Эпоха Опустошителя. Том I (СИ)
Если честно, то я не верил во вчерашнюю авантюру. Я не верил в то, что Левек рванет докладывать Гаману. Он скорее обделается, чем потревожит сон Заргана. Но чем дальше мы продвигались в сторону Аделлума, тем непонятнее становилось на душе.
Однако самый скверный вид был у Дианы. Уже на полпути дриада стала догадываться, что что-то не так, а еще через час та начала опасаться любого шороха. Вот только на пути попадался минимум чудовищ и мизерное количество тварей.
Прозябая в такой неизвестности, мы и дошли до самого разлома и то, что увидели за гранью пространства, несколько ошеломило.
Твою собачью жизнь!
В небе за границей ромбовидного разлома виднелись огромные воздушные суда, а на территории форпоста, судя по гербам и флагам, властвовали совсем иные хозяева.
Именно этот факт и заставил нас с Аркасом переглянуться.
— Пятая династия! — выдал шокировано Ганграт, взглянув на меня и полубога. — Только не говорите, что у вас… получилось?
А вот на Диану было жалко смотреть. Та бледнела с каждой пройденной секундой, наблюдая за происходящим.
Проклятье! Я дал слово, а она поклялась. У наёмника в Терре есть только два правила. Не терять свой хребет и держать данное слово. За всё должна взиматься равноценная плата. Это уже слова Бетала. И я всегда поступал также. Не терял хребет, держал слово и взымал равноценную плату.
— Если что, то всё валите на меня. Создал проблемы Ранкар и только Ранкар. Вам ясно? — быстро проговорил я, дожидаясь утвердительных кивков от смертников. — А ты… — пришлось перевести взор на дриаду, — … ты мой трофей. Хочешь жить, не вздумай возникать и…
Правда, договорить мне не дали, разлом внезапно задрожал и нам навстречу выскользнуло сразу два десятка черных, которые моментально взяли нас в кольцо, и на моё с Аркасом удивление вперед выползла знакомая надменная рожа.
— Я говорил тебе, выродок, — протянул с довольством Левек, оглядывая меня с ног до головы. — Что ты заплатишь за свои слова?
— Да? — приподнимая бровь, ухмыльнулся я, а после провокационно поманил его к себе рукой. — Вперед, мразь. Заставь заплатить меня…
— УБИТЬ! ВСЕХ! — рявкнул разъярённо он, а после обратил необычайно довольный и возбужденный взор на вздрогнувшую и отступившую за мою спину дриаду. — Девку тащите ко мне…
Глава 17
Один на один и один против двух…
Двадцать два человека. Почти целый отряд.
Ох, Ярвир, будь моя воля всех бы закопал, но, увы, и ах…
— Значит нас в расход и девку тебе подавай? А половину Аделлума еще не хочешь в придачу? — язвительно усмехнулся я, с демонстративным видом сбрасывая с себя наплечный мешок и обе Гаммы, чем ввёл в некий ступор смыкающийся круг черных. — Тронешь хоть пальцем их или же её, вырву твои поганые руки с корнями! Погоди… Или иначе женщины тебе не дают? — хохотнул я. — Только силой получается?
На лице у губителя вдруг промелькнула злобная гримаса и тот рукой дал отмашку воинам остановиться.
— Никак не пойму, почему ты столь дерзок для ничтожного приговорённого мусора? Напрашиваешься на мучительную смерть? — осведомился с едкой усмешкой Левек, делая несколько шагов нам навстречу. — Твой язык надобно вырвать, а тебя самого колесовать.
— Ну так попробуй! Или кишка тонка? Покажи подчиненным свою удаль, — с вызовом фыркнул я. — Ах! Точно! Как можно было забыть, — миг погодя моя физиономия расплылась в еще более мерзкой усмешке. — Мне доводилось видеть твою удаль. Как тогда в коллизии, когда ты драпал со всех ног, завидев рыцаря смерти. Женщин берешь силой, — стал загибать я пальцы на руке, видя, как лицо черного медленно перекашивается от гнева. — Противников убиваешь числом. Ты сам-то на что-то годен? Ума не приложу, кто дал тебе звание лейтенанта? Кого понадобилось ублажать, если такому слабаку как ты позволили…
— Никому не вмешиваться, — рявкнул напыщенно Левек, медленно вынимая из ножен копис. — Ты доигрался, отброс! Я тебе лично кишки выпущу и вырву твой поганый язык!
