Мертвец (СИ)
Вот в таком вот 'своеобразном' наряде я и вошел в следующую деревню на моём пути, носившую гордое название: Седые луки. Понятия не имею, почему она так называется, разве что тут селились, когда-то отставные лучники. Впрочем, фиг с ним.
К моей радости в деревне нашёлся таки кузнец. Я решил попробовать один из способов общения, который придумал ещё в башне.
"Сможешь сделать мне полумаску на лицо?" - написал я, на листе бумаге. Её запас я обнаружил в одной из сумок Арита. Писал я не очень, но думаю понять меня можно.
Тем временем, кузнец, крепкий мужчина в летах, отреагировал на мой посыл весьма неоднозначно.
- Я не умею читать, уважаемый, - скептически осматривая мой внешний вид выдал кузнец. Последнее слово он сказал я ясно различимым скепсисом.
Осознав насколько наивными были мои надежды на поголовную грамотность населения, я принялся жестами объяснять, что мне требуется. Десять минут кривляний и ужимок принесли свой результат.
- Я понял, - остановил меня в какой-то момент мужчина, - тебе нужна маска. Металлическая. Эт, я могу сделать. Деньги есть?
Достав специально припасенный для такого случая кошелёк, я его слегка встряхнул. На всякий случай я разделил имеющиеся у меня деньги и разложил их в два кошелька. Тот что у меня, сейчас, в руках был наполнен всег онаполовину. И то преймущественно медью.
- Хорошо, мне нужно около двух-трёх часов. С тебя один серебрянный и двадцать медянок, - подвёл итог кузнец, протягивая свою широкую ладонь в мою сторону. Аккуратно отсчитав нужную сумму, я передал её мужчине.
- Теперь жди, - бросил он и скрылся в кузнеце.
Вернувшись через три часа, за которые, успел излазить все окрестности деревни, я вошел в кузницу. Там я получил маску и вежливую просьбу не появляться больше у кузнеца на пороге.
Ну что сказать: маска, как маска. Естественно никаких украшений или чего-то подобного. Просто кусок металла, в котром есть отверстия для глаз. Нижняя часть лица остаётся открытой, как я и хотел. Две небольших веревочки, завязывающиеся на затылке. За те деньги, которые я отдал, вполне себе ничего.
Покинув деревню, я с облегчением снял обмотку и водрузил на её место маску. Затянул верёвочки. Осмотрелся и остался доволен покупкой.
В отличии от обмотки, маска почти не ограничивала обзор.
Теперь осталось раздобыть только чёрный, а лучше серый плащ с капюшоном, чтобы скрыть мою обнажённую макушку и меня уж точно не смогут раскрыть.
Таким образом приободрившись, я уверенно свернул с дороги в лес и продолжил свой путь.
Глава 8
Пять дней спустя, я ступил на земли Карахатского халифата.
Перед глазами простиралась классическая пустыня. Огромное море песка и равнодушные ко всему дюны.
Впрочем нет, где-то на горизонте виднеется клочок зелёной земли. Оазис.
А раз так, там живут люди. На территории Карахатской пустыни не так много оазисов, чтобы оставлять хоть бы один из них незаселённым. За каждый клочок зелёной земли у Халифата идёт постоянная борьба со Сшасси, народом ящеров.
Корни этого противостояния уходят в такую седую старину, что уже и не помнит из-за чего она началась. Может быть из-за тех же оазисов.
Ящерам оазисы без особой надобности. Их естественная среда обитания чистая пустыня. Сшасси мало пьют и могут очень долго обходиться без влаги, так уж они устроены.
Всё бы было прекрасно, если бы два государства махнулись некоторыми территориями. К сожалению, это невозможно. Ящеру свято чтут землю своих предков, а пустынникам нужны оазисы.
Горячность воинов пустыни столкнулась с холодной решимостью ящеров. Между странами идёт постоянная пограничная война, и пока никто из них не может в ней победить. Земли на границе успевает по несколько раз сменить своих хозяев.
Сам по себе халифат представляет ярко выраженную монархию: в стране существует только один халиф, и его приказы являются единственно верными. Городами и селами правят преданные халифу вельможи.
