Выпускница боевой академии. Неприятности в наследство

Когда я явилась домой с неутешительными новостями, это никого не удивило, а  маму неожиданно даже обрадовало.
– Слава богам! –  сказала она с заметным оживлением. И чтобы сгладить неловкость, сунула мне в руки стакан с соком и коврижку, а также соизволила пояснить.
– Скончалась тётушка Августа.
– Еще месяц назад, – осторожно заметила я. Тетушку я не видела ни разу, и эта новость никак не отразилась на моем жизненном укладе, и на безуспешных поисках работы. Зачем мама вспомнила об этом сейчас?
– Если бы тебя взяли на работу, представления не имею, кто бы поехал разбираться с ее наследством!
– А сейчас имеешь? – подозрительно уточнила я. Сок застрял в горле. Да и коврижка показалась какой-то подозрительно сухой.
– Конечно! – Мама не растерлась. – Ты. Там свежий воздух, море и замечательный пансионат, который тебе всего-то надо прибрать и продать. Давай, собирайся! Папа подкинет тебя до магпорта.
– Что прямо сейчас? –  опешила я.
– Конечно! – воодушевленно заявила мама и выставила к порогу уже собранный чемодан, раздутый от вещей. – Твой рейс через два часа, а следующий только послезавтра. Так что не стой как столб! Тебе нужно спешить.
Глава 1
Я вообще не поняла, как оказалась в леткэбе отца. Мама могла заболтать кого угодно. В руках у меня была сумочка с документами, деньгами и заботливо подсунутым мамой пирожком, а в багажном отделении чемодан, в который мне даже заглянуть не дали. Мама лишь уверила, что в нем я найду все самое необходимое. Только вот понятия о перечне необходимого у меня и у родительницы часто не совпадали.
– Я до сих пор не могу поверить, что вы с мамой так  бесцеремонно выставили меня из дома! –  повторила я в сотый раз с того момента, как мы выехали из дома. Папа сохранял невозмутимое спокойствие, чем меня бесил еще больше.
– Триссочка, ты преувеличиваешь. Мы ни в коем случае тебя не выгоняли. Всего лишь попросили разобраться с домашними делами. Ну ты, действительно, сейчас свободна. Все лето бегала по своим собеседованиям. Успокойся уже, выдохни и все решится само. Вот увидишь. Заодно и семье хорошо сделаешь.
– Ага! На краю королевства в землях, которые по слухам, кишат лихими людьми и дикими тварями, потому что после военных действий прошло всего тридцать лет и магический фон там нестабилен. Тебе вот не страшно отправлять туда свою дочь? – предприняла я последнюю попытку остаться дома.
– Нет. – Папа и глазом не моргнул. – Ты же боевой маг. Зря, что ли, четыре года училась?
Впрочем, слышалось мне совсем другое. «Зря, что ли, я за тебя четыре года исправно платил?»
«Видимо, зря», – мрачно подумала я, вспомнив свои мытарства, но сказать вслух ничего не успела. За окном папиного лэвиткэба я увидела свою однокурсницу Челси Армендор – мы с ней не были подругами, но когда  вас всего десять девушек на поток в сто человек, как-то очень быстро начинаешь общаться со всеми.
Я бы проехала мимо, если бы не одно но. Челси гордо вышагивала босиком по тротуару. В одной руке она сжимала туфли на высоченной шпильке, другой придерживала подол  шикарного свадебного платья и откупоренную бутылку игристого. Фата сбилась на один бок, а прическа растрепалась.
– Ну-ка притормози! – скомандовала я отцу, приникая лицом к окну.
– Три… – начал он.
– Папа,  там моя подруга, – устало пояснила я. –  Я должна спросить, не нужна ли ей моя помощь. Поверь, я не собираюсь сбегать. Хотя хочу.
Папа вздохнул, но послушался. Времени было еще навалом. В магпорт папа предпочитал приезжать заблаговременно.
– Челси! – заорала я и кинулась к ней.
– О! – Она попыталась  улыбнуться, вышло криво и не очень весело. – Трисс. Как дела? Уже  начала путь по карьерной лестнице? Как успехи?
– Мои успехи в карьере примерно такие, как у тебя в личной жизни, – фыркнула я, скептически осмотрев ее с головы до пят. Наверное, не очень вежливо, но зато честно и обстановку разрядило. – Что стряслось?
– Стряслась рыжая секретарша, – вздохнула девушка. – И я сбежала со своей свадьбы.
