Драконовы меры (СИ)
— Эта, — уверенно взявшись за одну из принесенных емкостей, решила леди Сельма. Открыв крышку, драконица глубоко вздохнула и протянула ее мне.— Пробовала вот это?
Заглянув внутрь, я увидела сушеные листья, чуть скрюченные, но со стойким свежим ароматом.
— Да. Кажется, добавляла в чай. Но оно очень резкое, не как домашняя мята, я не смогла его толком допить.
— Драконова мята,— торжествующе заявила леди Сельма, доставая тонкими, изящными пальцами один листок и растирая его в руке. Получившуюся пыль она осторожно положила мне в ладонь.
Печь стало буквально через пару минут, и я поторопилась стряхнуть пыль, не сильно заботясь, чтобы та не попала на ковер. Зуд быстро распространялся на запястье, переползая все выше.
— Ну, наконец-то! — откинувшись на спинку кресла с явным облегчением, произнесла драконица. — Сыну придется сменить зубную пасту и кое-то из привычных средств. Теперь у меня когда-нибудь могут быть внуки. С аллергией на драконову мяту.
Драконица счастливо рассмеялась, а я подумала, что сейчас самый подходящий момент узнать о том, что меня беспокоило несколько дней.
— Мама, что за детские вещи на чердаке?
Лицо леди тут же изменилось, став из довольного задумчиво-печальным.
— Прошлое. Не думала, что Малиаз все оставил. Он был так зол, что едва не разнес половину дома.
Малиаз
— Говори, — почти потребовала ведьма, удобнее усаживаясь на ступеньку. Я видел, как за границей защитного купола Ор и Хейзед проворно устанавливают лагерь, не торопясь при этом развязывать шамана. Всем требовался отдых, и раз уж мы добрались до цели, следовало использовать это время с умом.— Зачем явились? Как меня нашли? Что вам нужно? Видно, не сердечные вопросы заставили тебя так далеко пробираться в мои болота.
— Нет, с этим у меня теперь все в порядке. Мы пришли, чтобы спросить тебя о прошлом, — вытянув ноги и переводя взгляд не странную поляну, освещенную сиянием мертвых глаз, признался я.
— Нет у меня прошлого, что могло бы тебя интересовать, — несколько недовольно проговорила ведьма, ежась. Кажется, мои слова ей совсем не понравились. — Я и вовсе с вашими не знаюсь.
— Я не о драконах пришел спрашивать. А о двери, к которой больно прикасаться. О деревянном жезле, который, как мы думаем, ты передала кому-то из инквизиторов.
— Ах, это, — ведьма нахмурилась, вспоминая. — Никогда не видела той двери. И касаться ее я не могу. И инквизиторам ничего я не передавала.
— Но ты знаешь, о чем речь,— уверенно произнес, не глядя на женщину, но чувствуя что-то в ее словах.
— Знаю. Мама рассказывала. Давно уже, еще до того как мы тут поселились.
— А не говорила она тебе, что за той дверью и где она находится?
Ведьма подскочила, глядя на меня с возмущением.
— Я ничего вам не скажу! То трогать нельзя. Оно опасно! И никому нельзя там бывать.
— Потому ты нам и скажешь, — строго, почти с угрозой, глянув прямо в темные глаза ведьмы, ответил я. — Потому что никто другой не должен добраться до спрятанного за дверью.
— И тебе туда нельзя.
— Мы хотим уничтожить то, что за ней хранится.
— Вам не найти дороги без меня. А я не скажу больше ни слова.
— Думаешь, если мы сумели тебя отыскать, никто другой не сможет сложить один и один? Думаешь, хорошо укрылась в этих болотах?
— Никто не станет, — спустившись со ступеней и принявшись мерить шагами двор, нервно проговорила ведьма.
— Сама только что сказала, что без тебя не найти дороги. Значит, искать будут. И раз уже колесо завертелось, делать это будут быстро и с усердием.
— Все равно никто не сможет пройти через дверь. Моя мать давно мертва, а других таких нет.
— Уверена? — вопрос прозвучал тихо, вкрадчиво, отчего ведьма замерла, не решаясь повернуться и посмотреть на меня.— Была одна, значит, найдется и другая. А может, и третья. И пока у нас преимущество, стоит поторопиться. Тебе придется показать дорогу.
— Пока дверь заперта, вам все равно не пройти. Ее не уничтожить, только открыть, — упрямо проговорила ведьма, словно и не слышала моих слов.