Честно говоря, в халифате не так уж много городов. Столица, которая находится на самом большом, в халифатской части пустыни, оазисе, да с десяток городов, раскиданные то тут, то там.
Халифа устроила бы такая ситуация, если бы не грозящее в ближайшее время его стране переселение. Территория халифата довольно большая и, в принципе, может поспорить в этом вопросе с Аларийской империей, но пригодных для заселения мест там очень мало.
Люди халифа контролируют только оазисы и небольшую область вокруг них. Благодаря этому я и пересёк границу так просто. Мне очень повезло, что мой путь пролегает вдали от границы халифата с ящерами. Там пройти мимо воинов пустыни было бы гораздо тяжелее.
Кстати, возвращаясь к ящерам. На Эйримаре живет два вида ящеров: Сшасси и Харатхи. Первые те самые тиранозавры, которых я видел в застенках некромантов, а вторые... вторых повсеместно называют смесками. Хотя на самом деле это не так.
Сшасси яркие представители гуманойдно-пресмыкающихся, то есть они откладывают яйца и прочее прочее. Живут себе в своей части пустыни, воюют постоянно с пустынниками, да слушают решения своей королевы. Если вернуться к их внешнему виду, то его можно описать тремя фразами: золотистая чешуя; рост под три метра; пасть, которой позавидует и акула. Ну а дальше по мелочи: когти, хвост и прочее пресущее виду ящериц.
Харатхи совсем другие. Их прозвали смесками из-за того, что представители этого вида обладают весьма интересным свойством: с возрастом они становятся похожими на людей всё больше и больше. Новорождённый харатхи очень похож на сшасси.
К восемнадцати годам харатхи становится, ростом под два с половиной метра. Форма тела, клыки всё такое же как у Сшасси. Незнакомые с этими расами люди, легко спутают восемнадцатилетнего харатхи со сшасси. В этом возрасте их можно отличить лишь по косвенным признакам.
Всё меняется, после прохождения возрастного рубежа. Тело харатхи начинает меняться. Процесс не быстрый, но, судя по слухам, очень болезненный.
С каждым месяцем изменения становятся всё заметней.
Строение тела прямоходящей ящерицы меняется на присущее человеческому виду. Рост становится меньше, пока не достигнет рубежа в сто семьдесят, реже сто восемьдесят сантиметров.
Но на этом изменения их тел не заканчиваются. Лысая голова молодого ящера покрывается жесткими волосами. Когти на лапах превращаются в чуть заострённые ногти, да и сами лапы становятся похожими на обычные руки. Плотная чешуя сменяется, изумрудной кожей. Впрочем небольшие пятнашки чещуек остаются на теле перерождённого харатхи надолго.
Всё это не имеет смысла на первый взгляд, но на самом деле харатхи получают от перерождения гораздо больше нежели потеряли. Их физическая сила лишь совсем немного уменьшается, зато скорость реакции и ловкость возрастают многократно.
Более того именно после перерождения у харатхи просыпается магический дар. Сила его разница, но магами становятся все.
Живут харатхи приблизительно двести-двести пятьдесят лет. К старости представителей этой расы легко можно спутать с человеком. И только вблизи становятся заметны их основные отличия. Слегка заострённые зубы, чуть заострённые ногти и главное: оранжевые глаза без признака радужки, с вертикальным зрачком.
Задумавшись я и не заметил, как моё тело на автомате прошло почти половину расстояния до Оазиса. Вернув себе контроль над телом я откланился в сторону и стал обходить поселение по дуге. Убедившись, что опасность миновала, я вновь задумался.
Мои размышления были весьма неутешительны и касались специфики моего нового тела. Со скрипом, я был вынужден признать что нежить из меня вышла не очень.
Ни тебе ночного зрения, ни возможности насылать паранормальный страх. Никаких плюшек. Хотя парочка всё-таки есть.
Во-первых в моём худосочном теле теперь скрывалась недюжая сила. Я мог запросто поднимать вес раза в полтора больший, чем обычно. И мне кажется это далеко не предел.