Драконовы меры (СИ)
— Я нанялся к вам только потому, что никогда так близко не был с драконами, а говорят, что мы дальние родственники, — бесхитростно заявил ящеролюд, когда невысокие плетеные ворота года остались позади.
С этой стороны Анацхеи были болота. Дорога, сперва ровная и выложенная камнями, вскоре превратилась в земляную тропу, по обе стороны от которой то и дело между зеленью показывались черные пятна воды.
— Я, конечно, не очень верю, что мы родня, — не замечая или просто игнорируя наши скептические взгляды, продолжал ящеролюд, — но мне стало любопытно, что именно вы ищете в наших болотах. Да еще и в такой тайне и спешке. Ну, и заплатили вы неплохо…
— Мы ищем ведьму. Или шаманку, — решился я, посчитав, что мы достаточно далеко от города. Никакой магии в нашем проводнике не чувствовалось, так что передать послание отсюда он бы не сумел при всем желании. Но ящеролюд неожиданно натянул поводья, удивленно обернувшись.
— А чего сразу не сказали? У нас в городе их штук пять, не меньше. На любой вкус можно найти.
— Нам не подходят те, что в городе, — спокойно, но веско произнес Хейзед, глядя на ящеролюда так, что тот поежился. — Нам нужна ведьма, которая сбежала от инквизиции Надаля и теперь прячется в ваших болотах. И согласно нашим сведениям, жить она может где-то вот тут.
Черный вытянул из кармана карту, где было отмечено три точки с расходящимися от них лучами.
Ящеролюд внимательно рассмотрел наши художества на карте, а затем кивнул.
— До двух мы сумеем добраться по этой дороге. А вот с третьим могут быть проблемы. Это самые дебри, а вокруг только пара хилых деревень и сплошь топи.
— Что-то мне подсказывает, что туда нам и дорога, — чувствуя, как на спине волной проклюнулись чешуйки, пробормотал себе под нос.
Глава 9
Инг
Я почувствовала себя очень странно, стоило Малиазу покинуть дом. Пусть мы были не так долго знакомы, но прошла всего пара часов с его отбытия, а я уже не знала, к чему себя применить. По дому почти все было сделано, а коты, как и говорил дракон, справились со всем остальным. Они даже двор привели в порядок каким-то мне неведомым путем, стоило Малиазу на них один раз рыкнуть даже не в половину силы.
Стараясь игнорировать зуд от аллергии, что стал значительно слабее после ванны и мази, я, скорее от безделья, чем от любопытства, принялась заново исследовать дом. Почему-то мне не верилось, что столовая — единственное пропущенное мной помещение.
— Люш, Тош, идите сюда, — в десятый раз безрезультатно простукав всю стену в коридоре второго этажа, позвала я прохвостов.
Два вихря в сопровождении искр появились почти мгновенно, замерев. Только длинные хвосты, теряющиеся где-то в мглистых облаках, что их сопровождали, заметно трепетали.
— А подскажите мне, мои хорошие, где тут лестница на чердак? Я почему-то уверена, что она должна быть…
Даже не успела закончить фразу, как оба зверя бросились в конец коридора, где я все осмотрела уже не единожды. Демонстративно тыкаясь носами в панель, что по моим представлениям только и могла быть частью стены, коты принялись тихо мурлыкать.
— Но я тут уже все-все осмотрела, — все же послушно шаря руками по украшениям, пробормотала. Справиться самостоятельно никак не получалось. Ну, кто мог знать, что в таких драконовых домах нужно потянуть часть панели в сторону, чтобы разблокировать замок?
Лестница нашлась. Довольно пыльная и темная, но весьма приличная. Даже ступени были такой высоты, что я могла вполне спокойно по ним подниматься. А вот на чердаке оказалось неожиданно светло. Пять косых, пусть и мутных, окон давали достаточно света, чтобы я смогла рассмотреть и старинный комод из темного дерева, и небольшую лошадку-качалку. И детскую кроватку с резными бортиками.
Испытывая какой-то внутренний иррациональный страх, я медленно подошла к последней находке и принялась ее рассматривать куда внимательнее, чем та, вероятно, заслуживала.
— Вы могли бы почистить окна? — помня наказ Малиаза, на всякий случай обратилась я к своим питомцам, не отрывая взгляд от колыбели. На перилах не было ни потертостей, ни сколов. Даже лак выглядел таким, словно ее только вчера привезли от мастера. От легкого касания колыбелька закачалась, и большую комнату заполнил легкий переливчатый звон. Кажется, там был встроен какой-то механизм, все еще не растративший своей магии.
