Демоническая Кость. Том 1 (СИ)

Оба оборотня мгновенно пригнулись и прислушались.
— Вот тебе и практика, — тихо прорычала оборотнесса, указав в сторону источника шума. — Вяленое мясо закончилось, это будет нашим обедом. Сам справишься?
— Угу
Полукровка, практически не издав шума, исчез с глаз своей наставницы. Та, несмотря на уверенные слова, взобралась на высокое дерево и стала наблюдать за потугами новообращённого волчонка.
Вар, тем временем, лёгкой поступью, обойдя эпицентр шума и подветренную сторону, стал аккуратно приближаться к источнику звуков.
Полукровка был тих и осторожен. Отодвигая ветки, пригнувшись, юноша через двести ударов сердца вышел к ещё одной поляне, где саблезубый олень утолял свой голод плотью пойманной химеры.
Достигая в холке двух метров, парнокопытное порождение хаоса, весило не меньше тоны. Ни грамма подкожного жира и мышцы, что вились вдоль туши подобно канатам, могли сообщить случайному зрителю о немалой силе изменённого зверя. Мощные остроконечные рога, заставляли задуматься, перед тем как в открытую вступать в бой с химерой. Не остался без внимания юноши и серый, дымчатый шлейф, источаемый выродком природы, что, напоминая вуаль, зависал позади химеры в нескольких сантиметрах от земли.
Вардан уже слышал о таких разновидностях изменённых зверей. Энергия Хаоса извратила истинное начало животных, превратив его в воплощение одушевлённого оружие, источник погибели лесных жителей и путников.
— Уку-уку… уку-уку.
Парень повернул голову в сторону птицы, однако вместо неё увидел на дереве, издающую странные звуки, Тиару.
Девушка на пальцах показывала ему знаки немедленной остановки и опасности.
Юнец смекнул, что все её действия касаются обнаруженного им хищного оленя.
Уверенность в глазах парня прочитала и сама волчица, после чего, показав тому необходимость действовать в паре, определила себя, в качестве основного номера в предстоящей охоте. Рождённому войной более ничего не оставалось, как отвлечь монстра на себя, что он и решил выполнить.
Саблезубая химера трапезничала на противоположном краю лесной опушки. Не желая жариться на солнце, клыкастый олень затащил тушу поверженного животного под широкие ветки ближайшего дерева.
Вар использовал это наблюдение в качестве основы, после чего, собрав под ногами пару желудей и увесистый камень, стал бесшумно приближаться к опасному хищнику.
К сожалению, незаметно приблизиться к химере не представлялась возможным — рядом с деревом было достаточно открытое пространство.
Поднявшись по стволу отдалённо стоя́щего исполина, юноша начал перебираться с ветки на ветку. Перемещаясь по деревьям, он всё ближе продвигался к своей цели и вскоре завис над острыми рогами химеры.
Метнув жёлудь в противоположную сторону от саблезубого, молодой волк ожидал реакции, но та не последовала — подобный шум не привлёк никакого внимания химеры.
Собрав все имеющиеся плоды в охапку, он повторил свои действия.
На этот раз уши изменённого зверя дёрнулись, и рогатый кратковременно повернулся в сторону россыпи звуков, но и этого было недостаточно.
В ту же сторону полетел камень.
Вздрогнув, олень стал разворачиваться, поворачивая свою мускулистую тушу в направление возможной опасности.
В этот миг, юноша, спикировав вниз, вонзил обе когтистые руки в беззащитную шею цели.
Хлынула тёплая, бордовая кровь и запахло металлом.
Издав гортанный рёв с примесью булькающих звуков, химера, выгнув морду, попыталась насадить возмутителя спокойствия на свои рога, но и этому не судьба было сбыться: выпрыгнувшая из кустов чёрная волчица, подобно тёмной молнии, врезалась в передние копыта раненого порождения леса.
Свирепый хищник стал заваливаться набок.
Не теряя безопасных секунд, Вар, действуя обеими руками, полосовал уязвимую морду, пока грозные клыки волчицы не сомкнулись на шее подрагивающей химеры.
