Три шага до магии. Трилогия

– Я предлагаю…
– Коллега успокойтесь, – перебил магистра Глава Гильдии. – Именно Ваше поведение позволяет молодому человеку усомниться в нас…
Далее он произнёс:
– От имени руководства гильдии я даю такое слово.
Все присутствующие внимательно уставились на меня.
Я раньше задумывался над подобной ситуацией и заранее определился, что нужно схитрить. Истинного имени Мики Витура, в чье тело вселилось мое сознание, я не знал, а свое я решил не говорить полностью. Ведь мое полное имя весьма длинное, а здесь у людей приняты короткие имена. Это у эльфов очень длинные, а у гномов имя из коротких слов, но слов много. Например, какой-нибудь Топ Дрим Медленный Кулак Быстрый Топор.
Я был сильно взволнован, да еще и предчувствие сработало, поэтому произнес своё имя и отчество медленно, и чуть заикаясь:
– Михаи-ил Але-ександ-дрови-ич, – а фамилию говорить не стал.
Глава Гильдии посмотрел на пожилого архимага, молчавшего до сих пор. Тот чуть заметно кивнул
– Выйди, подожди за дверью, – Приказал Глава Гильдии.
Когда за парнем закрылась дверь Глава движением руки вывесил полог тишины и снова посмотрел на пожилого архимага.
– Не солгал. Вроде сомневался сам или не договорил.
– Куда уж не договорил, наговорил больше, чем хотелось бы, – проворчал архимаг гном.
– Что вы хотите сказать коллега, – спросил Глава.
– Ну, по порядку. Если я правильно расслышал, то первое имя эльфийское, но с твердым окончанием. Михаиил. Думаю это темноэльфийское имя, то есть – дроу. Есть такие у эльфов. Они там постоянно бунтуют, воюют, а эльфы их постоянно давят.
Далее «ал» – приставка родовой или клановой аристократии у степняков, затем «Иекс» или «Еекс» – похоже на степные, хотя я не встречал такого клана. Затем вообще мрак: «анд» приставка аристократа уровня вождя провинции или края у северян. Это наш народ, но они отделились и ушли далеко на север. Отношения у нас только торговые. И наконец: «Дрович», что-то похожее у северян есть, может – Дравич или Дрэвич, Точнее не помню… Так что паренек явно не местный, или нафантазировал!
– А ещё обращаю ваше внимание на то, сколь точный анализ сделал парень из сведений об ухудшении торговли, проговорил старый архимаг, – Наша разведка ещё толком не чешется, мол, нет точных данных. А парень спокойно и уверенно предрекает войну уже в ближайший год.
– Да, непростой паренёк, – покачал головой гном, – но мне он нравится. Глупо будет его убить или наказать. У него очень большой потенциал. Надо его привязать к Гильдии и к королевству. Станет магом, вступит в Гильдию, тогда и решим, как его лучше использовать.
Глава снял полог тишины: – Позовите адепта.
– Откуда ты родом? – спросил он меня.
– Я уже говорил, что пережил потерю памяти, воспоминания практически не восстановились, так, что-то очень смутное. Но я уверен, что я не из этого королевства, может быть с каких-нибудь островов. Потому, что здешняя погода мне кажется очень странной. Здесь снег бывает только далеко на Севере, а жара – только далеко на Юге… А у меня в детстве вроде бы были и снег и жара. Хотя не исключаю, что это было в разное время, то есть родители могли путешествовать… Родителей или других родственников не помню совсем.
Чтобы меня не заподозрили во лжи, приходится всё время «переключать» память и сознание с того, что я Мики Витур, на то, что у меня сознание землянина. Я рос на Южном Урале, так что в детстве были и снег, и жара. Это правда. Я землянин не из этого королевства. И это правда. Родителей и родственников Мики Витура я не помню. Это – тоже правда.
– Хорошо, – принял решение Глава Гильдии, – Мы согласны на предложенный тобой обмен. Ты нам раскрываешь полностью устройство и работу амулета, выданного тобой Диру Браму. Раскрываешь так, чтобы мы могли повторить. Мы тебе выдаем Грамоту Гильдии магов королевства о предоставлении права заниматься амулетостроением в полном объеме и целительством, но только с использованием целительских амулетов. Хотя не понимаю, зачем тебе второй пункт. Ведь амулетами любой может пользоваться?