Не обращая внимания на то, как стремительно светлеют окна, на мгновение затягиваясь темными тенями, я подошла к комоду. Полка поддалась легко, но я замерла от увиденного. Детские вещи. Выглаженные, с маленькими, не отпоротыми бирками на воротничках. Пеленки, сложенные так, словно их никто и никогда не касался. И две деревянные погремушки тут же. Совершенно новые.
В груди что-то сдавило. Едва справляясь с нахлынувшим отчаянием, я захлопнула первую полку и принялась лихорадочно выдвигать остальные. И всюду были детские вещи на разный возраст. Но все нетронутые, новые. Золотые вышивки на распашонках, маленькие ботиночки с бантиками и помпонами, шапочки с узорами: все было аккуратно сложено… и убрано подальше от глаз вместе с комодом.
— Что же случилось с тем, кому все это предназначалось? — растерянно оглянулась кругом, пытаясь найти хоть намек на женское платье или подсказку. Но тут не было больше ничего. — Что случилось?
Я все искал глазами что-то еще, но здесь был только большой сундук в углу. Не давая горькой волне захлестнуть себя полностью, бросилась в полумрак. Небольшой резной ключик торчал в замочной скважине, и я, недолго думая, распахнула крышку. Надеясь найти там хоть какой-то ответ на возникшие в голове вопросы. Но внутри были только бумаги. Счета за продукты, списки покупок. Ничего, что могло бы дать ответ.
Чувствуя, как силы разом покидают меня, медленно опустилась на пол. Взгляд блуждал по комнате. Колыбелька, одежда…
— Все в порядке, — протянула руку, погладив по голове подлетевшего и встревоженного Тоша. Кот тихо и печально урчал, явно почувствовав мое смятение.— Не нужно волноваться.
С трудом, опираясь на сундук, я поднялась и вернулась к комоду, внимательнее рассматривая вещи. В них было что-то общее, чего не удалось определить на первый взгляд. Пришлось еще раз открыть верхнюю полку и рассмотреть содержимое внимательнее. Раз, другой. Я даже вытянула одну из маленьких батистовых рубашечек, подержав ту на вытянутых руках, пытаясь поймать мысль.
Затем меня словно кто-то ударил в живот. Их покупал мужчина. Определенно. Наряды выглядели хорошо и дорого, но в них можно было найти то, что не допустила бы ни одна мать: маленькие пуговки, которые так легко оторвать, шнурки там, где им быть не следовало. Даже погремушки больше подходили ребенку подросшему, а не младенцу, рядом с нарядами которого игрушки лежали.
— Малиаз, что с тобой случилось? Для кого ты это покупал?— тихо спросила я, словно стены могли дать мне ответ. Но не слышала ничего, кроме тихого урчания котов, что терлись о мои ноги, пытаясь успокоить.
**
Находка на чердаке подействовала на меня куда сильнее, чем сама хотела себе признаться. Пусть я не знала, что произошло на самом деле, но разыгравшаяся фантазия не давала покоя, подкидывая варианты один за другим.
Остаток дня прошел в каком-то тумане. Я и не заметила, как на поместье опустились сумерки, пока не смогла разглядеть рисунок на печной кладке, что занимал все мое внимание последние несколько часов. Пришлось все же встать, зажечь свет и огонь в камине. Потому как от долгого сидения стали зябнуть ноги. Коты, что до этого дремали на коврике у моих ног, тоже встрепенулись, словно мы разом очнулись от спячки.
— А давайте пойдем и сварим какао! — с наигранной радостью, больше стараясь взбодрить саму себя, громко заявила я, направляясь к лестнице. — Нужно же как-то исправить это день.
То, что завтра будет еще один такой же непонятный день, я пока старалась игнорировать. Определенно, мне нужно было найти какое-то более основательное занятие, чем мытье полов. Тем более, когда мои домашние питомцы так хорошо справляются с наведением порядка. Может, вернуться к вышивке или гобеленам? Помнится, у меня когда-то это выходило весьма недурно. Правда, сюжеты отличались от классических слишком уж сильно. Но кто сказал, что ромашки не могут быть хищными, а единороги всегда прекрасны? Мое подобное лошади чудище зеленого цвета с длинными клыками тоже имело право на существование. Пусть только на картине.