Чего ты хочешь? Трилогия (СИ)

- А кого?
- Ну... наверное тех кто его слушает... Или себя!
- Ээээ, нет. Король в этот момент обманывает мир! И совершенно не важно, что восход солнца не зависит от его приказаний!
- И все? Как просто...
- Да? Ну тогда пойди, и попробуй! Приказывай деревьям расти, а птицам - петь. Все будут долго смеяться над тобой. Дело ведь не в том, что бы приказывать быть тем вещам, которые и так будут. Дело в том, что бы жить так, что бы твои приказы - исполнялись. А уж каким способом король этого добьется - это его дело.
- Любым?
- Любым.
- Даже ценой крови и мучений человеческих?
- А разве это происходит иначе? Где ты видел королей, чьи приказы не были бы замешаны на крови и страданиях человеческих? Просто те, кто называет себя королями, привыкли обманывать только людей, поэтому за все капризы мира они и спрашивают именно с людей. И требуют от людей вмешательства в законы мира, не понимая, что этими самыми законами король распорядится намного эффективнее!
- "Если я прикажу генералу порхать над цветами бабочкой, а он не сможет выполнить моего приказания кто будет виноват - он или я?" - так, примерно?
- Да. Настоящий король прикажет то, что можно выполнить. Поэтому если истинный король прикажет тебе порхать бабочкой - ты будешь собирать нектар!
- Но получается, что истинный король - всегда маг?
- Я же говорил, все люди в какой-то степени - маги. Одни больше, другие - меньше. Король, он ведь потому и король, что больше. А значит - обязательно маг. Но я говорю про ИСТИННОГО короля, а такого встретить великая удача! Ведь люди привыкли, что их обманывают по закону! По кодексу, как ты говоришь... А истинному королю есть забот и поболе, чем соответствовать чужим представлениям и восседать на троне, выслушивая распри своих подданных. Он, видишь ли, совершает поступки. И каждым поступком он непрерывно доказывает, что он - король. А это и есть величайший обман - чистейшая, кристальная правда. Магия, кстати - это вообще поле несовместимостей. Маг постоянно напряжен - он все видит, все замечает, всегда готов к действию. И при этом он всегда инертен, ибо все, что совершается - совершается без его участия. Мага можно убить, он может умереть - но он бессмертен. Когда две крайние противоположности сходятся и сливаются воедино, и возможно все, тогда это - магия. Запомни это! Да вот, например. Ты на каком языке говоришь?
- На русском.
- Ты уверен?
Марк замялся.
- До сего дня мне казалось, что - да.
- Вот именно. Казалось. Как ты можешь говорить на русском языке в другом мире, где люди, скорее всего, никогда о России не слышали?
- Я никогда не задумывался.
- Вот именно. О чем ты еще не задумывался? О цвете этой листвы? О количестве рук, ног? За что ты можешь ручаться вообще?
- Ну, ноги-руки я чувствую, листву у меня видят глаза. А вот на счет языка...
- А то же самое. Глаза видят, уши - слышат, но все это проверяет и подает тебе твой разум. Именно он говорит, что ног - две, огонь - яркий, а я говорю на русском. Просто мой язык ты воспринимаешь как русский. Вот почему ты обманываешься именно так - я не знаю. Возможно, это последствия твоего перехода в новый мир. Может быть, какая-то иная магия. Может, твой природный дар.
- Интересно, я смогу научиться магии? - Марк как-то неожиданно обнаружил, что устал спорить и воспринимать заумные размышления собеседника.
- Все зависит от тебя. Приходит новое время, и во что оно выльется не знаем ни ты, ни я. Но если у тебя есть желание... Поэтому вставай, и пойдем учиться. Будешь учиться желать.
Обучение у мага было менее всего похоже на обучение. До позднего вечера маг сидел или лежал в удобной позе, и слушал. Он заставлял Марка рассказывать обо всех его ощущениях, просто рассказывать. Он мог спросить в любой момент о чем угодно. Например, перед тем, как Марк собирался отлучиться в кустики, или после того, как горячий уголек из костра попал на руку. Причем, выполнить что-либо дозволялось только после того, как Марк расскажет все-все-все.
