Чего ты хочешь? Трилогия (СИ)
- Сними с меня цепи!
Марк поразился, как к месту и уверенно прозвучали слова. Наверное, именно так сказал тогда Елиссарович, когда уходил из забоя. А надсмотрщик тряхнул головой, будто оценивая этот жест пришельца, подошел к Марку и отстегнул цепи. Еще раз тряхнул головой, искоса поглядел Марку за спину и отправился в забой.
- И что дальше? - спросил Марк.
- Не знаю, - сказал человек.
- Зачем ты меня тогда освободил?
- Я тебя не освобождал. Я тебя купил, - был ответ.
- Я сменил одно рабство на другое?
- Ты ничего не менял. Пока.
- И что мне теперь делать?
- Хороший вопрос, раб. А ты все здесь сделал?
- Не знаю, - растерялся Марк. Он не задумывался что ему надо здесь. Его били, заставляли работать, но что бы он САМ чего-то хотел? Нет, такого не было. Он ждал обещанного шанса, только обещание Короля держало его здесь. Обещание шанса и привычка. Но чтобы ему самому?
- Тогда подумай. Все ли ты здесь сделал?
Марк поглядел на собеседника. Потом - вокруг. Потом - в сторону забоя.
- Наверное, да...
Человек очень глубоко и огорченно вздохнул. Потом повернулся в сторону и сказал в пустоту:
- Отвяжись! Я сам знаю, что надо. Я сам вижу. Чего пристал, его вон толкай.
Повернулся, несколько минут смотрел на Марка. Потом очень мягко сказал:
- А ты цепи за собой убрал?
3
Хмурые тучи, хмурое небо. Хмурый Марк идет по хмурому лесу за серым плащом. Серый плащ ступает мягко, как будто плывет. Марк вспомнил фразу из "Бэмби": "И ни одна веточка не хрустнула под его копытами", и прислушался - нет, это не Король-Олень, это просто его новый хозяин. Он идет мягко, но ветки хрустят под его сапогами, и ничего такого в его походке на самом деле нет. Просто Марку скучно идти. Этот странный человек повернулся, и пошел в лес сразу после того, как Марк аккуратно повесил цепи (такие родные и привычные!) на гвоздик в сарае, сам, без напоминания пристроил тележку, и даже глупо поклонился входу в забой. Это было ребячеством, показухой, но Марк все равно сделал этот торопливый поклон, словно ожидая, что новый хозяин взмахнет кнутом, и привычная боль обрушится за проявление столь ненатурального почтения к руднику. Ведь никакого почтения Марк не испытывал. Но момент обязывал, и Марк поклонился. А хозяин просто повернулся, и пошел. Марк не стал испытывать судьбу попытками сбежать. Во-первых, бежать было некуда. Он видел в этом мире пока только один город, одну тюрьму, и один рудник. Правда, имел тесное знакомство с принцами. Правда, ему многое рассказали - и о географии, и о традициях, и о денежно-правовой системе. Принцев ведь не сразу в рудники отправляли - жизнь у них была отнюдь не королевская. Как выяснилось, учили принцев методом кнута и пряника, причем пряник одновременно являлся и морковкой, за которой надо было тянуться вперед. Ему рассказывали, что муштра в казарме - это мелочи по сравнению со школой для принцев. Во-первых, этикет. Во-вторых - государственное право, экономика, власть. Закулисные интриги и доминирование - на детском уровне, но вполне реально. Физподготовка, фехтование, верховая езда - это было бы прекрасно, если бы не нормы. По мнению Марка из принцев готовили олимпийских чемпионов. Еримей, кстати, сразу оценил и принял идею Олимпийских игр. Еще в первый же день Марк честно рассказал свою историю - насколько мог, и насколько хотел. Принцы восприняли ее с некоторым недоверием, но очень быстро недоверие исчезло - слишком много Марк рассказывал такого, чего не слышали здесь, а придумать все это, да так связно - надо было быть Великим Обманщиком. Но тогда такого все равно не поймаешь, и принцы предпочли верить. Марка теперь часто просили рассказать что-нибудь. И охотно просвещали его вечерами о том мире, в котором Марку доведется жить - если доведется.
Вот и шел Марк за серым плащом в этот мир, на ходу примеривая несистематизированные знания из рудника, невольно вспоминая Волкодава - книжного героя, который стал просто непобедимым и могучим борцом с мировым злом именно на каторге в руднике. В отличие от этого героя сам Марк не заполучил ни способности ориентироваться в штольнях, ни идеального ночного зрения, и вообще, в герои явно не годился.
