Алая сова Инсолье 2 (СИ)

Шумные адепты первого года обучения рассосались, но перед этим почти съели библиотекаря. Во всяком случае, у меня сложилось такое впечатление: голос пожилого мужчины сел в тщетных попытках перекричать эту ораву и призвать к тишине. Шаги стали тяжелыми и шаркающими, движения — медленными и неточными. Он пару раз уронил книги со стола и даже не обратил внимания на то, что кое-какой свиток оттуда пропал.
— Мяу, — едва слышно раздалось откуда-то из-за дальних полок. Трудно расслышать даже для меня, что уж говорить про остальное окружение.
— Вовремя, малышка, — прошептала я буквально одними губами, подхватывая котенка и пряча все в том же подоле. Кошечка послушно зацепилась ноготочками за нужные складки, вскарабкалась и нырнула в потайной карман. Вообще, как я поняла, мне принесли мои же прежние платья. Из этого следовал любопытный вывод: у настоящей святой были либо интересные вкусы в одежде, либо какие-то тайны.
Иначе почему у нее в каждой юбке по дюжине потайных карманов и даже крепления для оружия? Хотя она же ходила с отрядом своих братьев на охоту… так что это, наверное, нормально.
— Что-то слегка притомилась, брат по ордену, потому пойду в свою келью, — обратилась я к библиотекарю, показательно ведя рукой вдоль стены и стеллажей, как обычные слепые.
— Угу, — устало оторвался от своих дел мужчина в возрасте. — Сейчас, подожди немного, позову твоего… сопровождающего. — Почему-то последнее слово прозвучало как-то неуверенно. Все-таки что-то с моим названым братом было не так. И это понимала не только я.
— Нет необходимости. — Я постаралась улыбнуться так, чтобы передать усталую доброжелательность — ровно то ощущение, которое шло от самого пожилого мужчины. Люди часто не замечают, как они падки на собственное отражение в другом человеке. Но это всегда работает. — Вы и так слишком заняты. Столько дел. А мне нужно учиться самостоятельности, не вечно же полагаться на помощь братьев.
— Спасибо, сестра. — В голосе библиотекаря было и облегчение, и благодарность. — Пресветлый с тобой.
Со мной так со мной. Этот Пресветлый как минимум не трындит без остановки, как друг Паоло. Так что я предпочту его общество любому другому. Во всяком случае, пока не найду Инсолье.
Как только я «нетвердой» походкой покинула обитель знаний, медленно, по стеночке, то сразу постаралась использовать слух на максимум. Нити мне сейчас не помощники, тем более я все еще боялась, что их заметят. Если со мной сейчас никого нет — надо пользоваться. Котенька передала те обрывки образов, что смогли уместиться в маленькой звериной голове. Благодаря этому я знала две вещи: темницы расположены в глубине двора, за углом большого кирпичного здания самой библиотеки. И там сейчас что-то происходит: люди шумят, бегают и суетятся.
Что-то подсказывало мне, что все это неспроста и тонкая фиолетовая нить в моей душе не просто так трепещет все ощутимее. Будто бы тот, кто привязан на другом ее конце, вдруг стал ближе. А еще ему… больно.
Без нитей я была наполовину слепа, но эти ощущения… интуиция будто вопила: надо бежать туда. И в то же время как будто уговаривала этого не делать!
— Веди! — все-таки решилась я, выпуская котенка на камень, какими был вымощен весь двор.
Мы рисковали. Ужасно рисковали. Впрочем, даже если мы встретим кого-то на своем пути, я просто совру, что ловлю маленький пушистый комочек. Если у Имран раньше были кошки, вопреки всем местным предрассудкам, значит, она их сильно любила. Главное, чтобы не стали присматриваться к необычной природе зверька.
Котейка непонятным мне образом зацепилась за нашу с Инсолье нить и рванула вперед, но не как указатель пути — нить привела бы и без нее, — а, скорее, как сторожевой клубочек. Она ловко скользила у самой мостовой и тихим писком предупреждала о том, что навстречу кто-то идет.
Таким образом мне удалось избежать встречи с парой молодых адептов, проскакавших на всех парах. С какой-то причитающей женщиной, от которой пахло стиркой. И с драгоценным другом Паоло — он пронесся мимо как бешеный, а через полминуты, не успела я пройти еще пары десятков шагов, уже бежал обратно. И звенел на бегу каким-то оружием.
 