— Твое дело — дорога, — теряя терпение, но заставляя себя говорить вежливо, напомнил я. Заставить ведьму силой я все равно не мог. Кто знает, что умеет эта женщина, но уговаривать ее до следующей зимы у меня не было возможности. Нужно было придумать какие-то более весомые аргументы.
— Вы, драконы, всегда думаете, что самые умные, — как-то зло, раздраженно проговорила женщина. — Считаете, что только вам решать, как и что будет дальше. Судьба мира? Да вы с собственными портками разобраться не в состоянии!
— Ты же не имеешь с нами дел? — припомнил я, чувствуя, что что-то упускаю. — Откуда знаешь о нас подобное? Свершенно неверно, кстати.
— Тебя это не касается. И пока ты мне не расскажешь всего…
Ведьма не закончила фразу. С неба, с грозным рыком, осветив небо ярким всполохом пламени, вдруг рухнул дракон. Земля вздрогнула от резкого падения, а в ушах зазвенело. В темноте, наступившей после огненного залпа, было трудно разобрать масть, но нос дернулся: я знал вновь прибывшего, хотя пока не мог определить, кто это.
— Не знаешься с драконами? — с усмешкой переспросил я, вставая со ступеней. — Для того, кто подобное заявляет, как-то нас здесь слишком много, в твоих тайных болотах. Не находишь?
— Кто?! — злобный рык разнесся по поляне, и я понял, что дракон не видит меня за защитой купола. Но вот Хейзед с Ором и наши капи для него оказались как на ладони. И пусть мы явно попали в какое-то недоразумение, все могло закончиться плачевно, судя по настроению крылатого собрата, который и не думал оборачиваться в человека.
— Эй-эй! Приятель! — чувствуя, что напряжение все нарастает, я бросился в сторону дракона, пытаясь перенастроить зрение. Но сказывалась усталость — темнота за пределами ведьминой поляны никак не желала расходиться. — Уймись! Мы свои и здесь исключительно по делу.
Дракон дернул головой, слепо пытаясь отыскать меня за куполом защиты. Ему потребовалось несколько мгновений, прежде чем ночной гость сообразил, что к чему. Затем он сделал шаг вперед и скрылся в налетевшей мгле.
Миг — и я с гудящей головой и ноющей челюстью сижу не земле, пытаясь проморгаться от неожиданности и пропущенного удара. Новый участник нашей «вечеринки» оказался невероятно быстр. А еще явно обладал способностью расплываться в пространстве, как один мой знакомый…
— Владыка? Во имя Крылатого бога, Ваше Величество, что за **?! — тряхнув головой и наконец сложив все один к одному, возмущенно выругался я. — Это все из-за того снега? Или вам просто заняться нечем больше в столице, и вы за мной следите?
— Малиаз? А что ты тут делаешь? — дымка, что до этого скрывала дракона, вдруг рассеялась, явив нам повелителя драконов едва ли не в пижаме. Кажется, кто-то несся сюда изо всех сил, а то и прошивал пространство, что требовало колоссальных затрат сил.
Тинлор Гуори несколько сконфуженно потирал бровь, стоя в двух шагах от меня, в пределах внутреннего круга защиты и никак не мог решить, что делать дальше. Чувствуя, что скоро на моем подбородке расцветет изрядный кровоподтек, я протянул руку, требуя помощи у виновника произошедшего. Стальной дракон, поймав мою ладонь, дернул на себя, помогая подняться. Было видно, что он никак не может подобрать нужные слова, отводя взгляд. Не привык Владыка объясняться. Вот только в этот раз придется.
— Не хотите ли рассказать, что только что произошло? — потирая челюсть, ехидно потребовал я, не давая Владыке и шанса отмолчаться.
Вот только дракон ничего не успел ответить. Над нашими головами раздался глухой хлопок, а затем, словно загорелась тонкая-тонкая бумага, от верхней точки купола вниз потек огонь, выжигая защиту. Затем еще один хлопок — и вниз стекла еще одна волна.
— Ты! Ты все сломал! — громко и зло закричала ведьма, подскакивая к владыке и тыча его пальцем в грудь. Ее рогатый головной убор подрагивал от возмущения, а в голосе явно слышались истеричные нотки. Судя по всему, случилось что-то действительно серьезное. — Ты переступил границу!