Академия для старшей дочери графа 3 (СИ)

Ярне посмотрела на меня с ужасом, словно спрашивая: "Ну и как мне его влюбить, да ещё и на время?"
А я откуда знаю, я что ей, гуру по отношениям? Я ведь даже не психолог, я — хирург!
— Просто иди к нему и делай то, что должно, остальное приложится, — буркнула я, чувствуя себя так, словно я какая-то старая драконья бабушка, которую внучка пытается "прокачать" по вопросу "как подцепить звездного парня".
Как-как… сама не знаю. Моё любимое чудовище, которое ревниво до безумия, как-то сам в меня влюбился. Это я вокруг него хороводы водила, уверяя себя, что это юное драконье создание — слишком большой шалопай, чтобы я могла с ним связать свою судьбу. А потом как-то все закрутилось, и "отскакивать" было уже поздно.
Но и оставлять девчонку без поддержки, когда язвительный, хитрый дракон-полукровка будет "оценивать" девчонку, которая на свою беду влюбилась в него? Ну уж нет, пусть сам влюбится без вариантов.
— Ярне, просто помни, Маэльтар — твой Истинный, поэтому он в тебя влюбится, сработает ваше внутреннее притяжение друг к другу! Пойми, ты сейчас должна спасать этого дракона, так что просто сосредоточься на том, что делаешь, а дальше сработает биохимия.
— Что сработает? — перепугано переспросила Ярне.
— Забей, иди уже к своему дракону, — устало хмыкнула я подтолкнув её в палату, где без сознания метался в кровати драконий полукровка.
Что я знала об этом мальчике? Рос с мамой. В нищете. Почему? Мама его прятала, боялась, что дракон отберет дитятко, если прознает о нем. Оборот при таком воспитании был поздним для чистокровного дракона, а вот для наполовину человека — обычным, в первый год после поступления в Академию.
Но магию мальчишки мамочке прятать было сложно, и с каждым годом все сложнее. Ну и наконец, парня пригласили в Академию, есть у нашего ректора артефакт, позволяющий отслеживать на территории Империи одаренных магически студентов.
Ну и… парень не привык к роскоши. Из одежды — одна униформа, и та поношенная. Трудно ему пришлось поначалу, но драконья кровь — это все же драконья кровь. Она… привлекала.
Друзья появились. Учеба началась. И тут — драконья лихорадка, такая вот паршивая гарантия смерти.
Наверняка парень испугался, да еще как. Вроде, вся жизнь впереди, оказался среди избранных, с гарантией интересной учебы в течение семи лет, и в дальнейшем очень хорошо оплачиваемой работы. И в миг триумфа — как приговор: в Академии драконья лихорадка. Даже людям это приговор, а уж тому, в ком течёт драконья кровь…
Не удивительно, что парень заболел одним из первых.
И не удивительно, что влюбился в первую девчонку, которая оказалась рядом, да еще и от смерти спасла. Но чтобы такая влюблённость перешла в зрелые чувства, что-то еще должно быть помимо влюблённости.
Так. А теперь девушка, которая будет его спасать, будет другая. Сможет ли Ярне исправить ошибку, которую я допустила, когда этот дракон попытался ко мне привязаться? Тем более, что все драконы — телепаты, даже полукровка Маэльтар?
Я постаралась создать возможность нормальных отношений, дружеских, хотя боюсь, что Рлен на Маэльтара будет все равно неадекватно реагировать. Сиерлен же все помнит. А вот с Маэльтаром все сложнее. Что ему понравилось во мне? Уверенная в себе девушка. Умеющая лечить смертельный недуг, который гарантированно должен был его убить. Красивая девушка. В красивом, явно дорогом платье. То есть не нищая, и из очень обеспеченной семьи. А теперь перед ним окажется такая же богато одетая, уверенная в себе девчонка, умеющая лечить драконью лихорадку. Ну и пусть она этому научилась у меня, какая разница?
Сработает? Или нет? И что мне потом делать?
Нам с Сиерленом почти сразу, как он очнулся, пришлось решать ворох проблем, свалившихся на мою голову. Может и Маэльтара вместе с Ярне так же "загрузить"?
Помимо моих этических метаний и искренней надежды на то, что Маэльтар на этот раз влюбится в свою Истинную, а не попытается "отобрать" меня у чистокровного черного дракона, я старалась сообразить, что мы будем делать.
