40к способов подохнуть. Том 5 (СИ)

Так что да, святые артефакты я носил и использовал. Порой из-за отдельных экземпляров мне становилось хреново, например проходя мимо реликвариума с гигантским молотом у меня буквально начала распадаться душа. Видимо аура у него какая-то особо мощная. Но зато взяв силовую булаву, на которой были выбиты имена прошлых владельцев-инквизиторов, я даже лёгкого жжения не испытал.
И поэтому взяв снаряжение, я очень быстро зарылся в книги. А именно в изучение природы Хаоса, всей опасности Слаанеш и напрягал сервиторов, которые ездили в раздел с ксеносами и привозили мне труды о эльдарах. Информации здесь было много, так как это была личная библиотека Ульриха. Но каких-то проклятых книг уровня призыва демон-принца тут конечно же не было. Подобное Ордо Малеус возил прямо на Титан, под конвоями Серых Рыцарей.
— Интересно-интересно… — бурчал я, проводя взглядом по строчкам, что были написаны кровью еретиков. — Не знал что эльдар можно допрашивать таким способом…
— Инквизитор Торквемада, прошу простить за вторжение, — полушепотом произнесла Эридия, которую видимо пустили только из-за того, что уже считали её частью моей свиты. — Я выполнила приказ, отчёт лежит на вашем рабочем столе, но… некоторые имена я написала отдельно. Их лучше изучить уже сейчас.
— Еретики?
— Возможно. Или же просто лишённые собственных душ и ставшиеся вместилищем демонов. Их обязательно надо проверить.
— Большой список… — боковым зрением глянув на инфопланшет, произнёс я.
— Этот мир… Шелест… он так долго был в одиночестве, так ещё и пережил вторжение трёх демон-принцев. Трёх, — не перейдя на крик, но повысив тон произнесла Эридия, тем нарушила покой и вызвала раздражение духов святых, что охраняли это место даже после смерти. — Как после этого тут вообще хоть что-то осталось? Почему только Габриэль не отдал приказ уничтожить весь этот мир?
Эридия негодовала и если бы не атмосфера этой библиотеки, то она бы точно закричала в бешенстве. Да уж, эмоции она контролировала не очень хорошо, наверное поэтому и находилась не подле Ульриха, а подле меня. Более сдержанных уже разобрали на посты командиров и в свиты. Впрочем, Эридия всё ещё оставалась крайне опытынм воином с более чем тридцатью годами жесточайшего боевого опыта.
Однако её поведение очень сильно не понравилось Алору, который весь загорелся от таких обвинений. Ведь он был там, когда пришли Дети Императора. С его помощью и опытом ломались хребты врагов, что терзали Шелест. Он жил среди людей, которые сражались вопреки здравому смыслу и подрывали целые кварталы своего города, чтобы продать свои жизни подороже. Орден Щитов Терры был практически уничтожен…
Слова не понравились и Торквемаде, вернее не слова, а их тон. Эридия говорила слишком громко и яростно. Да, гостей в библиотеке Ульриха не было, но как уже было сказано, это место являлось святым. Тут в покое находились души героев и мучеников, беспокоить которые было нельзя. И сестра Эридия об этом знала, но из-за эмоций решила забыть. Такое Торквемада наказывал, обычно с помощью раскалённого железа.
И это всё не понравилось в том числе мне, поэтому я жестом подозвал один из сервочерепов. Медленно он подплыл к нам на своём гравидвигателе, манипуляторы аккуратно взяли одну из отложенных мной книг. А Эридия успела прочитать печать, что свисала вниз.
Сразу же она поняла, что зря говорила на повышенных тонах. После пришло и раскаяние за слова о Габриэле. Молча она опустила голову и стыдливо покинула зал. Библиотеку действительно охраняли духи святых, буквально. Каждый сервитор здесь был сделан из останков святых. Даже этот сервочереп принадлежал мученику Херолиону, которого до смерти запытали предатели, что ворвались в библиотеку Ульриха более века назад. Он был простым человеком, но даже адские пытки не сломали его.
И многие другие герои продолжали служить Ордо Малеус даже после смерти. Они казались простыми роботами без душ, что молча выполняли простые задачи. Но стоя в их окружении… я всё отчётливее замечал их взгляд на себе. Они напоминали отпечатки душ тех, в чьи тела я пободал. Только были намного слабее, что в целом не мешало им с любопытством изучать мои тени.
