"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

 
Примите мое искреннее восхищение.
 
Букет явно был не от Галэна, а потому без зазрения совести поставила его в вазу.
  
Глава 5
 
Верд
Уже почти месяц я жил в Чаще, обустроившись неподалеку от нейтрального источника. С пропитанием проблем не было, я без зазрения совести использовал ипостась. Новости приходили вместе с патрулем. Тут мне помогла моя слава.
Молодой воин из новеньких, с которым нас поставили в пару, оказался готовым тело продать лесным бесам за Верда Аллакири. И когда я торжественным шепотом объявил, что у меня есть для него секретное задание, не задавая лишних вопросов и сверкая очами, помог мне «потеряться». В парнишке скрывался недюжинный актерский талант, так искренне он объяснял командиру патруля, как я отошел по нужде и не вернулся. Меня даже искали, но нашли лишь немного крови да форменную шапку. Этот же парень регулярно оставлял записки в условленном месте, в которых подробно сообщал, что происходит в мире. Он очень старался, а потому часто приходилось перелопачивать много лишней информации.
Из главного же, как я понял, ни в официальных источниках, ни в специальных армейских не было ни слова о нападениях на академию, а значит, Льяра в безопасности. К тому же Райд обещал за ней присмотреть. Второй по важности новостью, которую я узнал еще в самом начале своего вынужденного отшельничества, было сообщение о болезни Даториана. Мы не были близки со сводным братом, да я могу по пальцам пересчитать случаи, когда вообще перемолвились хоть словом. Но, ипостасью клянусь, тут явно что-то нечисто. Не верю я в болезнь наследного принца. А вот в то, что отец и его заставил принести клятву верности на источнике, – очень даже. Но тогда, если я прав, то выходит – он заговорщик?
Принц Норанг старше на двенадцать лет. Он всегда относился ко мне только как к бастарду, хоть я и был признан отцом сразу после рождения. Император любил мою мать гораздо больше, чем покойную королеву, и, похоже, это Даториана задевало. Что ж, это я мог понять, а потому не держал обиды.
Теперь я отчасти понимал, почему отец меня сюда отправил и для чего был нужен этот фарс. Весьма убедительный, кстати.
Вердерион Аллакири эрсман гораздо более значимая политическая фигура, чем Вердерион Аллакири рядовой. В случае заговора я, как верный подданный империи, гарантированно встал бы на защиту императора. За мной пошла бы и большая часть войск. Логично, что такую фигуру попросту постарались бы устранить еще до того, как вскроется заговор.
Тогда-то меня и осенило – уже пытались!
Перед глазами промелькнул тот самый бой во время Первой ночи. А это навело на новую мысль. Выходит, Даториан как-то связан с культистами? Но это уже измена! Возможно ли, что и покушение на него всего лишь инсценировка? Своего рода алиби? А чтобы принц все же предстал перед судом, нужны веские доказательства. Может, именно поэтому мне приказано следить за нейтральным источником?
После всех этих выводов я занялся наблюдением с усиленным рвением. Оборудовал несколько точек на деревьях, куда легко переносился тенями при необходимости. И даже спал в зверином обличье, что делало сон более чутким. Единственная проблема – приходилось четко следить за временем, проведенным в ипостаси. Но и тут я отмечал, что почти не испытываю прежних неудобств. На удивление покладист стал мой зверь, небывалая гармония царит между нами.
Сидя в секрете, устроенном в развилке ветвей могучей сосны, проводил глазами наш патруль, совершающий вечерний обход вокруг источника. Выждал, пока пройдут замыкающие оборотники. Мелькнули внизу серые спины и исчезли между могучих стволов. Зевнул, окинув взглядом набившую оскомину картину.
Идеальная двадцатиметровая сфера нейтрального источника как гигантская драгоценность, наполовину погруженная в выступ скальной породы, словно в оправу. Или скорее жемчужина, под прозрачной поверхностью которой клубится облаками энергия. Молочно-белое свечение, особенно заметное в сумерках и в темноте, исходило от него, привлекая насекомых и ночных животных. Вроде и красиво, но само место какое-то мрачное. Будто предупреждает о чем-то. Здесь отсутствовали любые привычные мне виды флоры и фауны, которые превращали ночную Чащу в сказочный пейзаж.
 
