Только ты (СИ)
Рома подходит сзади, обнимает за талию и притягивает меня к себе. Щекой он прижимается к моей щеке. В это мгновение мне очень хорошо и спокойно. Я благодарна ему за то, что несмотря на все мои глупости в этот тяжёлый день, он не отстранился от меня.
Глава 29. Натали
Следующие три дня мы с родителями проводим вместе. Рома показывает нам город, он терпелив и сосредоточен. Ему пришлось взять выходной, чтобы провести лишний день со мной и моей семьёй. Но несмотря на всю усталость после долгих пеших прогулок, он ни разу не высказал недовольства.
Вообще, он удивительно быстро нашёл общий язык с моими родителями. С папой они говорили о бизнесе, с мамой о культуре. Наблюдая за ним в эти дни, я удивлялась тому, как легко он может поддержать разговор практически на любую тему. Я даже начала немного им восхищаться и сама не заметила, как стала к нему прислушиваться.
Но все когда-то заканчивается. И этот странный, наполненный событиями и эмоциями уикэнд тоже подошёл к концу. На третий день пребывания моих родителей в Москве мы стоим в аэропорту, ожидая, когда объявят посадку на самолёт в Америку.
- Обещай, что приедешь на Рождество, - мама плачет. Она очень эмоциональный человек. Но и я сама, глядя на неё сейчас, понимаю, что буду очень скучать.
- Мы вместе приедем, - говорит Рома, который все время, пока мы с мамой обнимались, стоял за моей спиной. Мама поворачивается к нему и кивает.
Спиной я ощущаю его тепло и поддержку. А ещё вселяющее уверенность чувство, что он не обидит и не предаст.
Мама смотрит на нас с Ромой полными слез глазами, потом отраюывается от меня и обнимает Рому. Папа жмёт ему руку. Родители идут к выходу на посадку, их рейс только что объявили.
Мы стоим на месте и наблюдаем, как автобус развозит пассажиров, доезжает до самолёта. Вдалеке я с трудом узнаю мамино платье и рубашку папы. Машу им, хотя знаю, что они меня не видят. Рома обнимает меня сзади, прижимает к себе.
- Мы правда поедем к ним на Рождество? - спрашиваю.
- Поедем, - отвечает он.
Когда самолёт уже в небе, мы выходим из здания аэропорта. Рома помогает мне сесть в машину, сам садится на водительское кресло. Машина свободно катится по улицам города. Я любуюсь видом из окна, также, как и в любой другой раз, когда еду по городу.
Вроде бы ничего не произошло неординарного. Обычное знакомство с родителями моего парня, к которому я начинаю привыкать. Но ощущение такое, что произошло какое-то очень важное событие. И я чувствую облегчение, что все свершилось.
Рома привозит меня домой и мы поднимаемся на нужный этаж. Когда заходим с квартиру, я замираю в ступоре, все ещё под впечатлением, что родители уехали. Не ожидала, что так скоро начну за ними скучать. Мужчина опускается передо мной на колени, помогает снять обувь. Берет меня за руку.
- Пойдём, - говорит он и ведёт меня в ванную.
Он раздевает меня, раздевается сам, заходит за мной в душевую кабину. Струи тёплой воды приятно стекают по телу. Мужчина берет в руки гель, намыливает моё тело, медленно скользят пальцами по моей коже, отчего бегают мурашки. Я не мешаю ему, и сама его не трогаю. Наблюдаю за тем, с какой осторожностью он вымывает моё тело. Он берет шампунь и вымывает мои волосы. Никто и никогда прежде, ни один мужчина, не делал для меня столько, сколько Рома за эти выходные.
Меня окружает ощущение заботы, тепла и уюта. Глаза сами зажмуриваются от удовольствия.
Он вытирает меня большим полотенцем, а потом заворачивает в уютный махровый халат. Сам быстро вытирается, одевается в домашние брюки.
Мы идём в гостиную, усаживаемся на диван. Мужчина выбирает фильм, смотрим старую комедию. В целом, вечер проводим как давно женатая пара. Он даёт мне именно то, что мне нужно сегодня - отдых. Я чувствую себя очень комфортно, будто так и должно быть, когда он обнимает меня и притягивает к себе.
