Судьба (СИ)

— Все, это последний. — Выдохнув, сказал Лешка, ставя на пол, рядом с другими ящиками и сумками, картонную коробку, из которой одновременно торчали несколько хрустящих багетов, часть пододеяльника, подушки и другие вещи. Он более-менее отошел от шока и теперь мог разговаривать нормально. — И все равно ни хрена не понятно.
— Это только в кино все понятно. — Саня потянулся, расправляя уставшие плечи, отошел к вытяжке и закурил. — А тут сам видишь, не кино.
Сашка держался. Он неплохо держался, но было видно, что это стоило ему огромных усилий. Леха, дабы отвлечься от ненужных мыслей, рассовывал по местам вещи и воду, а Рика… она сидела на диване, подперев руками голову, и безмолвно смотрела в одну точку. Я все еще стоял на небольшой площадочке, возле входной двери и не двигался. Идея уже давно пришла мне в голову, но страх того, что на поверхности, сковывал все мое тело, и сейчас, стоя на одном месте и, наверное, создавая образ колеблющегося человека, я вел ожесточенную борьбу внутри себя.
— Проходи, садись. — Пробормотал Саня, зажмуривая от дыма левый глаз. — Ща оформим какой-нибудь обед и порешаем, что делать дальше.
— Нет. — Мгновения прошли после вопроса Сани, но для меня это был большой срок. Битва была окончена. — Дай пару затяжек. — Решительно сказал я и двинулся к своему другу.
— Что нет? — Немного пораженно спросил Саня, пока я подходил к нему и брал наполовину истлевшую сигарету. Лешка и Рика подняли головы.
— Просто нет. — Я сделал несколько частых глубоких затяжек, выпустил облако дыма и протянул окурок Сашке. — Обустраивайтесь и постарайтесь отдохнуть, а мне нужно отъехать.
— Чего? — Саня бросил окурок в раковину. — Ты прикалываешься, что ли?
— Эй, не гони. — Робко заговорил Лешка.
Я повернулся к выходу, но Сашка схватил меня за плечо.
— Ты сдохнуть хочешь?! Ты же видел, что там творится!
— Саня, — резко заговорил я, пристально вглядевшись в заросшее густейшей бородой лицо, — где твои родные?
— Что?.. В-в-в Белоруссии, у отца.
— Леш, а твои?
— По работе отъехали из города.
— А мои тут! — Я сбросил все еще удерживающую меня руку. — И я не собираюсь ждать, когда до них доберутся. — Я твердо зашагал по ступеням, но у двери остановился и оглянулся. — Если не вернусь часа через три-четыре, собирайте припасы и валите из города.
Наступила гробовая тишина. Рика, вскочившая на ноги во время нашей с Саней перепалки, медленно опустилась на диван и закрыла лицо руками. Дверь захлопнулась.
***
Мои водительские навыки были, мягко говоря, слабоватыми. Но их все же хватило для того, чтобы я смог двинуться вперед. До дома было рукой подать. Не больше пяти минут, если ехать по короткому пути. Собственно, его я и выбрал, но… Забавно, почти всегда есть «но»… Нужно было проскочить перекресток и, никуда не сворачивая, двигаться вперед по просторному шоссе, оканчивающемуся выездом из города. По пути был поворот к моему району — небольшому коттеджному поселку, подобный тем, которые люди привыкли называть «частным сектором». Но подъезжая к перекрестку, я увидел впереди несколько темных летательных аппаратов, зависших в воздухе. Пришлось сворачивать направо — к немного более длинному пути.
Адреналин, вкупе с волнением за близких, не давал мне покоя, но и одновременно насыщал силами, отчего руки мои крепко держали руль, а ноги твердо давили на педали. Здесь все было так же безумно спокойно, как и в центре города. Только вертолеты не летали так часто, да темная башня не была так близко. Общественный транспорт размеренно ковылял по своему маршруту, легковые автомобили обгоняли общественные, а по тротуарам неторопливо двигались горожане. Время от времени, водители или пешеходы сигналили и махали в след нарушителю правил дорожного движения, в моем лице. Я же старался двигаться как можно быстрее — повсюду вылезали стальные скорпионы и набрасывались на людей. Поэтому я и не думал снижать темп.