 
Это в операционной я планирую всё заранее, а вот опыта путешествий во времени и самое главное, внесение корректировок в прошлое у меня нет. А метафизика временных путешествий — вещь относительная, и предвидению отдельно взятого целителя не поддающаяся.
К тому же спонтанная импровизация у меня всегда приводила совсем не к тем последствиям, что ожидались, правда, иногда превосходили мои ожидания. Планирование путешествий во времени (как показала практика) совершенно бесполезное занятие.
Пока Ярне устанавливала Маэльтару капельницы, а затем ждала, пока дракон придёт в сознание, обратит внимание на красивую девушку рядом с собою, (причем, девушку, которая самоотверженно спасает его от драконьей лихорадки) и немедленно начнёт флирт (сказались драконьи хватательные рефлексы Маэльтара) я старалась думать на русском, (чтобы этот дракон-полукровка случайно не прочёл мои мысли и не послал всю нашу миссию в пешее путешествие).
А подумать было о чём. Я должна была поставить в известность… себя прошлую, о том, что за Маэльтаром должна ухаживать и лечить его от драконьей лихорадки только Ярне, а мне и Рлену на глаза Маэльтару попадаться вообще нельзя.
И знать о том, что я себя об этом предупреждала, дракон-полукровка тоже не должен.
Слишком большой соблазн для мальчишки, всю жизнь прятавшегося от драконов "увести" Истинную у чистокровного черного дракона. Я то понимаю, что Маэльтар чувствовал по отношению ко мне не столько влюблённость, сколько частично охотничий азарт, частично реализовывал свои детские комплексы. А вот Рлену и Ярне такое поведение Маэльтара не объяснишь.
Истинная Маэльтара плакала от отчаяния, и ревновала, Рлен — ревновал и бесился…
Однако, как говорится: нет худа без добра. Поэтому любую задачу можно всегда разложить на составляющие.
В моём случае, этих составляющих было шесть.
Пункт первый: мы проникли в прошлое, и я поняла, что наш первоначальный план пошёл в разнос.
Пункт второй: я создала заклинание стазиса (высший пилотаж, между прочим, для первокурсницы Академии, жаль преподаватели не оценят моих трудов). Затем Ярне проскользнула в палату, где были пациенты, заразившиеся драконьей лихорадкой и начала лечить Маэльтара, благо что давно могла установить капельницу (с кем поведешься, от того и наберёшься).
Пункт третий я, собственно, наблюдала сейчас: Маэльтар пришёл в себя, открыл глаза и понял, что (вроде пока) не умер.
С учётом того, что мальчишка наверняка успел себя похоронить и могильный холмик в воображении нарисовать — пробуждение для него явно было неожиданным. Сказать, что юный дракон был в шоке — это значит ничего не сказать.
Пункт четыре от меня не зависел. Но помня о том, что в похожей ситуации Рлен влюбился в меня отнюдь не сразу, я на мгновенный эффект от появления Ярне вблизи ее избранника не рассчитывала. Маэльтар, конечно, обратил внимание на спасшую его девчонку, одетую, как и полагается учащимся Академии — в дорогое и красивое платье. И то, что Ярне — обеспеченная девушка благородного происхождения, Маэльтар понял. Ведь одна из дочерей личного алхимика Императора просто по определению входила в элиту.
Зато пятый пункт о том, что мне ни в коем случае нельзя входить в контакт с драконом-полукровкой, я исполнила на бис: просто кинув в мальчишку сонное заклинание высшего уровня. Кажется, Маэльтар даже не сообразил, что я сделала, а просто уснул. Сразу.
А вот шестой пункт мне пришлось оставить на волю случаю, и моей природной сообразительности. Почему на волю случая? Потому, что я не знала, что мне делать дальше. И мне пришлось импровизировать: на прикроватном столике, стоящем в изголовье кровати Маэльтара, я оставила письмо для себя, любимой, написанное на русском с пояснениями, что Ярне является Истинной Маэльтара, и если я не хочу, чтобы у дракона-полукровки в отношении меня "включился" охотничий инстинкт (как у любого дракона), то ни я, ни Рлен даже близко не должны подходить к парню, пока он основательно не привяжется к своей Истинной. Во избежание повторения сценария, уже случившегося с нами.