Встреча (СИ)

Я кинулся прямиком на них, забегая на стену. Затем, оттолкнулся от стены и подлетел вверх, перелетая к противоположной стене тоннеля. Учитывая, что я быстрее дурганов, то этот маневр я проделал до того, как эти твари добежали до кулона. Дурганы тоже прыгнули за мной, челюстями клацнув в паре сантиметров от меня. Я приземлился на две ноги и уперся еще и левой рукой в землю, правой доставая из самодельных деревянных ножен свой простенький нож. Дурганов долго ждать не пришлось, они развернулись очень быстро и побежали на меня. Теперь, мне не было нужды переживать за кулон, он находился в другой стороне. Я, оттолкнулся правой ногой и левой рукой от земли, и помчался навстречу тоннельным псам, как их называют в простонародье.
Сблизившись, на довольно маленькое расстояние, я рывком ушел в бок, разворачиваясь лицом к дурганам так, чтобы достать меня мог только один. Не дожидаясь, пока ближайший пес вцепится в меня, я втыкаю свой длинный нож в ухо твари. Приземляется пес уже мертвым. Второй дурган учел ошибку и не стал больше прыгать, он рванулся к моим ногам. Но я ушел вбок, схватил дургана за левое ухо, перекинул через пса ногу и зажал его между ногами, не отпуская левого уха. В правое, я вонзил ему нож.
Вообще, убить дургана можно разными способами, главное пронзить ему мозг. Броня у этих псов очень крепкая, да и кости тоже. Добраться до жизненно важных органов таким простым ножом не представляется возможным, поэтому я наловчился убивать их так. Денег на меч, даже самый плохенький у меня нет. Да и когда появляются, мне никто его не продаст. По мнению стражи деньги у таких оборванцев, как мы с Лихтом могут появиться только воровством, за что отправляют на каторгу. Рабство отменили больше двухсот циклов назад, однако, еще не известно, что хуже, каторга или рабство.
В общем, я наловчился убивать дурганов в ухо еще и по той причине, что с них можно собрать несколько полезных ингредиентов, которые можно продать по не плохой цене. Однако, сам факт того, что мы в состоянии убить дургана, мы скрываем. Поэтому, все ингредиенты, которые мы с них достаем, мы складируем в одной из соседних пещер. Еду же нам приходится покупать в бедных кварталах в городе, что находится неподалеку. Но мы не жалуемся. У нас почти всегда есть, чем набить желудок. Если нет денег, мы с Лихтом идем на охоту на кротокрысов. У них мясо, хоть и мерзкое на вкус, но вполне съедобное. А еще, мы охотимся на пустынных ящеров. У них мясо гораздо вкуснее.
Я не стал разделывать дурганов. Оставил это дело Лихту. Пусть тоже поучаствует. Я, лишь, хотел побыстрее вернуться с кулоном и получить свою награду. Интересно, какая она будет? Ну, понятно, что о поцелуе речь идти не может, даже если бы я был вымыт и приятно пах травами, поцелуй дворянки мне не светит. Но вдруг, она мне улыбнется? Было бы здорово. Когда она улыбнулась мне пять циклов назад, я был на седьмом небе от счастья. Такая красотка и улыбается и не кому-нибудь, а мне лично. Я так замечтался, что забыл про осторожность и, наклонившись за кулоном, почувствовал резкую боль в плече. Это был третий дурган. Как я его не заметил? Да, челюсти и зубы дурганов способны сломать даже очень крепкие кости. Но мои, еще ни разу никому не удалось сломать. Я за свои пятнадцать циклов ни разу не ломал, ни одной кости, впрочем, как и Лихт за свои восемнадцать.
Еще одна слабость тоннельных псов состоит в том, что они вцепляются в свою добычу и рвут, но не выпускают ее, пока не убьют или не умрут сами. Со мной им не повезло. Нож воткнулся в ухо дургана. Затем, я просунул нож между челюстей пса, немного порезав себе плечо. С довольно большим усилием и не слабой болью, я, все же, разжал челюсти дургана и сбросил его на землю. Внимательно осмотревшись, прислушавшись и принюхавшись, я не обнаружил больше противников.
Достав платочек, я поднял кулон и завернул его. Выбрался из катакомб довольно быстро. Убрал с лица идиотскую улыбку, в которой расплылся, как только понял, что меня впереди ждет благодарность.
 