 
"Все-все-все" уточнялось дополнительными вопросами.
После чего маг превращался в обычного человека. С ним можно было поговорить "за жизнь", рассказать анекдот или расспросить что-нибудь. Причем, на анекдоты маг реагировал как самый обычный человек: какие-то заканчивал, от каких-то отмахивался, а иногда от души смеялся.
А вот с расспросами можно было попасть впросак. Иногда маг отвечал нормально. Иногда говорил, что это мелочь, не стоящая внимания. А иногда мог отмочить какую-нибудь штуку...
Например, проходили они селение, где маг, как обычный нищий попросил еды у нескольких дворов, и сложил в котомку полученные кусочки хлеба, ляжку жареного гуся, яблок, лука, и без всякого стеснения отправился дальше. Марк шел за ним, ощущая благоухание еды из заплечного мешка, и думая исключительно об обеде.
Потом неожиданно, словно услышав вопрос учителя, начал перечислять себе, что именно он чувствует, со всеми оттенками, нюансами. И засмеялся.
- Ты чего? - спросил маг.
- Да мне бы писателем родиться.
- Ага. А еще проституткой, великим воителем и конем его величества.
- А конь тут причем?
- А его тоже хорошо кормят.
- Нет, я не про это. Ты тут пахнешь вкусно-вкусно, а я себе перечисляю, почему именно я хочу съесть, и что именно.
- Ну-ка, ну-ка? - заинтересовался маг.
Марк добросовестно повторил тираду вслух. Маг покивал:
- А я уж подумал, что это ты меня сожрать хочешь. Неужели, думаю, просыпается? А это ты о запахах... Кстати, да. Молодец. Так и продолжай.
- Что именно?
- Рассказывать себе все, что ты хочешь. Только честно.
- А как это - честно?
- Ну, вот как если бы за малейшую ложь тебя бы повесили.
- А зачем все это нужно?
- Чтобы отказаться, - ответил маг, и пошел себе дальше, показывая этим что разговор окончен.
Устроились на обед у подножия какого-то холма. Разожгли костер, самыми современными методами. То есть - кресалом и трутом. Марк до сих пор не освоил этот нехитрый инструмент, и каждый раз радовался как ребенок, когда выпадала возможность им попользоваться. А разведение костра на ветру имело свои преимущества.
Потом молча ели, и Марк пытался честно рассказывать себе об ощущениях. Но, по мере насыщения мысли сами по себе возвращались к его хозяину. Он мог заставить Марка готовить еду, мог выпрашивать униженно у порога какого-нибудь богатея, или собирать малину в лесу.
При всем своем могуществе.
Или даже всемогуществе.
-Скажи-ка, - спросил Марк, доедая последние кусочки лепешки. - Почему ты такой ленивый?
- Ленивый? - маг с изумлением оглянулся на Марка, и переспросил с неподдельным интересом. - Ленивый????
- Ну, может, я неточно выразился.... Ты ничего не делаешь!
- Совсем ничего?
- Ну.. Ты же мне сам говорил, что ты всемогущ.
- Нет.
- Ну, ты же понимаешь, что я имею в виду?
- Нет.
- Блин, ты можешь все с точки зрения обычного человека.
- Я не знаю.
- Чего?
- Что я могу с точки зрения. Я на этой точке был очень давно, и в те времена я ничего не мог.
- Ну ты можешь управлять погодой, предсказывать будущее, видеть невидимое, восстать из мертвых...
Марк начал перечислять возможности мага, но речь его становилась все более замедленной и под испытывающим взглядом он совсем умолк.
- И? Это все?
- Нет, - Марк мысленно взял себя в руки, вздохнул и выпалил. - Есть, пить, трахаться - тоже.
Маг совершенно серьезно кивнул.
- Ну так вот, ты всего этого не делаешь!
- Но я же только что ел!
- Вот я и говорю: с точки зрения обычного человека ты можешь все! И то, что могут все, и то, чего не может никто.
Марк подумал и добавил:
- Кроме тебя.
Маг засмеялся.
- Коль ты уж так настойчиво желаешь присвоить мне титул всемогущего, я могу перечислить то, чего не могу...