 
Это меня не пугало, ведь от них я не пытался ничего скрыть, а сами они не видели во мне угрозы из-за благословления Бога-Императора. Хотя и под их взглядом тому же Мордреду становилось жутко не по себе. Не из-за того, что они как-то осуждающе смотрели скорее… просто внутри их мы видели то, чем они заслужили подобную честь стать сервиторами в этой библиотеки.
Они отдали во имя Его не просто свои тела и души, они все в своё время сделали нечто такое, на что обычный человек по определению не должен быть способен. И когда тот же Мордред смотрел на них, имеющихся в своей жизни нечто такое, что заставляло идти на подобные жертвы… он удивлялся и искренне не верил в то, что видел сам. Ведь Мордред жил во многом для себя, а целями его было удовлетворение примитивных потребностей.
А тут один ради веры пережил адские пытки, что слились в вечность, а второй семью собственную зарезал, когда узнал, что они стали частью культа. Это было и жутко, и страшно, и… удивительно. В каком-то смысле Мордред даже завидовал им, но тихо и тайно, чтобы никто этого не заметил.
Торквемада же мечтал сам заслужить честь, чтобы его череп использовали для создания сервитора. Алор уважал эти души, а остальным по большей части было плевать. Что же касалось моего мнения…
Я закрыл книги и отправился наружу. Из-за Эридии покой в этом месте был нарушен и лишь спустя часы абсолютной тишины привычная этому месту атмосфера будет восстановлена. Да и мне требовалось провести углубленную проверку среди тех, кого я и так уже хорошо знал.
И мне очень хотелось верить, что еретиков среди них не было и не появилось.
 Глава 147 
— Именем Священной Инквизиции, всем выйти в центральный зал! — снаружи раздавался крик солдат, что проходили по нижней Святой Марии. — ВСЕМ ВЫЙТИ, СКОЛЬКО ЕЩЁ РАЗ ПОВТОРЯТЬ⁈
Гвардейцы, следуя приказу, входили в каждый отсек, доставали из построенных прямо рядом с генераторами лачуг грязных оборванцев, что помогали существовать этому кораблю. Из-за количества экипажа корабль во многом напоминал город, и если ценные специалисты представляли ценность, то имелись и отбросы, точного числа которых никто и не знал.
Так или иначе надо было провести проверку и поэтому свежие гвардейцы с Шелеста с особой жестокостью доставали тех, к кому не имели никакого отношения. Зато каждый солдат уже прекрасно знал о том, какой ценой дался перелёт и насколько глубоко проникла скверна. Впрочем, хуже 15-го Берстонского полка к местным не относился никто, ведь после всего пережитого полковник Алистер и его бойцы считали каждого жителя нижних палуб — предателем, достойным лишь кары на месте.
— Давай сыграем в игру, хорошо? Ты же любишь игры? — говорила молодая девушка, наклоняясь к невероятно бледному мальчику, который никогда не видел ни моря, ни зелёной травы, ни даже света звёзд.
— НА ВЫХОД!!! ВСЕ!!! НЕ ЗАСТАВЛЯЙТЕ ПРИМЕНЯТЬ СИЛУ!!! — крики солдат становились всё ближе и уже было слышно, как кто-то перещёлкивал предохранители и лязгал затворами.
— Игра простая, кто лучше спрячется тот и победил. Звуки издавать нельзя, — продолжала говорить девушка. — Сыграем?
Удивительной была детская психика. Пока среди пылающих руин будут грохотать снаряды и огонь будет забирать кварталы города, то одним за другим с ума будут сходить взрослые. Даже матёрые солдаты порой застреливаются, а в то же время… наблюдающие за всем дети хоть и страдают, но благодаря своей гибкости очень быстро подстраиваются под новые условия.
Очень многое может сломать тех, кто уже созрел и сформировал своё мировоззрение. И даже в такой ситуации, когда бабушка девушки уже читала молитвы за упокой душ своих внучат, а сама девушка дрожала всем телом, то мальчик просто кивнул и спрятался в бочке, которую девушка было накрыла грудой одежды и мусора. Он понимал, что происходит что-то странное, но понимал это не до конца и принимал правила игры. Для него это было нормой, которая окружала его. Ему не с чем было сравнивать.