Мой замыленный взгляд за что-то зацепился. Какое-то искажение пространства, как бывает перед тем, как…
Перед тем как сработает световой портал!
Именно они с тихим шелестом раскрывались повсюду вокруг источника. Мобильные порталы. Много. Я насчитал больше двух десятков, и это только то, что видно с моей точки. Из порталов появились культисты, человек по пять из каждого. Некоторые тащили с собой девушек. В том, что это пропавшие во время нападений друидки, я не сомневался. Избитые и, скорее всего, неоднократно изнасилованные, обезумевшие от ужаса, они даже не кричали. Их грязные обнаженные тела были изрезаны кровоточащими рунами.
Культисты распределились по кругу. Увешанные костяными украшениями, с рогатыми черепами на башках, с кривыми ножами на поясе. Но были и те, кто носил мечи, они расположились поодаль, явно охраняя. Особенно колоритные завели напев, от которого у меня по телу побежали нехорошие мурашки. Кажется, в Чаще стало мрачнее. Так и лесных бесов вызвать недолго, хотя что это я? Вроде именно это и есть их цель?
Их вой, хотя если подумать, то скорее гортанное мычание, перемешался с криками и плачем. Я до боли сжал зубы, а толстая кора подалась под пальцами. Мой зверь же будто затаился, и это настораживало. Фанатики, не занятые в хоре, принялись яростно насиловать девушек, и от этого зрелища мне захотелось вырвать на себе волосы! В горле встал комок, мешавший дышать, и я не сразу понял, что это слезы. Я уничтожу этих тварей. Всех до единого! Ни один не уцелеет, даже если придется посвятить этому жизнь!
Все закончилось быстро и неожиданно. Насильники вздернули своих жертв за волосы и нескольких швырнули прямо в источник. Гладкая поверхность всколыхнулась, далеко вокруг озарив местность багрянцем, и поглотила еще живые, дергающиеся и вопящие тела. Остальным тут же перерезали горло и потащили, методично окропляя землю вокруг. Побросав трупы, культисты исчезли во вспышках.
Обычно Чаща и ночью не умолкает, но сейчас воцарилась тишина. Гнетущая и мрачная, и не было слышно ни шороха…
Я невольно обернулся, облившись холодным потом.
Никого.
Бесовщина!
Тьфу! Лучше даже и не думать о таком. Ничто со времен детских кошмаров не производило на меня столь тяжкого впечатления. Но что-то подсказывало, я увидел то, что должен был увидеть.
Все к… К Великой Матери!
Хватит конспирации, нужно возвращаться в штаб и приказать, чтобы больше с источника не спускали глаз, пока там не разбудили что-нибудь такое, по сравнению с чем вся Чаща домом родным покажется.
Приказать…
Я хмыкнул. А не много ли ты о себе возомнил, рядовой Аллакири?
Как бы то ни было, следует срочно связаться с лордом Сатемом, а лучше сразу с отцом.
Перешел тенями прямо в штаб Сатор-Юти, и меня с ходу чуть не снес раздраженный крик.
– Где я вам возьму проклятого Аллакири?! – что есть мочи орал эрсман Данмэ на стоящего напротив роймана. Тот то и дело вздрагивал, терпеливо сжимая зубы при очередной витиеватой и малоцензурной фразе, каждая из которых прямо или косвенно была связана с моей персоной. Некоторое время я с интересом слушал. Кое-что стоило того, чтобы запомнить. – Этот ваш дутый герой умудрился в первом же патруле потеряться и сгинуть, дери его бесы! – Тут я поморщился, уж больно свежи были впечатления чего-то жуткого за спиной. – Наверное, раньше Чащи и не нюхал! Что я, по-вашему, должен ответить советнику?!
Слабые попытки роймана указать на меня жестами пропали втуне. Эрсман, закончив очередную гневную тираду, присмотрелся.
– Чего дергаешься, как контуженный?!