Марго (СИ)
Когда Ник поднял руку, она инстинктивно закрылась, но он неожиданно мягко отвел ее ладонь и нежно коснулся лица:
- Ты будешь наказана за это. Но не сейчас.
Ей было сложно не выглядеть ужасно виноватой. Она все еще не могла поверить, что сделала такое.
- Почему? — спросила она, чувствуя себя ужасно, ужасно виноватой.
- Потому что сейчас я хочу, чтобы ты меня выслушала. Хорошо?
Дождавшись ее расстроенного кивка, Ник обхватил ее лицо ладонями и сказал:
- Я хочу, чтобы ты знала: я себя контролирую. Я не причиню тебе зла. Не ударю по лицу, например, потому что я знаю, что тебе не нравятся пощечины. Даже если ты ударишь меня — я не ударю в ответ. Не бойся.
- Прости меня, — выдохнула она. — Я не знаю, что на меня нашло.
- Это находит на всех нижних, когда они со мной, — улыбнулся Ник. — Я спровоцировал тебя.
- Так ты нарочно меня отпустил? — вдруг дошло до Марго, когда она поняла, насколько довольным собой он выглядит.
- Конечно, — отмахнулся он так, как будто речь шла о чем-то совершенно естественном.
- Зачем?
- Потому что я люблю подчинять, — усмехнулся Ник. — С виноватой нижней это проще.
- Я все равно не согласна на свободные отношения, — тихо сказала она.
- Прекрасно, — ответил он. — А теперь закрой рот и сними трусики. Не помню, говорил ли я тебе, что мы все-таки пойдем на вечеринку через неделю? К тому времени тебе придется отучиться спорить со мной.
Глава 21. Игры, за которыми мы прячемся.
Меховые ушки трогательно покачивались на голове. Ее глаза были зажмурены, веки подрагивали от напряжения. Тонкие пальцы, сжимавшие край стола — слегка напряжены. Полуголое тело, едва прикрытое маленькой юбочкой и меховым топом, вздрагивало от каждого удара, а губы негромко и несмело произносили имена.
После шлепка по спине от Макса она сказала «Артем». После чуть более увесистого удара по ягодице от Ирины — «Макс». А после нежного шлепка по бедру — «Ирина».
Все присутствовавшие тихонько рассмеялись.
- Это был Макс, котенок, — пояснил Миша причину веселья, когда Таня открыла глаза. — Еще?
Нижняя улыбнулась и кивнула, соглашаясь продолжить «угадайку». Наблюдать за этой простой игрой было довольно весело — все пока только разогревались и не собирались практиковать всерьез. Удары были совсем слабыми.
- Миша! — громко и уверенно сказала Таня, когда получила увесистый шлепок от своего верха в самом конце.
- Браво, один из десяти! — объявил он под общий смех. — Кто следующая?
Марго с улыбкой встала со своего места и продефилировала к столу, наслаждаясь взглядами верхних. На ней был новый костюм горничной — черная юбочка с кружевами и нарядным бело-красным передником, корсет в тех же цветах, подчеркивающий грудь, и чулки в сеточку. На голове — аккуратный пучок и кружевная снежно-белая наколка.
Взмахнув метелочкой для пыли, Марго откровенно бесстыдно наклонилась над столом, сметая с него несуществующую пыль под веселый смех зрителей, и только после этого легла, закрыв глаза.
Несмотря на все это представление, она сразу почувствовала, что напряжена. Ей прежде не доводилось играть с таким количеством доминантов сразу. И даже в этой детской игре, как оказалось, может быть что-то пугающее, особенно когда пауза длится чуть дольше, чем ожидаешь.
Долгожданный шлепок по ягодице заставил ее непроизвольно вздрогнуть и охнуть из-за этого напряжения, хотя он был очень нежным.
- Миша, — сказала она, немного подумав. Марго нутром почувствовала, что это кто-то новый, кто прежде не приближался к ней. И вариантов было немного.
- Надо же. Угадала, — послышался голос Макса за спиной.
Марго улыбнулась. Она не считала себя азартным человеком и не думала, что выиграет этот конкурс. Оказалось, что угадывать приятно… хотя и не так просто.
Она смогла узнать руку еще только два раза — когда ее шлепали Ник и Ирина.