– Давай я тебя подвезу? – с сочувствием предложила я. Проблема предателей-мужиков была мне близка.
 
Челси согласилась сразу же и забралась в карету.
– Куда тебя? – спросила я.
– А ты сама куда едешь? – спросила она.
– В магпорт.
– О? командировка? – Ее глаза загорелись.
– Можно и так сказать. – Я поморщилась. – Еду в Валенсию, у нас там пансионат, оставшийся в наследство от тетушки. Нужно разобраться с семейными делами.
– Прекрасно! – Челси оживилась.– Я согласна.
– На что? – осторожно спросила я, нутром чувствуя очередной подвох.
– На Валенсию и пансионат, конечно! Я еду с тобой!
– А… – протянула я,  так и не сумев подобрать слов.
– Документы я взяла. – Челси занырнула рукой в корсет и продемонстрировала помятое удостоверение личности. – Трисс, мне домой сейчас нельзя. Меня ищет и моя родня, и Пит, и его родня. Наша свадьба должна была стать событием года. И сделкой века. А я всех подставила. А вот  жо… – она покосилась на моего отца, и продолжать не стала,  проглотив первую часть определения и составив только, – мира. Пальмы и море – это то, что мне нужно. Тем более у тебя там пансионат, я много места не займу и даже, может быть, окажусь полезна.
Папа хрюкнул, но, к счастью, промолчал. То ли он знал про пансионат чуть больше, чем я, то ли представил себя на месте отца Челси и возрадовался, что ему чуть больше повезло с дочерью.
Я смотрела на Челси с тоской и понимала, что  девицы в боевой академии учились, как на подбор – наглые, сумасбродные и упрямые. Такая, если сказала, что едет, то ее ни остановит ничего, даже другая такая же девица. Ну и, пожалуй, Челси права вдвоем в «ж… мира» веселее.
Магпорт встретил суетой и толпами людей, которые спешили по делам и на отдых. Орущие дети, куча чемоданов, несколько томного вида барышень, столбами застывших на самом проходе, и мы с Челси с одним чемоданом на двоих,  початой бутылкой игристого и мятым свадебным платьем. Которое хоть и было надето на подругу, но неизменно привлекало внимание и ко мне.
Папа даже внутрь провожать нас не стал. Едва мы выгрузились, со свистом умчался обратно в сторону города. Мне показалось, что даже попытался изобразить знак благословения богов, словно не знал, что на магичек он не действует.
– А он у тебя неразговорчивый… – заметила Челси, посмотрев вслед улетающему левиткэбу.
– Обманчивое впечатление, – отмахнулась я. – Просто он боялся задавать тебе вопросы. Вдруг его родительское сердце не выдержит, и он решит вернуть тебя родителям? Мы будем сопротивляться, все переругаемся, и тогда я никуда не улечу. Поэтому он и молчал. Как говорят у меня в семье, не задавай вопросов, на которые не хочешь получить ответы.
– Ну да, логично.
Челси передернула плечами, видимо, представив возвращение в родительский дом, и сделала большой глоток из бутылки.
– Хочешь? – спросила она, но я поморщилась. Теплое, выдохшееся игристое – это не тот напиток, который способен меня соблазнить перед  переброской в магпорте.
Челси поболтала бутылкой, в которой еще что-то плескалось, и с сожалением выкинула ее в ближайшую урну. Пройти внутрь магпорта с алкоголем нельзя.
Потолкавшись у магических рамок, мы  устремились к кассам. Точнее, устремилась Челси, которая придерживала подол свадебного платья. Фату она выкинула перед входом вместе с бутылкой.
Билет до Валенсии на мой же рейс удалось купить без  проблем. Мы решили, что это судьба и  бодро потопали к кабине переноса. Как говорит моя мама, три минуты страха,  воспоминание о раннем сроке беременности, заложенные уши – и ты уже за многие километры от дома. Страшно, неприятно, но быстро.
Народу было не так уж и много,  в основном угрюмые мужики, несколько семей с детьми и такие колоритные мы, но и кабинка была небольшой.
Меня вжало в стену, Челси в меня, между нами чьего-то вопящего ребенка. Раздался гул,  я порадовалась, что не съела заботливо выданный мамой пирог, судя по выражению лица, Челси прокляла выпитое игристое, но явить его миру не успела. Все прекратилось, и за распахнувшимися дверями нас радостно встретил магпорт Валенсии.