Глава 30. Натали
В галерее работа кипит. Одна выставка закончилась, открытие новой через два дня. Опять эта беготня и суета, которая мне даже нравится.
Удивительным образом декорации на выставке меняют весь облик зала. Из античного он становится ультра современным, в стиле хай-тэк. Цвета тоже меняются - светло-бежевый сменяется синим и фиолетовым и элементами оранжевого.
Мы суетимся, бегая по щолу, развешивая и поправляя декларации. Уже к обеду ноги болят от каблуков, но я стойко переношу неудобства.
Вышла на задний дворик и села на лавку. С облегчением снимаю туфли, блаженной выдыхаю.
- Может, пора перейти на кроссовки? - раздаётся мужской голос сбоку. Поворачиваюсь голову и вижу Олега. Сегодня на нем нет костюма, на нем белая футболка и джинсы. Он подходит ко мне, улыбается радостно, будто увидел сектор "приз" на барабане.
- У нас по форме не положено в кроссовках ходить. Только туфли-лодочки. - Вздыхаю, потирая ногу.
Он все так же улыбаясь, опускается передо мной на корточки, смотрит снизу вверх. У него красивое лицо, а когда она улыбается, вот так, как сейчас, ямочка на левой щеке делает лицо по-мальчишески расслабленным. Я невольно любуюсь мужской красотой.
Берет туфли, одевает мне на ноги, потом подхватывает на руки и куда-то несёт.
- Куда ты меня несёшь? - спрашиваю.
- Поедем обедать, - говорит с улыбкой.
- Но я не давала согласия.
- Так соглашайся, - он так очаровательно улыбается, что ему совсем невозможно противиться.
Мужчина донёс меня до машины и усадил на переднее сидение, сам уселся за руль. Пока мы едем, я вспоминаю прошлый раз, когда он возил меня в ресторан. И то, как там было пафосно и не комфортно. Мысленно настраивают на нечто подобное.
Но мои ожидания не оправдались. Олег привозит меня в очень уютное кафе. Оно спрятано во дворе жилых домов и, наверное, о нем мало кто знает. Внутри по-домашнему тёплая атмосфера. К нам подходит владелец ресторана, он обращается к моему спутнику по-французски и тот ему отвечает. А ч и не знала, что Олег не просто знает язык, но своьодно говорит.
- Франсуа переехал в Москву из Парижа, - поясняет мне мужчина, - а этот ресторан - точная копия такого же парижского аналога. Я познакомился с ним, когда жил в Париже.
- Ты жил в Париже? - уточняю я.
- Да, пять лет назад стажировался.
Нам приносят удивительно вкусные пирожные и ароматный кофе. Я просто пальцы готова проглотить, нереально тонкое тесто, которое тает во рту.
- Франсуа сам их готовит, - говорит Олег, улыбаясь мне. Он немного посмеивпется, глядя, как я поглошаб пирожные. Довольный, что произвёл впечатление.
Мужчина рассказывает мне о своей жизни в Париже, о том, как отличаются обычаи и культура от привычных нам. Рассказывает про архитектуру города. Я слушаю его, открыв рот, и так увлеклась, что пропускаю момент, когда нужно возвращаться с перерыва на работу.
- Вот черт, - говорю, - мне не успеть.
Строчу Кэт сообщение, что опоздаю, прошу, чтобы она прикрыла меня.
Олег расплачивается за пирожные и кофе, мы идём, нет, бежим к машине. Забыв о боли в ногах, я думаю только о том, как успеть. Мужчина спокоен, он уверенно ведёт машину. Я не поторапливпю, наблюдая в окно напряжённое городское движение на дорогах.
Когда мы подъезжаем к галереи, я быстро отстегиваю ремень безопасности, надеясь поскорее выскочить и добежать до того, как меня начнут искать. Но мужчина задерживает меня, берет за руку и медленно подносит к губам. При этом он так смотрит на меня, что я замираб, открыв рот. В его взгляде огонь и желание. Наконец я выбираюсь из машины и иду в галерею. Спиной чувствую на себе его взгляд, а когда оборачиваюсь, вижу, как он смотрит на меня горящими от желания глазами.
Глава 31. Рома
Все то время, что мы гуляем с её родителями по городу, я наблюдаю за Натали. Мне важно, чтобы у её родителей остались приятные впечатления. Но ещё больше важно что она обо всем этом думает.