Судьба (СИ)

— Хороший спецэффект. — Пробормотал Данте, вытирая вспотевший лоб.
— Привет от Танка. — Я заменил пустые обоймы новыми и посмотрел на существо.
Тварь ревела и скулила от боли, но не думала умирать.
— Ты смотри, — Данте вытянул голову, — не дохнет.
— Сейчас сдохнет.
Я испытывал лишь ненависть. Слишком доходчиво Лея объяснила происхождение подобных существ, и я слишком сильно боялся, что подобная участь может постигнуть моих родных. Если уже не постигла. Холодный как лед я двинулся к твари. Монстр зарычал на меня, но я вытянул руку и спустил курок. Выстрелы оглушили округу, бледное тело снова задергалось, голова болталась как лепестки на воздушном змее. Я жал на курок пока вместо грохота не зазвучали сухие металлические щелчки, а тварь, с головой похожей на кусок рыболовной сети, немного прогнулась назад, да так и застыла. Лишь изредка подрагивали пальцы на оставшейся целой руке. С точностью и неторопливостью автомата, я достал две гранаты, выдернул кольца и засунул оружие прямо в грудь уродливому созданию. Затем зашагал прочь. И только когда за спиной громыхнул взрыв и кусочки обожженной плоти посыпались вокруг, я остановился и резко скинул с себя холодное зло. Оно стекло с меня как вода из ведра и впиталось в землю, а я шумно выдохнул воздух и глянул на Данте.
— Это было… да-а-а-а-а! — Он сунул меч в ножны и вопросительно кивнул мне.
— Надо идти дальше.
— Вдоль дороги?
— Да, но через зелень. — По обе стороны от дороги так же росли деревья. Слева они шли тонкой линией, отделяющей проезжую часть от полей. Справа, после небольших площадок берега реки, поросших прибрежной зеленью, снова начинался лес. — Они должны нас догнать. Если нет, пошумим.
— Кажется, мы уже нормально так нашумели. — Бросил Данте и глянул вверх.
— Насладились зрелищем. — Тихо сказал я, провожая взглядом корабль, который устремился за горизонт…
Несмотря на уверенность в действиях, на бушующий адреналин, бегство наше имело яркий налет уныния. За почти восемь месяцев мы много где бывали на групповых вылазках, но дальше горы, после которой мы оказались в реке, одни мы не забредали. Танк не разрешал никому уходить слишком далеко, хотя сам, возможно, тут и бывал. Можно было связаться с ним, чтобы он сориентировал нас, но я очень боялся, что сигнал на таком расстоянии перехватят. Гарнитура лежала у меня в кармане, но мне казалось, что я ею не воспользуюсь.
— Слейвин! — Данте впился в мое плечо.
Посреди дороги, раскрыв все двери как жук, готовящийся к взлету, стоял большой серебряный внедорожник. До него было метров двести, не меньше.
— Блин, не нравится мне это, — Данте прижал кулак к губам и покусывал кожу, — потому что я знаю, что ты предложишь и я, блин, согласен с тобой.
Пятнадцать минут спустя внедорожник несся по шоссе, шурша резиной по гладкому асфальту. С бесчисленными предосторожностями мы осмотрели машину, убедились, что вокруг никого не было, и забрались внутрь. Автомобиль простоял вот так несколько месяцев, о чем говорил хороший слой пыли в салоне, да устроившие под сиденьями жилища полевые мыши. Следов хозяев не было, хотя на заднем сиденье лежали две увесистые сумки. По тому, как из-под молний замков торчала одежда, легко можно было понять, что сборы проходили в суете. С сумками стоял большой полиэтиленовый пакет из городского супермаркета. Неплохой запас продуктов был давно испорчен, зато бак был полон до краев, колеса целы. Данте уселся за руль (я не противился, я знал в подробностях как он уезжал из Краснодара), провернул ключи в замке и увидел как загорелись огни на приборной панели.
— Все-таки шведы умеют делать машины! — Данте удовлетворенно щелкнул языком. — Столько времени простояла, а аккумулятор не сдох!
— С девяносто девятого они принадлежат «Форду». — Я защелкнул ремень безопасности и повернулся к Данте. — Этот парень уже сделан американцами.
— Уверен?
— Абсолютно. Это ведь «ХС90», а они выпускаются с две тысячи второго.
— Понятно. Так, что тут у нас?.. О, автомат! — Данте посмотрел на ручку переключения передач, как-то таинственно улыбнулся мне и перевел ее в режим «D». — Дэ, значит драйв!
