Дело Чести (СИ)

Снова повернув голову направо, я тихо позвал:
— Эльза…
— Ммм… — не просыпаясь, промычала немка.
— Эльза… — чуть громче произнёс я. И подействовало.
— Боярин? — открыла глаза девушка и улыбнулась. — Как ты?
— Я хорошо, — ответил я. И только тут додумался оценить своё состояние. Хм, действительно хорошо. Ничего не болело. Да и выспался я, похоже.
— Я рада, боярин, — сонно протянула Эльза, и обняла меня ещё крепче, чем раньше. — А то вчера, как тебя увидела, испугалась жутко. Думала — убили…
Последние слова она прошептала, попытавшись снова провалиться в сон. Мило, конечно. Но придётся будить.
— Эльза!
— Ммм? — снова открыла она глаза.
— А что в нашей постели делает ещё одна девушка?
— Что⁈ — округлила глаза немка. Сна в них как ни бывало. Приподняла голову, посмотрела сначала на близняшку, а затем на меня. И что-то этот взгляд мне не нравится. — Маркус, а что она тут делает?
— Это, вообще-то, я у тебя спросил, что она тут делает! — возмутился я, повысив голос.
— Сплю я тут, — тихо произнесли слева. — Не шумите.
Мы с Эльзой одновременно посмотрели на действительно спящую девушку. Глаза она так и не открыла. А спустя пару секунд снова начала посапывать.
— Боярин! — с угрозой произнесла Эльза.
— Да что боярин-то⁈ Я только проснулся, а тут она. И ты. Хм. Вы вместе, что ли, спать легли? — с подозрением в голосе спросил я. Как известно, лучшая защита — это нападение.
— Что-о⁈ — в унисон возмутились девушки.
— Тогда объясняйте! — потребовал я. — И вообще, ты кто? Еля или Маяне?
— Еля! — быстро ответил близняшка. Настолько быстро, что я понял — врёт!
— Маяне, значит, — удовлетворённо кивнул я, отчего-то обрадовавшись. — И что ты делаешь в моей постели?
— Сплю я. Не видно, что ли? А вы тут шумите! — нагло заявила эта… Блин, даже не знаю, как её назвать.
— Ах ты, шаболда! — яростно воскликнула Эльза.
— Что⁈ — громко возмутилась Маяне. — Сама ты шаболда! Я хоть с боярином не сплю!
— Кхм, кхм, — с сомнением в голосе кашлянул я.
— Я просто сплю! А она не просто!
— Да ты тут вообще первый день! — немка, казалось, сейчас взорвётся.
— И что? — удивлённо приподняла брови близняшка. — Спать-то мне где-то нужно?
— Так, девушки, успокойтесь! — приказал я. А то слишком уж расшумелись. Ещё войдёт кто-ни… Чёрт, накаркал!
Дверь в мою комнату резко распахнулась и внутрь ввалились Зареченский с Михалёвым. Оба злые и готовые к бою. В руках мечи и кинжалы. Лица пылают праведным гневом. Точнее — пылали.
— О-о-о! — в один голос протянули они, в удивлении округлив глаза.
— Это… — начал было я. А потом подумал — а какого хрена? Боярин я или нет? Потому спросил другое: — Вы чего⁈
— Шум услышали, боярин, — смущённо протянул Умник.
— И что? Это значит, что можно вот так, без стука, в комнату врываться? А если бы я был не одет?
— Ты и не одет, боярин, — захихикала Маяне.
— А ты откуда знаешь⁈ — возмущённо спросила у неё Эльза.
— Так я с ним под одним одеялом лежу, — удивилась близняшка.
— И что⁈ Лапаешь его там⁈
— Мы, короче, пошли, — тихо произнёс Егор и начал выпихивать Михалёва из комнаты. Умник, правда, выпихиваться не особо хотел. Но Зареченский оказался сильнее.
— Егор! — крикнул я вслед. — Распорядись насчёт кофе и завтрака.
Затем посмотрел сначала налево, затем направо и грозно произнёс:
— Так, заканчивайте этот фарс! Маяне, что ты тут делаешь⁈ И почему я голый⁈
— Это не я! — кажется, даже слегка испугалась близняшка.
— Это я тебя раздела, — отозвалась немка. — Отмыть надо было от крови.
— Ага, с этим разобрались. Маяне?
— Я просто волновалась, — нехотя ответила девушка, смутившись. — Заглянула посмотреть, всё ли с тобой, боярин, в порядке. И заснула.
— Волновалась? — удивился я. — Мне вообще-то показалось, что я тебе не особо понравился.
— Пф! — одновременно фыркнули девушки.
