Дело Чести (СИ)

— Прошу прощения за то, что приходится встречаться тут, — я обвёл рукой помещение. — К сожалению, в столице я недавно и в новый дом собирался переезжать лишь сегодня. А в съёмном даже кофе не сварить.
— Ничего страшного, сударь, — отмахнулась боярыня. — Настоящие мужчины и не должны гоняться за роскошью и удобствами. А некоторым только дай волю, и они организуют по всему миру одну большую казарму, будут ходить строем, да искать, с кем бы повоевать.
— Тоже верно, — улыбнулся я. И представил немку: — Это моя помощница Эльза. Будет заниматься некоторыми делами рода в столице. Вы не возражаете, если она будет присутствовать при разговоре?
— Сударыня, — уважительно, но без подобострастия, кивнула Эльза. Выглядела она сейчас как самая настоящая валькирия. Обтягивающий костюмчик, кожаная курточка, шпага и кинжал на поясе.
— Что вы, конечно же я не возражаю. Тем более, это я к вам пришла.
— Тогда давайте присядем и перейдём к делу. Или может быть ещё кофе? — указал я на её пустую чашку.
— Нет, спасибо, — отказалась женщина. — Лучше действительно обсудим наши дела.
— Наши? — хмыкнул я, вспомнив начало разговора с Майкиным.
— О да! — обворожительно улыбнулась боярыня. — Я надеюсь, что наши общие.
— Что же, я вас внимательно слушаю.
— Знаете, сударь, а вы удивительно спокойны. Особенно, если учесть что только вчера у вас вышел конфликт с человеком моего мужа.
— Судя по тому, что в данный момент передо мной сидите вы, у вашего мужа нет желания продолжать этот конфликт. Не отправит же он на разборки собственную жену?
— Разборки? Интересное выражение. Довольно точно отражающее суть. Но в целом вы правы. Мой муж действительно не настроен конфликтовать с вами. Он в принципе не любит конфликты. Это вредит делам. Но всегда есть нерадивые исполнители. Такие, как Бориска Майкин.
— О да. Вы представляете, он обещал мне сжечь это прекрасное заведение.
— Это недопустимо! — абсолютно серьёзно произнесла Тришкина. Махнула рукой, подозвав мужика с мешком, и приняла у него из рук довольно объёмистый кошель. — Тут тысяча рублей золотом. Вира от моего мужа, за недостойное поведение его боярского сына.
— Тысяча рублей — это конечно хорошо, — покивал я, не притрагиваясь к кошелю. — Но мне пришлось срочно вызвать в столицу сотню воинов рода, тем самым отвлекая их от другой работы. А это, знаете ли, стоит недёшево.
— Особенно если учесть, что эти воины — бывшие Дёмины, — слегка натянуто улыбнулась боярыня. И снова кивнула подчинённому, после чего на свет появился ещё один кошель. — Думаю, ещё тысяча рублей покроет все ваши расходы.
— А прибудут они сюда на моём пароходе, который так же пришлось снять с рейса, — скучающим голосом произнёс я.
Вместо ответа Тришкина, всё так же изображая улыбку, снова кивнула своему человеку.
— Хватит! — остановил я её и рассмеялся.
— Я сделала что-то смешное? — нахмурилась женщина. От её доброжелательности не осталось и следа.
— Прошу меня простить, сударыня, — придав лицу серьёзное выражение, извинился я. И виновато развёл руками: — Просто мне было интересно, сколько там ещё таких кошелей.
— О, поверьте, их там довольно много, — добавив в голос язвительности, ответила боярыня.
— И, исходя из этого, смею предположить, что у вас ко мне есть какое-то предложение…
— Вам не откажешь в проницательности, сударь.
— Маркус. Называйте меня просто по имени.
— В таком случае, я для вас, Маркус, Ефросинья Фёдоровна. Либо же просто Фрося. Если честно, то не очень люблю своё полное имя. Удружил же батюшка…
— Красивое русское имя, — пожал я плечами. — Но если вы настаиваете… Так какое же у вас ко мне дело, Фрося?
— Маркус, а можно я у вас сначала кое-что спрошу? — лукаво улыбнулась женщина.
— Да, конечно.
— Вот вы сказали, что вызвали в столицу сотню воинов рода. Это правда?
— Абсолютная, — кивнул я.