 
Я опять задумался, потом спросил: – Скажите, вас не сильно задержит, если вызвать нашу наставницу декана целительского факультета магистра Ириану Дартель. Я уверен, что она подтвердит следующее. Я и моя невеста, адептка четвертого курса Анейра Толиш, при исцелении тяжелых ранений так используем целебные амулеты, что это сложно назвать просто использованием амулетов. Это именно целительство, хотя и с использованием амулетов. Я не умею лучше объяснить, но знаю одно, если найдется тот, кто захочет к нам придраться, он будет нас или меня обвинять в том, что просто применением амулетов такое сделать нельзя. И меня объявят нарушителем Закона. И всем будет наплевать, что мог спасти человеку жизнь или здоровье. Поэтому прошу сохранить мою формулировку.
Тут подал голос пожилой архимаг: – Я вижу, что ты искренен, но объяснением не доволен. Что значит использование, но не просто использование?
– Представьте себе воина, которому мечом вспороли живот, и он еще упал на землю, в грязь. Вот он лежит перед нами, еле живой от боли, от большой потери крови, от того, что от грязи начинается заражение тканей, которое перейдет в черную гниль, – слово «гангрена» в этом мире не известно.
– Что подразумевает лечение амулетами? Ясно, что Малое Исцеление здесь бесполезно. Среднее применить можно, но его недостаточно, так как в организм попала грязь, и началось заражение тканей… Если применить Полное Исцеление, или повторно несколько раз Среднее, то воин умрет, так как у него большая потеря крови и организм сильно ослаблен. Его организму не хватит сил на выполнение этого заклинания…
– А как его будем лечить мы? Рассказываю, как мы уже делали с моей невестой, Анейрой. Она целитель, и некоторые вещи делает без амулетов. Она останавливает кровотечение и усыпляет раненного. Я раскрываю рану на животе, выгребаю из нее крупную грязь и то, что вывалилось из кишок. Анейра целительским плетением защищает нас от запахов. Далее работаем амулетами очистки и малого исцеления, настроенными на воздействие на ограниченный участок тела исцеляемого. Анейра делает очистку внутренностей несколько раз, пока мы с ней не увидим, что грязи больше нет. Далее я руками соединяю распоротые кишки, а она их сращивает плетением Малого Исцеления на узком участке. Повторяем, пока не соединим все. Снова делаем очистку. Затем по кусочкам сращиваем распоротые ткани брюшины, то есть живота, начиная с внутренних слоев и заканчивая наружным слоем, то есть кожей. Очистка вся за счет энергии амулета, а сращивание тканей за счет сил организма пациента, принуждаемого заклинанием Малого Исцеления. Поскольку все делается малыми долями, сил организма должно хватить. Кроме того, после сращивания внутренностей и удаления начинающейся черной гнили, все остальное можно отложить на время, чтобы организм пациента немного восстановил силы.
– Сколько человек вы так лечили, и сколько из них выжило, – спросил архимаг гном.
– У Анейры была практика в госпитале при храме Сияющего. Близкими к тому, что я описал, были шесть случаев: два – результаты дуэлей, три случая это стражники, ловившие какую-то банду разбойников, и один случай – охотника какой-то зверь порвал. Спасли всех, кроме охотника. У него черная гниль распространилась по всему животу и по ноге, его долго везли до госпиталя. Он умер почти сразу, как мы начали его лечить.
– Я «за», – сказал гном. Пожилой тоже кивнул, а магистр сделал вид, что это его не касается.
Глава Гильдии поднялся в полный рост. Он был выше меня на голову и смотрел на меня, как на муравья, посмевшего переходить ему дорогу.
– Молодой человек, ты понимаешь, что с твоим именем не все нормально. Или твоя память подводит, или в твоей родословной очень много непонятного. Гильдия очень не любит, когда что-то не понятно нам. Документ ты получишь, исцеляй разумных, занимайся амулетами, учись. Но мы за тобой будем следить. Когда придет время защищать диплом мага – посмотрим, что можно сделать. Но самое главное, чтобы никто больше от тебя не слышал о возможной войне. Будешь болтать языком – нашим договоренностям конец.