Алая сова Инсолье 2 (СИ)

Нет, так-то он мужик неплохой. Местами. В походной жизни и вовсе полезный. Но от этого еще хуже — я думал, у меня в мозгу дырка будет от его занудства!
Невольно вспоминалось: если прежняя Имран так много и долго с ним общалась, она что, тоже была такой же дятловидной святошей?
Точно же! Была-была! Я просто в основном издали смотрел и редко слушал, что она несет. У меня даже рефлекс тогда выработался: как только кто-то из ордена начинал очередную проповедь, сознание пряталось глубоко внутри мозга, а на поверхности оставался кивающий болванчик.
Новая Имран по большей части или молчала, или напевала что-то тихонько себе под нос, занимаясь делом. Чем ввергла брата в легкий ступор. Он все же помнил прежнюю святую, но день за днем убеждался, как сильно она изменилась.
До смешного! Я как-то ночью проснулся и обнаружил, что придурок шепотом читает заклинание экзорцизма над моей спящей женой.
Честно сказать, первым порывом было взвиться и проткнуть его насквозь. Тихушник, падла! Вдруг и правда изгонит душу Элле из этого тела?!
Но Имран проснулась сама и ясным голосом попросила Паоло не бубнить над ухом, спать мешает. Я же еще с полчаса пытался унять колотящееся сердце и сцедить ядовитую злобу. С-скотина, клятва клятвой, а полностью я ему доверять не буду никогда.
Зато после этого неудавшегося изгнания паладин чутка смирился. Но вот в том-то и дело, что чутка. Теперь все изменения Имран он сваливал на мое «неправильное воспитание» после потери памяти. А потому решил вернуть «правильное», рассказывая на каждом привале церковные версии событий и прочие детские притчи.
Ну, точнее, он пытался рассказывать. И потерянно замолкал, сбитый на взлете каким-нибудь спокойным вопросом сестрички. Я только хохотом давился — никому раньше в голову не приходило читать жития святых с точки зрения обычной человеческой логики.
Вопросы Имран ставили Паоло в тупик. Он поначалу злился — это было видно. Привык к догмам, в которые надо просто верить, а не пытаться понять. Но он все же не дурак. И не мог не думать над теми вопросами, которыми его проповеди гасила моя жена.
Потому вскоре сказки нашего паладина приобрели более жизненный характер, иногда это было даже народное творчество. И как ни странно, главным слушателем всей этой белиберды стал пушистый комок. Да-да, мелкий котенок, который большую часть времени предпочитал прятаться у Имран под подолом юбки либо в густой шерсти свина. Немертвая мелочь ластилась к Паоло как к собственной мамке, а паладин был на удивление благосклонен к кошкам. Видимо, из-за общения со старой Имран, которая их тоже любила.
Так что неизвестно, кто кого перевоспитывал, но в результате все жутко устали. И появление гор над лесом встретили радостными улыбками.
— Куда дальше, темный? — спросил Паоло, сгружая тюки со спины кабана. — Последний привал перед восхождением, надо знать точную дорогу. Это по лесу можно передвигаться хаотично, просто зная направление и ориентируясь на солнце и звезды. А в горах нужна как минимум тропа.
— Где-то к югу от охотничьей деревни Дель Пэлле есть небольшая дорога.
— Там стоит пограничная застава. — Паоло нахмурился, видимо вспоминая карты. Образованная нянька, шатт его дери.
— Угу. Но есть несколько ответвлений. Одно из них как раз ведет в обход заставы, лазейка для нелегалов и торговцев запрещенными товарами.
— Боюсь, если о ней знаешь ты, то знают и местные стражники.
— Я много знаю того, чего не знает больше никто. — Не без некоторого самодовольства я посмотрелся в начищенный Элле медный чайник и скорчил сам себе рожу.
— Как ребенок, — укоризненно покачал головой железный зануда и чайник отобрал, пошел к ручью за водой.
— Как старик с маразмом, — ответил я. И показал ему в спину язык. Паоло на ходу передернул плечами, как почуял. А моя подглядывающая с помощью своих «нитей» жена тихонько рассмеялась и обняла меня за талию. И сказала:
— Я устала, хочу пить, есть и спать. А еще хочу, чтобы ты меня поцеловал прямо сейчас, пока наша строгая дуэнья в панцире занята хозяйством.
 