— То есть слухи о вас не врут…
— Позвольте уточнить, какие именно слухи?
— Слухи о том, что вы необычайно резкий молодой человек. Который в столь раннем возрасте умудрился вырезать боярский род.
 
— Враки, — улыбнулся я. — Я убил только главу этого рода. И то, в поединке. А что стало с его семьёй, если честно не интересовался. Да и вообще позже выяснилось, что этот боярин был не самым хорошим человеком и, к тому же, обманывал свою княгиню.
— Негодяй, — хмыкнула Ефросинья. — А зачем же вам такое количество воинов?
— В первую очередь — для охраны. У меня в столице большие планы. И не хотелось бы потом бегать и узнавать, кто спалил одно из моих заведений. Намного лучше это предотвратить.
— Что же, весьма разумно. Но вот… — она замялась, но всё же продолжила: — Если бы конфликт с моим мужем продолжился…
— Вы хотите узнать, пошёл бы я до конца? — уточнил я.
— Да.
— Это зависит от многих факторов. Но, скорее всего, пошёл бы. Как говорится, лучшая защита — это нападение.
— А последствия? — хитро прищурилась Тришкина.
— Вы меня таким образом на адекватность проверяете, Фрося? — улыбнулся я.
— Проверяю, — вздохнула женщина. — Просто прежде чем сделать предложение, хотелось бы понять, кому именно я его делаю. Надеюсь, вы не обижаетесь?
— На обиженных воду возят, — развёл я руками. — А ваше желание вполне понятно. И всё же давайте перейдём к делу. У меня на сегодня ещё переезд запланирован. Да и вообще, найду чем заняться.
— Хорошо. Я, Маркус, хочу ни много, ни мало, а тридцать процентов с вашего дела с трактирами.
Такого оборота я не ожидал. И в первое мгновенье даже растерялся. А затем не выдержал и расхохотался.
— Ох, — вытер я выступившие от смеха слёзы. Боярыня же всё это время сидела с абсолютно серьёзным лицом. — Из вас, Ефросинья Фёдоровна, переговорщик намного лучше, чем из Бориса Майкина. Вроде как требования одни и те же, но у меня совсем другой настрой.
— Рада это слушать, сударь, — одними губами улыбнулась женщина. — Но хочу уточнить, что это не требования, а предложение.
— Ага, теперь всё становится чуть более понятно. И что вы же можете предложить за такой грабительский процент?
— Ну почему же сразу грабительский? Вполне приемлемый, я бы сказала. А предложить я могу многое. У моего мужа огромные связи в столице. Так же как и у моего папеньки. И всеми этими связями я могу пользоваться. Вот, например, откроете вы ещё несколько подобных заведений. А где возьмёте хороший обслуживающий персонал? Или того же управляющего? А ещё могут возникнуть проблемы со стражей, сборщиками податей или преступным миром. Да и с другими боярскими родами, наконец. А наше имя от многого вас оградит. К тому же, мне и самой интересно чем-то таким заниматься. Устала сидеть дома, честное слово. Так что ко всему прочему вы получите мою личную помощь.
— Это уже действительно похоже на серьёзное предложение, — задумчиво кивнул я. — Особенно, если учесть, что в ближайшее время я собираюсь поступать в академию боевых искусств. Правда, я не собираюсь открывать ещё несколько «Майонезных».
— Как так? — растерялась боярыня. — А для чего же вам трактиры?
Вместо ответа я внимательно посмотрел на боярыню Тришкину, раздумывая, стоит ли посвящать её в свои планы. С одной стороны, моя задумка для этого мира довольно инновационная. И если всё выгорит, то можно просто озолотиться. А с другой стороны — Ефросинья права. В том же Ульчинске я бы это дело провернул в лёгкую. А вот в столице у меня возможностей намного меньше. И если дело станет по-настоящему прибыльным, то меня сожрут. И никакой род Дёминых не поможет. И мысли найти высокого покровителя у меня возникали и раньше. А тут он, точнее — она, сам пришёл. Вот только не переоценивает ли Тришкина влияние своего мужа? Ведь может получиться так, что я выделю им долю своего бизнеса, а боярин Тришкин окажется никем. А моя идея уже будет засвечена, и заново её запустить не получится.
— Маркус, — не выдержала моего молчания Ефросинья, — могу я узнать, о чём вы задумались?