- Три из десяти! — громко сказал Макс, приглашая на импровизированную сцену свою нижнюю.
Марго вернулась на диван, наблюдая, как Лиза размахивает хвостом чертенка, откровенно красуясь в новом костюмчике как и она. Идея о костюмах пришла в голову всего за несколько дней до сбора, но все девчонки до одной радостно поддержали и быстро договорились между собой, чтобы не повторяться. В результате все они были разодеты очень разнообразно и сексуально.
Кроме кошечки-Тани, чертенка-Лизы и горничной-Марго на диване сидела полицейская-Лори, а в креслах — индианка-Тома и учительница-Ирина.
Мужчины ради такого случая тоже постарались, достали самые сексуальные брюки, белоснежные рубашки и лучшие кожаные ремни. Даже Миша, обычно не вылезавший из футболок, надел костюм. А Ник, которому такая одежда шла чуть больше, чем другим домам, выглядел богом секса. От одного взгляда его в сторону у Марго замирало сердце… даже когда он шлепал Лизу. А, может, особенно в этот момент, потому что щепотка ревности всегда возбуждала ее.
Начало вечеринки ей очень нравилось — в уютной гостиной росло возбуждение, и было приятно знать, что в этой точке все только начинается — а дальше есть целое неисследованное пространство для игр… во всех смыслах.
Когда они только приехали и собирались ужинать на террасе, Миша сразу пояснил, что в их распоряжении после первой общей игры еще два помещения: спальня и просторный гараж, в котором сегодня специально не парковали машин. А желающие отдохнуть и выпить всегда могут пройти на кухню или посидеть на террасе, которые для этих целей оставили свободными.
На улице было довольно тепло — дачную вечеринку подгадали к хорошей погоде, так что некоторые окна оставались открытыми, и необычная атмосфера насыщала всех присутствующих новыми эмоциями… и волнением.
Поймав себя на желании выйти на кухню и выпить еще один бокал вина вдобавок к тому, который достался каждой нижней за ужином, Марго поняла, что нервничает. Вот только не знала, что было тому причиной. Отсутствие знакомых стен клуба вокруг? Или Артем и Тома?
Ей было неловко находиться рядом с ними. Ник бросил Тому, она отвергла Артема — Марго чувствовала себя так, словно они были парочкой разбивателей сердец. И даже видя, что эти двое пришли вместе, она продолжала ощущать вину. Что, если они начали встречаться с досады?
А может, причина нервозности заключалась в Нике и его парадигме свободных отношений, объявленной так внезапно. Она ожидала совсем другого, когда он привез сумки с продуктами и так трогательно заботился о ней во время болезни. Он пробудил все ее спящие романтические побуждения… а потом обломал. Как такое вообще могло сочетаться в одном человеке?
Стараясь не смотреть все время только на Ника, Марго поймала соблазняющий взгляд Тимофея и тепло улыбнулась ему. Он подмигнул, и она решила, что обязательно поиграет с ним — ей не стоит сидеть в сторонке, пока Ник будет развлекаться с другими нижними. А с кем еще играть, если не с Тимом?
Можно присмотреться к Мише или Диме, размышляла она. Но ее не очень привлекали эти доминанты — Дима казался слишком гладким и скрытным, Миша — наоборот, простоватым и угловатым. Ей всегда больше нравились открытые интеллектуалы. Непростые, но и не замороченные, с подвешенным языком и собственным мнением по каждому поводу, раскованные, в меру конфликтные. В других обстоятельствах она могла бы пофлиртовать с Максом, но только не после того, как рассказала ему о себе уйму личного на психотерапии.
Он подошел перед ужином, тихо спросил, как она себя чувствует и выбрала ли себе терапевта из предложенных им кандидатур. Марго честно ответила, что чувствует себя хорошо, а специалиста пока не выбрала — это казалось уже не таким срочным.
Почти неделю она дышала нормально и не удивительно: Марго уже не боялась, что Ник ее отвергнет. Теперь она гораздо больше боялась, что сама бросит его к чертовой матери, ибо зачем ей нужен доминант мечты, который будет постоянно смотреть налево? В конце концов она станет такой же невротичкой, как Тома, или даже хуже. На этот счет не могло быть никаких иллюзий.