Вот уж на что я откликнулся с удовольствием. За эти полторы недели почти привык заниматься самоистязанием — целовались мы с женой много и часто, как только Паоло не повезет отвернуться. Но дальше не заходили, хотя я с ума сходил от сдерживаемого желания. Увы, даже моя слишком умелая иномирянка руки не распускала. Не настолько оказалась развратна, чтобы извлекать из меня всякие разные звуки под ухом у «брата».
— Хватит вам, — недовольно сказали за спиной. — Нужно понять, где именно мы вышли из леса и в какой точно стороне эта деревня.
Я оглянулся вокруг: местность была действительно незнакомой. Горы примерно равной величины, запомнившихся мне узких пиков тоже не видно. Может, создать гончих да отправить их на разведку? Порыскают по округе, поищут ближайшие деревни. А там уже под маскировкой у кого-то из местных спросим дорогу.
Заикнулся было, но мой взгляд снова упал на железную дуэнью. Я прямо услышал его категоричные причитания в голове: нельзя звать богомерзкую нежить. Нет, мы его на пару с Элле, может, и убедим, но перед этим часа ж три будем лаяться. Оно мне надо?
Пока я выбирал наиболее приемлемый вариант, наблюдая за кашеварящим Паоло и что-то ковыряющей в котелке с едой совой, снова столкнулся взглядом с большими желтыми глазами.
— Шатт, — тихонько произнес я, отползая на несколько метров ближе к кустам. — Ну что опять?!
На этот раз на дереве сидел не огромный филин, а едва заметный домовой сычик. Неужто скотина понял, насколько палится? Но аура у этой махонькой птички была все такая же тяжелая.
Сыч взглянул на меня как на идиота, демонстративно махнул крылом вправо и… улетел.
А мне теперь сиди и думай. С одной стороны, хрен бы я пошел туда, куда указал Филипп. Скорее выбрал бы диаметрально противоположное направление. С другой стороны… этот сыч общипанный явно об этом знает! Значит, он намеренно указал неправильное направление, чтобы мы пошли по изначально выбранному им?! Или он продумал еще дальше?
У-у-у…
  
Глава 25
 
Алла
— Нет, туда мы не пойдем, — насупленно мотнул головой Инсолье. — Хватит на поводу у этой гадины болтаться. Я карту смотрел, которую Имран, оказывается, сты… позаимствовала. Да, там, куда падла крылом махнул, — самый удобный обход и самый быстрый. Но есть как минимум еще один. Там придется попотеть и идти дольше. Зато спокойнее.
— Может, все-таки послушаем старше… Филиппа? — звучно почесал шлем Паоло. — Ну, если это, конечно, Филипп, в чем я искренне сомневаюсь. Все, что мы знаем, это то, что некроманту, ослабленному ядами, пытками и темными ритуалами, птица крылом махнула. Остальное лишь плод его воображения. Тем более что я все еще не верю, что Филипп желает мне смерти. Мы слишком долго знаем друг друга и слишком много пережили вместе. Я признаю, наш командир может быть слегка… тщеславным и охочим до власти, но мне-то власть не нужна!
— Ты дурак?! Нет, ты действительно идиот?! Для чего он, по-твоему, тогда всю эту аферу провернул?!
— Ладно, — резко дернул плечами Паоло. — Ты прав.
— Че… чего?! Жена! Иди сюда!
Я и так стояла рядом, положив руку на холку мирно копавшегося в ведре с объедками Хрюши.
— Радость моя ненаглядная, я уже ослепла. Не надо делать меня еще и глухой. — И я второй рукой погладила его по плечу.
— Нет, ты слышала?! Он сказал, что я прав!
— Слышала. Ты прав. — Я улыбнулась сразу им обоим, хотя и могла только догадываться, как реагирует на эту улыбку Паоло. Его я избегала обрисовывать нитями — он каждый раз вздрагивал и оглядывался. И вообще реагировал странно.
Так что мне же проще — сосредоточилась исключительно на Инсолье и немного на окружающей природе. Ну и еще на том, чтобы выследить этого самого «филю», если он опять объявится. У меня возник к нему серьезный разговор. Желательно наедине, потому что если я начну ругаться матом и душить нитями птиц при муже, то у него будет глубокий шок.