Хмурый лес звенел комарами, сочился влагой, и Марк понял, что стал зябнуть. Его роба не была приспособлена для лесных прогулок, а за год в штольне Марк как-то успел привыкнуть к постоянной температуре в горах, и короткие выходы на улицу воспринимались легко. А сейчас он был вне пещер уже третий час! И вроде бы шли достаточно быстро, и дорога не сказать чтобы гладкая - ан нет. Зябкий холодок забирается под грубую ткань, руки как ледышки, и по ребрам струятся противные мурашки. Оказывается, уже осень.
Оказывается, уже вечер. За все время они не сказали друг другу ни слова - Марк привык молчать весь день: махая кайлом или таская тележку особенно не поговоришь. Но он отвык от времени! Только сейчас Марк осознал эту утерю: уже давно не хотелось взглянуть на часы, даже положение солнца на небе перестало быть важным - дрожащий свет факелов в забое, угольно-черный закопченный потолок штреков - вот реальность, вот единственно важная в мире вещь. Марк забыл о времени, и не заметил этого! А как его учили в школе ценить время! И что? Пару месяцев под землей, и время превращается в пыль под ногами, не стоящую даже внимания. Впервые с момента ухода Марк забеспокоился. Забеспокоился о будущем. Время отряхивалось, как собака после купания, и собиралось напомнить Марку о себе. Снова в мире существовали Прошлое, Будущее, День, Вечер, Ночь, Зима, Лето... Под землей всего этого не было. И Марк понял, что привык к этому! Он не хотел признаться самому себе, но ему хотелось обратно, в привычный и уютный забой. Где простая еда, где такие знакомые надсмотрщики, и уж понятное дело - четверка родных принцев. И все так надежно! Подъем, завтрак, туалет, кайло, тачка..
А что он будет делать здесь???
- Цепи прошлого сбросить тяжело. Не правда ли? - бросил через плечо хозяин.
- Правда, - буркнул Марк. Недовольство в голосе было вызвано не вопросом - вопросу он был даже рад. Но уж очень вовремя прозвучал вопрос!
- Да, надо все делать вовремя! - снова сказал Марку хозяин. Так же через плечо, не повернув головы, и не сбавляя шага.
С минуту Марк молчал. Потом сказал:
- Мысли ты читать не умеешь. Во-первых, я этого не думал, это скорее было ощущение. А во-вторых, если бы умел, то уже давно бы позаботился о своем имуществе.
- А что случилось с моим имуществом?
- Твое имущество мерзнет. Отвык я от наружней жизни.
- Аааа.. Ты об этом... Ну, я и говорю. Цепи прошлого сбросить тяжело. Но ведь надо?
- Надо. Но желательно только цепи, а руки-ноги оставить при себе.
- Желаешь согреться?
Что-то в интонациях спутника удержало Марка от немедленного ответа "Да!!!". Почему-то сразу вспомнилась фраза из детской книжки "Охотники отдыхают на бегу. Побежали! Ну что, отдохнули? Тогда пойдем дальше".
- Желаю костер. Чтоб с дымом, искрами. И чтоб на костре булькал кипяток. И чтоб можно было у этого костра погреться, и выпить кипящей воды со смородиновыми листьями...
В этот момент деревья впереди посветлели, и они вышли к перекрестку двух лесных тропинок. Хозяин свернул вправо, так и не ответив Марку, да тот и не ждал ответа. Но впереди отчетливо запахло дымом. Послышалось ржание лошади. И они вышли к импровизированной стоянке: два срубленных и обтесанных бревна лежат уголком, между ними вьется дымок, рядом стоит закопченный котелок, на бревнах лежат какие-то вещи. И к ним несется гнедой конь с радостным ржанием. Марк отшатнулся в сторону, а его хозяин наоборот, подался навстречу зверюге, обхватил за шею, потрепал по гриве...
- Ну, ты чего? - невнятно спросил он.
- Да ну, еще копытом наступит, - отозвался Марк, решив, что спрашивают его.
- Тогда обеспечь себе искры, дым, и повесь между ними котелок. Вода вон там. Если найдешь смородину, нарви листов, и можешь бросить в котел. Топор вон. А мы друг по другу соскучились, мы нас ждали, мы общаться будем!