на вас. Вы это понимаете?
Освальд вновь неопределенно дернул плечами.
— Поэтому я настоятельно рекомендую вам прекратить ношение артефакта или артефактов, лучше всего прямо сейчас.
Если до этого парень нервничал, то сейчас на его лице отразился очевидный ужас.
— Я… Вы… Не можете их забрать! — Освальд несколько нелепо, но все же довольно быстро вылез из-за стола и отступил на несколько шагов, словно считая, что Теор вот-вот попробует отобрать предметы силой.
Нервный парень. Очень нервный. Менталист прекрасно понимал, что приезд в новую страну и общение с новыми людьми каждым переживается по-разному, но Крейг явно выбивался из ряда тоже нервничающих соотечественников.
Могли ли артефакты влиять на его разум? Хороший вопрос… На который Теор не знал ответа. Что бы это ни было, оно было достаточно сильным чтобы просто так не считываться, а давить на парня и требовать прямо сейчас снять опасную вещь не стоило. Как минимум потому, что тот был совершеннолетним, а значит сам решал, что носить, а что нет.