Кровь хлестала полноводной рекой, ревел в предсмертной агонии зверь, а малец, превратившись в кровавого мясника, наносил один удар за другим. От каждого взмаха на землю падали окровавленные ошмётки и полоски срезанной кожи с шерстью.
 
Парень услышал глухой хруст шейных позвонков, после чего монструозная голова чудовища была отделена оборотнессой от остальной туши некогда грозного оленя.
Прихрамывая, волчица, находясь в своей третьей ипостаси, скрылась за ближайшими кустами. На её спине красовались кровоточащие последствия атаки рогами.
Полностью покрытый кровью, на поляне, расставив руки в стороны, стоял выигравший свою первую, но не последнюю битву, юноша. С него крупными каплями стекала бордовая, вязкая жидкость, воняло мокрой шерстью, его сердце никак не могло унять свой бешеный ритм, однако Вар был рад. Рад, что ещё один самостоятельный шаг сделал в этом жестоком мире, где ему посчастливилось потерять память и встретить слугу высших сил. Теперь юноше будет что вспомнить, ведь именно такие моменты, способны повлиять на его дальнейшую судьбу.
* * *
Пока молодой волк, отрезав кусочек посочнее, сооружал из подручных материалов (веток) подобие вертела, к нему подключилась уже вполне здоровая вульфгера.
На спине Тиары ещё были заметны следы от свежей, затянувшейся раны, но та никак не демонстрировала собственную боль или переживание по поводу очередного шрама, коих оказалось на теле девушки великое множество.
— Приятного аппетита.
Юноша впился своими чуть увеличившимися клыками в сочное мясо химеры.
— И тебе, — Тиа не стала от него отставать.
Как только голод был повержен, и оба волка насытились, волчица собралась продолжить свой экскурс в основы местной флоры и фауны.
— Ты заметил чёрную дымку, что исходила от химеры?
— Ага, — парень в отличие от девушки, продолжал вкушать жареное мясо.
— Некоторые виды химер хуманы не употребляют в пищу. Не могу сказать точно, но слышала — всё дело в их мутации.
— К нам же это не относится?
Оборотнесса отрицательно помотала головой.
— Вообще, я должна тебя поздравить с первой успешной охотой, — кивнула вервульф на остывающие остатки сочного куска мяса, — но ты ослушался меня и подверг свою и мою жизнь необоснованной опасности.
— Мы же справились. Или я чего-то не понимаю?
— Не понимаешь. — с нажимом ответила наставница. — Это молодой самец Олрога. Он мог бы нас запросто порвать, действуй мы поодиночке.
— Понял, принял, — юноша примирительно продемонстрировал открытые ладони. — Прошу меня простить.
— Будь одна, я бы его за две сотни деревьев обошла, — казалось, волчица не собиралась останавливаться на достигнутом. — А ты, ты… одного взгляда на тебя, твердолобый мальчишка, мне хватило, чтобы понять, что ты не отступишь. Вот кому теперь нужна эта туша? — девушка показала больши́м пальцем себе за спину.
Там лежала обезглавленная туша мутанта.
— Будем зверьё подкармливать, химер?! — под конец перешла она на крик.
— Я уже понял, что был самонадеян. Больше не повторится.
— Надеюсь.
* * *
Передвижение остатков сводного отряда нельзя было назвать бесшумным. Бренча и звеня доспехами, воины, привыкшие к открытому сражению, в лесу, мягко говоря, находились не в своей тарелке. Однако во славу демонической выносливости, группа быстро преодолела необходимое расстояние, не сделав ни единого привала.
Ушлый Сикр, как заметила новоявленный декан — гера Шелд, отличался от своего брата в хорошую сторону. Умело ведя за собой сводный контуберний, он в аккурат привёл всех к предыдущему месту стоянки отступников, после чего, подобно гончей, взяв след, отправился по незамаскированному пути следования цели.
Ещё долго суккуба будет вспоминать сладковатый запах смерти витавший в покинутом демонами лагере. Разорванные, растерзанные, замученные тела хуманов со следами пыток и запретных экспериментов, были разбросаны по всей поляне. Ранее она никогда не видела тела женщин, чьи детородные органы были порваны, по виду, негабаритными животными или инородными предметами.