Марго (СИ)

Она снова начала нервничать уже на вечеринке — когда Артем настоял, чтобы они вышли во время сцены Ника с Лизой, хотя Тома была не против, чтобы он посмотрел. И еще больше — когда они оказались в привате… втроем с Максом.
- И как это будет? — испугалась она, глядя на Макса.
- Спокойно, Тома. Мы оба в курсе твоей нелюбви к публичности и тройникам. Я здесь лишь для того, чтобы учить, — мягко ответил он, передавая Артему черный непрозрачный пакет, который принес с собой.
- А мне что делать? — спросила Тома, стараясь не думать о том, что там у них за игрушки.
- Как обычно. Что тебе говорят, нижняя, — сказал он, иронично усмехнувшись, и Артем тоже не сдержал улыбку.
- А могу я все-таки узнать, что вы планируете? — спросила Тома, сердито посмотрев на Макса. В том числе поэтому она и не любила тройки — сбиваясь в кучу, доминанты мгновенно начинали образовывать альянс против нижнего, оставшегося в меньшинстве. А она всегда болезненно воспринимала подшучивания.
- Поиграть с голенькой нижней. Никакого секса. Никакой боли, — спокойно ответил Макс, на этот раз серьезно.
- Вы хотите раздеть меня полностью?
- На моей памяти ты уже раздевалась полностью и в более людных помещениях, — не моргнув глазом напомнил он, а Тома покраснела, а у Артема глаза полезли на лоб.
- А можно поподробнее об этом после игры? — спросил он, и Макс с улыбкой кивнул.
- Хорошо, — сказала Тома, быстро сообразив, что лучше сейчас сдаться, чем начинать разговор о ее былых похождениях.
- Да, и есть еще один нюанс, — сказал Артем, открывая пакет и достал то, чего она совершенно не ожидала: черную повязку и большие наушники.
- Я все равно не забуду, что он здесь, — попыталась возразить Тома, но Артем лишь наклонил голову, явно забавляясь тем, как она смущена.
- Нам хватит того, что ты не будешь меня слышать и видеть, — парировал Макс. — Но не волнуйся, мы не будем использовать и то, и другое вместе.
Свое обещание Макс в итоге выполнил — наушники и лента на глаза чередовались, хотя Тома все время чувствовала себя так, словно была полностью дезориентирована. Но в результате она поняла, что боялась напрасно: Макс ничего не испортил. Она понятия не имела, что он говорил Артему, пока на ней были наушники и что показывал, когда повязка закрывала ей глаза, но сессия получилась захватывающей.
Все началось с наушников с тихой музыкой, как только она разделась догола. Артем развернул ее лицом к стене, и она потеряла Макса из виду. Горячая ладонь прошлась по спине вверх, он взял ее за шею, и Тома непроизвольно открыла рот, чувствуя себя пойманной. Вклинив свою стопу между ее ног, Артем развел их и стал водить по ее телу кончиками пальцев, добиваясь трепета и дрожи. Тома закрыла глаза, наслаждаясь, и постепенно ласки стали дополняться минимальными болевыми ощущениями — чуть более плотными сжатиями, шлепками, пока он не перешел к полноценному спанкингу ладонью.
Порка была возбуждающей, ритмичной… Тома стала подниматься на цыпочки и издавать стоны, которых сама не слышала из-за наушников. А потом он опять перешел к ласкам, поглаживая ее сзади между ног ребром ладони, возбуждая до того, что она готова была лезть на стенку.
Дождавшись новых стонов, Артем взял ее левую руку и опустил, заламывая за спину, после чего плавно прижал ее к стене щекой, грудью, меняя тактику на редкие сильные шлепки, от каждого из которых она вздрагивала всем телом.
Когда она начала уставать, Артем снял с нее наушники и крепко завязал глаза. После этого он оторвал ее от стены и развернул, толкая в сторону кровати.
- Наклонись, малыш. Я хочу на тебя посмотреть.
Заставив ее опереться руками на кровать, Артем провел пальцами по ее бедрам, и Тома поняла, что он разглядывает ее. Лицо загорелось.
- У тебя красивая попа. И киска тоже, — негромко сказал он. — Мне нравится, когда ты так послушно себя показываешь.