Я уже был близко. Две трети пути были сделаны, оставалось поравняться с рынком, проехать мимо него и я через пару кварталов буду дома… Вот и рынок. А вот и поворот в жилой район! Оставалось всего несколько десятков метров! Волнение поднялось к горлу, немного перехватило дыхание, я даже забыл включить сигнал поворота, сжал руль пальцами, собираясь резко повернуть, как вдруг к асфальту, впереди меня, резко прижался большой вертолет. Плоский энергетический диск, очевидно исполняющий роль винта, поднял в воздух тучи пыли, машина была слегка накренена в мою сторону, в чем чувствовалась угроза. Стволы орудий были направлены на меня, а в зеркало заднего вида я успел заметить еще один летательный аппарат. За те доли секунды, что я, под влиянием тяжелого выбора инстинкта самосохранения «бежать или сражаться», колебался, я понял, что это были те самые вертолеты, что двигались к нам, когда мы уезжали от университета.
 
Злость… Вместо паники или страха, я вдруг ощутил злость. Даже челюсти мои крепко сжались. И я рванул руль вправо. И этим ушел от выстрела прямой наводкой. Зеленоватый луч врезался в асфальт и выплеснул вверх облако черной пыли. Взрыв был достаточно мощным, чтобы взорвались несколько припаркованных у обочины машин, я же вдавил педаль газа до упора и пытался прорваться сквозь плотный автомобильный поток. Стрельбу начал и задний вертолет, мощным и плотным огнем многочисленных желтых лучиков. Мне удавалось увернуться, но вокруг загремели взрывы. Стекла машины были разбиты, осколки засыпали мне лицо. Всюду полыхал огонь и все покрывала пыль. Видимость быстро упала к нулю и я чувствовал, что просто пробиваю себе путь, тараня стоящие рядом машины. И тут, непроглядная завеса резко разорвалась, и я выскочил к нужному мне повороту. Враги не попадались на глаза. Все было спокойно. Даже попутных и встречных автомобилей здесь практически не было. Опьяненный удачей, я повернул машину и нажал газ до упора, чтобы на полных парах двигаться домой. И тут взор мой успел заметить что-то зеленое, мелькнувшее рядом.
Невероятно мощный взрыв громыхнул у левого переднего колеса. Автомобиль подбросило в воздух. Его нещадно раскручивало, отрывая центробежной силой колеса и фрагменты обшивки. А я, вцепившись руками в прорезиненный руль, дико кричал, не отрывая взора от длинной дороги, минующей рынок и уходящей вдаль, мимо аккуратных и абсолютно разных одноэтажных домиков.
***
Было тихо. Наверное, даже слишком тихо. В этой тишине я словно погрузился в горячую ванну. Неприятно горячую. Каждый сантиметр кожи, каждая клеточка организма как будто горела, меня, словно сжигало заживо, и я вскочил, не имея сил более это терпеть. Я сел… В глазах было мутно, голова болела и кружилась, подкатывали приступы тошноты. Я потер лицо, встряхнул головой, осмотрелся и только тогда понял, что некоторое время был без сознания. Руки и ноги были ободраны, по правому виску стекал теплый ручеек, кости и суставы ныли. Я помнил, как мою машину взрывом подбросило в воздух. Помнил как сидел крепко вцепившись в руль, пока он не оторвался от панели. Потом… потом меня швыряло по салону как тряпку и било обо все углы, а потом… А вот потом я пришел в себя от дикой боли во всем теле.
— Надо идти. — Прошептал я сам себе и поднялся на ноги.
Я был на крыше дома. Вернее, трехэтажного здания, в котором находились разные офисы, кабинеты и магазин. Нетрудно было догадаться, как я попал сюда. Внизу, на асфальте, валялся покореженный дымящийся автомобиль. Внутренне я поблагодарил Бога за то, что забыл застегнуть ремень безопасности. Я пережил взлет, но если бы меня не выкинуло из машины, приземления я бы не пережил. И тут, понемногу приходящий в себя, я обратил внимание на одну странность — было тихо. Действительно, как-то слишком тихо. Я подошел к краю крыши и невольно вздрогнул. Я видел последствия обстрела по мне — рытвины на дороге и горящие остовы машин, но больше ничего. Абсолютно. Порывшись в кармане, я достал телефон. Дисплей был разбит, но еще работал и я увидел, что сейчас было десять минут четвертого дня. Когда я уезжал от ребят, было двенадцать. Прошло три часа, примерно столько же я был в отключке. И этого хватило…