— Вот кулон, что я нашел. Он ваш, леди? — спросил я, когда девушка не выдержав, подбежала ко мне сама. Я развернул платок и показал кулон.
— Да, это он. Спасибо тебе огромное!!! — расплывшись в улыбке и схватив кулон, закричала юная леди. А затем, она посмотрела мне в глаза, своими огромными голубыми глазищами, не прекращая улыбаться…
Время для меня остановилось. Такой чистой, счастливой и полной благодарности улыбки, я не видел никогда. Это была даже не та улыбка, которой она одарила меня в прошлый раз. Сейчас, она была искренне мне благодарна, я даже было подумал, что она вот-вот накинется на меня и обнимет. Но я знал свое место и понимал, что это принесет ей проблемы. Особенно если тут окажутся случайные свидетели. Я отошел назад и поклонился.
— Я очень рад леди, что смог вам угодить, простите, что мне пришлось через ваш платок прикоснуться к вашей вещи.
— Да, о чем ты говоришь? Ты не представляешь, как важен для меня этот кулон.
— Заберите ваш платок леди. Или мне его сжечь? Вам не пристало брать вещи из моих рук.
— Не говори ерунды. Оставь платок себе. Тебе он нужнее. Чем я могу тебя отблагодарить?
— Вы уже это сделали.
— Правда? Когда и, что я сделала? — растерялась девушка.
— Вы улыбнулись мне. И сделали это так искренне, что я всю жизнь буду помнить вашу улыбку. — ни сколько не кривя сердцем ответил я. И она это поняла. Она поняла, что я не лгал.
— Тебе никогда не улыбались? — удивилась дворянка.
— Улыбались, но искренне мне улыбался только мой брат, человек, что приютил меня, когда я был маленьким и мой наставник. Остальные все лицемерили или же улыбались не мне. Но, чтобы, вот такой ангельской улыбкой улыбалась бы мне леди вашего статуса. О таком я и мечтать не мог.
— Это все, что тебе нужно? Искренняя улыбка благодарности?
— Да леди. Ради такой улыбки стоит жить и можно умереть.
— Ты странный. Ну, давай я тебе денег дам. У меня есть. Вот смотри у меня с собой сто золотых. Это большая сумма. Ты считать умеешь? Ты ведь беден. Деньги тебе не помешают.
— Я грамотный, леди. Я обучен счету и письму. Но за, что вы меня оскорбляете леди? Разве я вас чем-то обидел? Простите меня, если я вас посмел обидеть. Я не специально. — я согнул ноги, чтобы встать на колени, но она остановила меня:
— Стой. Ни чем ты меня не обидел. И, чем я оскорбила тебя?
— Вы предлагаете мне деньги, как подачку. Я не попрошайка. Я — достойный мужчина. Конечно, я не достоин, чтобы с вами спорить, но до попрошайничества я никогда не опускался, как бы мне не хотелось есть.
— Нет, это не милостыня. Я хочу оплатить твою работу, ведь ты рисковал жизнью, чтобы достать мой кулон.
— Леди, я вам говорил, что я уже получил свою плату. Ваша улыбка стоит дороже любых денег. Такой искренней и ангельской улыбки не каждому удается увидеть хотя бы раз в жизни. Мне повезло.
— Хорошо. Тогда я найму тебя на работу. Я плачу тебе сто золотых за то, что ты доведешь меня до ворот города. Будешь моим охранником, пока я не буду в безопасности.
— Я и так с удовольствием вас доведу. Только не до ворот города. Не нужно, чтобы вас видели в моей компании. Это может негативно сказаться на вашей репутации. А деньги вы мне не предлагайте. Я их все равно не возьму.
— Почему?
— Ну, подумайте сами. Откуда столько денег у такого нищего, как я? Если у меня обнаружат хотя бы один золотой, то сразу казнят, решив, что я кого-то обокрал или убил и ограбил. Я их даже потратить не успею.
— Ну, тогда давай я при всех отблагодарю тебя и прилюдно вручу кошелек с деньгами. И не говори мне про репутацию. Меня родня с ней задолбала. Плевать я на нее хотела. Ну… в смысле на репутацию плевать… А не на родню. — ответила девушка.
 
— Хрен редьки не слаще. Этот вариант еще хуже. Если все увидят, что я обладаю такими деньгами, то за мной начнется охота. Мне придется убить много людей, защищаясь. А я не люблю убивать напрасно. Плохо это.
— Н-да. — сказала девушка, взглянув на меня, как-то по-новому. — А ты действительно умен и говоришь правильно. Тебя кто-то обучает?