В какой-то момент Тома даже забыла, что Макс все еще в комнате — просто наслаждалась эстетикой взаимодействия со своим партнером, теплом бархатной игры: его мягкими приказами, комплиментами и глубоким контактом, особенно когда Артем снова снял повязку и смотрел ей в глаза, сводя с ума своими ласками.
 
При этом она не на секунду не забывала, что это тематическая сессия: Артем постоянно поддерживал в ней нужный уровень эмоций, то шлепая, то держа за горло, то сжимая запястья, то требуя выполнения его желаний. И все настолько идеально переходило одно в другое, что она вообще не чувствовала швов. Только море эмоций, трепета и возбуждения, пронизанного осознанием собственной хрупкости и привлекательности в руках уверенного сильного мужчины.
В самом конце Макс вышел, позволяя им побыть наедине, но ни одному из них не пришло в голову заняться сексом. Артем посадил ее на колени и держал в своих объятиях, пока она вдыхала его запах и ощущала каждой клеточкой тела, как он проникает в нее. А она — в него.
Через какое-то время Тома оделась, и они оба вышли из спальни очень удивленными и задумчивыми.
- Я поговорю немного с Максом, ладно? — спросил Артем. — А потом, наверное, поедем?
- Да, согласна, — кивнула Тома. Они оба понимали, что то, ради чего они приезжали, уже произошло.
Не спеша переодевшись в пустом гараже, она вышла на улицу, чтобы немного проветриться и увидела Ника, стоявшего у ворот. Ее первой рефлекторной реакцией было желание сбежать обратно внутрь, но потом Тома подумала, что уже почти две недели не решается позвонить ему по поводу квартиры. И вряд ли на будущей неделе этот звонок дастся ей легче. Проще подойти сейчас — она предполагала, что Ник окажется добрее после всех сессий и большой порции всеобщего восхищения.
Ник.
После сессии с Таней он был слегка выжат и одновременно возбужден. В таком состоянии Ник не отказался бы от долгого вдумчивого эротического массажа от своей нижней. А потом, возможно, он поблагодарил бы ее парочкой оргазмов. Но Марго нигде не было. Целенаправленно разыскивая ее, он заглянул в кухню, где пили чай Лиза и Миша, выглядевшие так, словно уже получили от этой вечеринки все, что хотели. Они сказали, что не видели Марго, но в спальне ее точно нет, поскольку там все еще оставались Макс, Тома и Артем. Гараж был пуст.
Вернувшись в гостиную, Ник убедился, что его нижней не было и там, и даже напрягся. Могло ли случиться такое, что она словила дроп после жесткого секса в ванной? Обиделась и уехала?
Ник сталкивался с таким пару раз в своей практике: сначала нижняя, которая по всем внешним признакам хочет острых ощущений, наслаждается горячей сценой, а потом, обдумывая ее полчаса спустя, вдруг чувствует себя слишком сильно униженной. И не каждая девушка в таком состоянии решалась на открытый разговор вместо того, чтобы просто сбежать.
В тот момент, когда он уже решил выйти на улицу, чтобы продолжить поиски там, его окликнула Ирина:
- Если ищешь свою нижнюю, то она с моим верхом, — сказала она с кривой улыбкой.
- Где? — спросил Ник, начиная злиться. Он не запрещал Марго играть с Тимофеем, но почему-то это сообщение застало его врасплох.
- Думаю, в нашей машине. Видела, как они выходили наружу и одевались минут пять назад, — спокойно сказала Ирина.
- Ясно.
Под ее внимательным взглядом Ник мигом взял себя в руки и надел непроницаемую маску:
- Как насчет выпить по бокалу вина и посидеть на террасе?
- С удовольствием, — сказала Ирина.
- Я с вами, — откликнулся и Дима.
Следующие полчаса Ник испытывал очень странные чувства — словно раздвоился. И пока одна часть его вела расслабленную беседу с друзьями за бокалом вина, другая все больше злилась, считая про себя минуты. Десять минут — это, возможно, невинная игра, что-то вроде легкого флирта. Двадцать — нечто более серьезное. За тридцать… опытный дом за полчаса может потерять голову и успеть соблазнить нижнюю в принципе на все, что угодно. А если он останется наедине с интересной сабочкой дольше, то она совершенно точно будет оттрахана.