Кольцо черных мгновенно расширилось и большинство из них стали криво усмехаться, перешептываясь, между делом, с друг с другом:
— Три серебряных на Левека…
— Четыре на Левека…
— Могу дать три на смертника… Ради интереса!
— Поддерживаю!
Надо же. Тотализатор. Забавно. Очень забавно.
Даже в столь простой и явной ситуации протест сработал, как и всегда моментально. Я только и успел, что отбросить ногой чуть дальше Гаммы и снаряжение, которое оперативно подхватил Цуг и оттащил в сторону.
— Возьми оружие, выродок! Иначе…
— Без надобности. Для тебя и голых рук хватит… — обнажил я предвкушающей улыбке зубы, а после провокационно поманил противника к себе. — Ну же, мразь!
Рывок черного слился воедино с его разозлённым рыком, но наблюдая сейчас за всеми его замедленными движениями я невольно разочаровался. Что-то после схватки с рыцарем смерти во мне изменилось. Или всему виной ночной всплеск? Один на один я проигрывал только Беталу. Даже без руки приходилось огребать от него на орехи, но старик исключение, а Левек… ничтожество.
Кто этот самоубийца? — раздался в подсознании голос Руны.
Неважно. Сейчас так необходимо.
Дело твоё. Правда, у меня стойкое ощущение, что за тобой наблюдают.
Впрочем, задать очередной вопрос не вышло, потому как пришлось быстро уклоняться от клинка Левека, который метил в бедро.
* * *— Интересно. Очень интересно. Ха-ха… — раздался тихий смех сатира, который наблюдал за небольшим представлением со стены форпоста. — Вижу в нижних слоях ничего не меняется. Измельчала нынче солдатня. Отброс на отбросе и отбросом погоняет. Дай разумному каплю власти, и он ею ужрётся до потери сознания. Нет, чтобы сражаться с равными противниками, но они по-прежнему продолжают давить тех, кто слабее и ниже их. Сплошное разочарование.
— Один из них жалкий смертник, а второй лейтенант, — с презрением изрекла Креамх. — Поделом. Приговорённый должен знать своё место, а если не знает, то пусть подыхает. И что вообще в коллизии забыл отряд смертников? Так с ними еще и девчонка… Погодите-ка. Это же…
Нимфа гор, словно до неё нечто дошло, внезапно осеклась на полуслове и резко нахмурилась. А свой взгляд женщина обратила на третьего главу доминирующего дома, который стоял чуть в сторонке от остальных.
— Это тот, о ком я думаю? — с холодком вопросила Лиама. — Тот ничтожный наглец с проекции?
— Ничтожный? — словно пробуя слово на вкус, тихо переспросил Хаззак, встречаясь с ней глазами. — Оглянись по сторонам, Креамх. Если хоть один из твоих смертников повторит нечто подобное, то я готов лишить себя руки. Пешки… — задумчиво пробормотал Даймон, вновь с интересом вглядываясь в ромбовидный разлом. — Чаще всего именно незаменимые пешки решают исход сражения.
— Умеешь ты, мой друг, находить в груде бесполезного камня сверкающие самоцветы. Правда, не забывай, что их еще необходимо огранить, а в процессе огранки больше половины разрушаются, — задумчиво отозвался Мараал, заинтригованно наблюдая за происходящим. — Останавливать не будешь?
— Нет смысла, — покачал головой Хаззак.
— А знаешь, Даймон, — широко улыбнулся сатир, словно задумал нечто веселое. — У меня в Аронтире есть небольшой особняк. Давно хотел от него избавиться. Предлагаю пари.
— Что взамен? — хмыкнул деловито его друг.
— Хочу твой артефактный клинок «Горечь». С оттиском естественно. Будет подарок младшему сыну. Согласен?
— По рукам, — утвердительно кивнул глава дома Хаззак.
— Лиама? — обратился к нимфе Ян.
— Отребье навсегда останется отребьем, — брезгливо скривилась женщина, медленно удаляясь со стены. — Везение отнюдь не сила. Мне никогда вас обоих не понять.
— Завидует, — вновь тихо рассмеялся себе под нос сатир. — Ты её больно задел, Даймон. Она долго пыталась взять Западный форпост и всё безуспешно, а затем откуда ни возьмись появился неизвестный смертник и сотворил чудо. Будь осторожен. Ты её зна…