— Что⁈ — не понял я.
— Ничего, — так же, в один голос, отозвались они.
— Боярин! — раздался за дверью голос Егора. — Тут к тебе князь пришёл. Вчерашний.
— Зайди! — крикнул я в ответ. И дождавшись, когда Зареченский выполнит приказ, спросил: — Один пришёл?
 
— С ним двое сопровождающих.
— Распорядись, чтобы проконтролировали округу. И пригласи князя на завтрак. Одного! Его люди пусть за воротами ждут. Так же на завтраке пусть будь Лао Хе. Ну и сам тоже присутствуй. Князю скажи, что я скоро спущусь.
— Понял, сделаю, — кивнул Егор и исчез за дверью.
— Маяне, — повернулся я к близняшке, — вы с сестрой будете прислуживать. Причём так, что бы князь вас обеих одновременно увидел. Понятно?
— Понятно, — кивнула она. — А зачем?
— Быстро! — рыкнул я. И близняшка, наконец-то разжав свои объятия, упорхнула из комнаты.
— Теперь ты, ревнивица! — грозно посмотрел я на немку. — Раздевайся!
— Боярин, там же тебя князь ждёт, — промурлыкала Эльза. Впрочем, мою команду поспешила выполнить.
— Подождёт! — отмахнулся я, откидывая одеяло.
Вниз, к столу, я спустился только минут через сорок. Хотя, будь моя воля, то и пару часов Стародубского в ожидании продержал. Но это уже будет перебором. Не что бы я боялся обидеть князя… Наоборот. Просто два часа он ждать вряд ли будет. А мне интересно, что он скажет.
— Доброе утро, Лао Хе! — поздоровался я с китайским Богатырём.
— Доброе утро, господин! — поднялся он из-за стола и поклонился.
— Ты садись, садись, — махнул я рукой. И только в этот момент сделал вид, что заметил Стародубского. — О, Артём Фёдорович! И ты тут? Какими судьбами?
— Мимо проходил, — хмыкнул князь. Но тут же стал серьёзным и произнёс: — С извинениями пришёл.
— С извинениями… — покачал я головой, усаживаясь во главе стола. Князя, кстати, усадили по левую руку от меня. Но не сразу, а после Лао Хе. А по правую сидели Егор и Умник. — Думаешь, после вчерашнего помогут какие-то извинения?
— Не думаю. Но начать хочу именно с них, — спокойно произнёс князь и поднялся на ноги. — Боярин Северский! Я, князь Артём Фёдорович Стародубский, прошу простить меня за те неприятности, которым ты подвергся в моём доме! Так же хочу уверить тебя, что моя вина в этом лишь косвенная. Не доследил за боярином своим.
— Да неужели⁈ — удивлённо воскликнул я. — А мне послышалось, что ты убить меня грозился. И после этого боярин твой и ударил. Скажешь — сам он?
— Сам, — скривился князь, стерпев очередную грубость. Сильно же его прижало.
— Ладно, — кивнул я. — Подумаю. Ещё что-то сказать хочешь?
— Да, — кивнул он и, нагнувшись, поднял с пола большой кожаный мешок. — Вот голова боярина Писарева. Именно он ударил тебя в спину, нарушив тем самым все законы гостеприимства. Думал живым тебе его выдать, но не сдержался. Ты уж прости.
— Писарев⁈ — раздался двойной возглас от дверей в столовую. И к князю, с немыслимой скоростью, подскочили Еля и Маяне. Стародубский даже мяукнуть не успел, а мешок с головой у него уже отобрали.
— Бардак у тебя тут, боярин, — не сдержал возмущения Артём Фёдорович.
— У меня бардак? — рассмеялся я. — Княже, ты сидишь за моим столом, живой и здоровый. И никто тебя в этом доме убивать не собирается. А что касаемо боярышень, то их понять можно. Писарев их отца убил.
— Боярышень⁈ — удивился князь.
— Они дочери боярина Ручьёва. Разве твой боярин не сказал?
— Не сказал, — покачал головой Стародубский, скрипнув зубами. Затем мотнул головой и снова посмотрел на меня. — Теперь насчёт виры…
— А я разве требовал у тебя виру, князь? — поинтересовался я.
— Виру не всегда требуют, боярин, — в тон мне ответил он. И даже в лице не изменился.
— Ну, возможно, — пожал я плечами. — И ты хочешь, чтобы я забыл, как меня в твоём доме убить пытались?
— Забыть такое не забудешь, — покачал головой князь. — Но вот обойтись без жалоб Великому князю можно попробовать.
— Не хочешь изгоем стать?