— Прочь, сволочи, если не хотите, чтобы я сжег ваш поганый орден, замешав пламя на крови и смерти этого мальчишки!
На секунду я застыла. Это был голос Инсолье. Хриплый, сорванный, но его.
— Лошадь мне! А лучше — телепорт!
Да ладно, как я вовремя! И у меня даже есть то, что требует преступник. Вот после этого не говорите, что не существует судьбоносных встреч.
— Отпусти ребенка! — Я подхватила котейку в карман и не стала орать, все равно в общем гвалте меня бы не услышали. Просто пробралась сквозь сомкнутые ряды зевак и адептов прямо туда, где на свободном пространстве ощущался мой мужчина, и встала прямо перед ним. Теперь можно выпустить нити, вряд ли в таком дурдоме кто-то что-то заметит. — Лучше возьми в заложники меня, темный!
— Э? — Кажется, недоумевающий звук раздался не только со стороны моего темного, но и со стороны орденских. А еще где-то в стороне и позади я услышала смачный шлепок ладони о лицо. Интересно, кто такой оригинальный с фейспалмом.
Но все это не помешало мне буквально броситься в родные объятия. Вернее, «спасти бедного юного адепта» и втиснуться в руки Инсолье самой.
Вообще-то я мальчишку весьма невежливо и отнюдь не нежно выдернула из некромантских клешней. Потому что нечего. Мне здесь самой едва места хватает.
Инсолье, слава всем местным богам, с растерянностью справился быстро и схватил меня не менее крепко, чем прежде держал адепта. Я почувствовала, как в шею впилось что-то острое. Ага, это он так заложника взял. Молодец, что и сейчас не теряет бдительности.
— Я не знаю, как его активировать, — быстрый горячечный шепот не улетел дальше полутора шагов. — Давай ты! Ты же знаешь?
Скрученная в трубочку бумага ткнулась прямо в живот некроманта, когда я завела руку со свитком за спину.
— Отпусти ее, отродье мрака. — Перед всей толпой, что клубилась вокруг нас, как рой пчел вокруг улья, вышел мужчина с сильным глубоким голосом. Так, кажется, я его уже где-то слышала. Горе-жених? А я ведь даже лица его ни разу не пощупала.
— Ага, щаз-з-з! — хрипло и ехидно отозвалось «отродье» и смачно плюнуло на камни двора.
А потом Инсолье, умница моя, без лишних вопросов и переговоров активировал телепорт из свитка, просто переломив туго скрученную бумажную трубочку пополам.
  
Глава 8
 
Инсолье
Ноги подкашивались, в ушах звенело, обморочная мгла назойливо ползла по краю зрения, подстерегая момент, чтобы наброситься и вырубить. Вдобавок дико болела исхлестанная спина и чуть пониже. Филипп, падла, извращенец. До него ни одному палачу до моей задницы дела не было, а этот… Вдобавок никакие зелья так быстро не действовали, а бежать надо было именно сейчас!
Еще бы, столько дней над телом издеваться, оно молодец, что на ногах стоит и юного адепта за горло держит. Хотя скорее я на нем вишу, заодно используя как живой костыль. Лезвие к горлу, впрочем, это приставлять не мешает.
Цепи антимагические этот самый адептенок с меня и снял. По приказу собственного командира, которому я, конечно, запретил приближаться.
От Паоло любой гадости можно ждать, так что на фиг его, сволоча. А пацан и сам неплохо справился, хотя рожи при этом корчил — умереть не встать. Или встать, но уже не своей волей.
И вот теперь я торчал посреди небольшой тренировочной площадки и орал как придурок про лошадь в обмен на жизнь. Никогда б на такую дурость не пошел, если б не встретился взглядом с Филиппом. Он, конечно, незаметно для других снисходительно закатил на мои дурные попытки глаза, но пальцами дернул и медленно моргнул. Мол, продолжай этот цирк, сейчас все устроим, должен будешь.
И вот тут произошло нечто, чего вообще никто не ожидал. А я меньше всех.