 
Я попробовал включить радио. Некоторое время крутил ручку, надеясь услышать хоть что-то. Но шум помех был единственным, что я поймал. Бросил попытки, отключил радио и откинулся в удобное сиденье, богато обитое кожей.
— У тебя все нормально?
Я повернулся. Данте поглядывал на меня, в глазах его читалась тревога.
— Да, все нормально… А что?
— Ну просто… — Он замялся, скривил губы и пожал плечами.
— Что такое, говори.
— Когда ты… ну, когда ты убивал эту тварь, ты… — Он шумно выдохнул, как человек который наконец принял решение. — Просто ты был такой… злой.
— Это не человек. — Ответил я, помолчав. Взгляд мой был устремлен на дорогу. — Но в тоже время это ВСЕ ЕЩЕ человек. Возможно, в нем не осталось ничего от его личности, ни чувств, ни воспоминаний, один только голод и неистовая ярость. Да так оно скорее всего и есть. Но допусти, только на одно маленькое мгновение допусти, что в нем еще осталось крупица человека. Ты представляешь, какие муки он испытывает? Что он переживает, когда превращается в это… когда видит себя со стороны, когда… — Я чувствовал, как сухой колючий комок подступил к моему горлу, как маленький свернувшийся еж. — Когда ему приказывают нападать на нас. Когда, — и тут я почувствовал, как гнев снова закипает во мне, — он понимает, кто сделал с ним такое. Мне кажется, что они видят. Видят эти лица и чувствуют, не знаю каким образом, как тела их начинают меняться. Как душу выворачивает на изнанку, другой, грязной темной стороной, как инстинкты берут верх над разумом. А эти уроды только смотрят на человека, как на лягушку или крысу в аквариуме, делают записи и выводы, а потом устраивают тест-драйв. Подумай только, сколько еще таких существ они могут создать? А сколько уже создали Вайродов? Я боюсь об этом думать, но… а вдруг это уже случилось с… с-с-с… — Я не смог продолжить. Слезы потекли по моим щекам.
— … с родными. — Глухим голосом закончил фразу Данте. — Я тоже об этом думаю. Ночью. Вижу в кошмарах. И просыпаюсь в холодном поту, перепуганный как пятилетняя девочка. — Он повернулся ко мне, взгляд его был холоден, как и голос. — По-твоему это спасение?
— Ч-что?
— Ты спасаешь их от страшной участи?
— Н-не знаю… Может быть. Во всяком случае…
— Может быть. — Данте мягко перебил меня. — Я могу сказать, что согласен с тобой, только пообещай мне одно, — и он посмотрел мне в глаза, — не давай волю гневу.
— Что?
— То как ты… Я все понимаю, война и все такое, но… Я в один момент чуть в штаны не наложил — ты был слишком похож на одного из них, у тебя даже лицо потемнело. Да, это страшный монстр. Да, внутри него сидит человек, которому может быть нужна помощь. Но это не повод… превращаться в какого-то демона.
— Да, я понял тебя. — Я действительно понимал, о чем он.
— А этим ребятам мы задницу надерем. — Данте улыбнулся. — Они хотят зрелищ? Мы устроим им такое, в котором им будет отведена главная роль!
Я тоже улыбнулся. Данте хлопнул меня по плечу, положил левую руку на руль и откинул голову на мягкий подголовник. Затем он резко подался вперед, открыл бардачок и принялся в нем рыться.
— Ты чего? — Я не успел еще отойти от нашей беседы, а Данте уже так быстро сменил настрой.
— Тут клевая аудиосистема! Не верю, что нет ни одного диска. — И он с победоносным видом извлек из бардачка пластиковую коробочку. — Что я говорил? Ну-ка — ну-ка, что слушаем? — Он поднес диск к лицу и глаза его округлились. — Коллекция лучшего панк-рока?! Чувак, да это же просто золотая жила! Давай быстрее, вставляй его!
Никогда еще не видел его таким. Данте так меня поторапливал, что мои пальцы вспотели. Наконец музыкальная система проглотила диск, поурчала немного и вспыхнула клавишами управления. С сияющими глазами Данте нажал «Play» и машина взорвалась мощными ударными, воздух разрезали электро-гитары, ритм-гитары, бас-гитары, пронзительные клавиши только дополняли картину, а задорные молодые голоса непреодолимо тянули настроение вверх.