L-квест (СИ)
— Давненько ты здесь не появлялся, — расплывается он в улыбке. — Я даже успел соскучиться.
Натужено усмехаюсь.
— Привет, Кайсо. Сегодня я не лучший собеседник. Прости.
— Я вижу, — кивает он и, протянув через стол руку, накрывает мою ладонь своей. — Тебе нужно отвлечься. И мне тоже. Я сегодня на машине. Поедем ко мне?
Смотрю на его руку. Я хочу видеть другую. Хочу видеть на месте Кайсо другого. Того, из параллельной вселенной. Но он захлопнул дверь, закрылся в своём мире, и останется там навсегда. Мне не достучаться.
Мне нужно забыть. Мне нужно отпустить его, заполнить свои мысли другим. Чем угодно.
Я молча киваю, и мы идём на выход, садимся в машину, едем. Кайсо что-то болтает, я не слушаю, безучастно смотрю в окно на мокрые после дождя улицы, на яркие огни рекламных вывесок. И в этой мешанине неоновых пятен и отражений я замечаю его!
Это он. Это точно он. Его стремительную походку, напряжённую фигуру я не спутаю ни с чьей.
— Останови! — кричу я. — Останови машину.
Кайсо не сразу, но всё же тормозит, я поспешно извиняюсь и выскакиваю на тротуар, бегу к тому месту, где видел его. Но там, разумеется, никого уже нет.
А был ли он здесь на самом деле? Не примерещился ли?
Я бегаю за призраком. Пытаюсь поймать того, кто живёт в другой вселенной. В далёкой, недоступной вселенной.
Я дурак, полюбивший недосягаемое. И что делать с этим я не знаю…
Слёзы щиплют глаза, закрываю их, пытаюсь остановить, и тут слышу жалобное мяуканье.
Шагаю к дому и, присев на корточки, склоняюсь над коробкой. Из промокшего тряпья высовывается чёрный нос, а за ним мохнатая мордашка с огромными зеленющими глазами. Маленький, наивный котёнок, ищущий тепла, ласки, доброты. Ищущий любви, но находящий только холод и дождь.
Слёзы заволакивают взгляд пеленой, я, почти не видя ничего, выхватываю малыша из коробки, прижимаю к груди, прячу под пальто.
Я подарю своё тепло и доброту ему. Ему они нужны, а мне… Мне больше некому дарить.
Комментарий к 12. Асакава: Дождь
С Новым годом, дорогие мои читатели!
Я очень рада, что сейчас вы со мной и с моей работой. Хоть “новогодняя” глава получилась ангстовая, но я надеюсь, что вас она всё равно порадовала, хотя бы тем, что она есть, что я её опубликовала.
Эта история идёт своим ходом и пишется довольно бодро: за два месяца я написала уже 12 глав (для меня это действительно быстро). Не знаю смогу ли закончить макси в нынешнем году - в истории не написано ещё и одной четверти, плюс к этому тут намечается ещё один совместный проект, - но работу разумеется буду продолжать. Я люблю эту историю, я люблю этих героев! И я люблю вас, мои читатели! С Новым годом!
========== ЧАСТЬ II — 1. Нацуно: Начало триместра ==========
— Нацуно, ты же сегодня свободен? Пойдём на гоукон*!
— Я уже позавчера говорил, что не хочу.
— Ямасаки заболел, и нам человека не хватает. Ну пожалуйста! Ты же сегодня вечером не работаешь.
Весенние каникулы закончились, и вот уже как две недели начался новый учебный год**. За время каникул я всё же смог найти работу и теперь подрабатываю продавцом в круглосуточном магазинчике. И почему я не мог соврать Камате, когда он только подкатывал со своим гоуконом, что сегодня у меня смена? Соврал бы — и не лип бы он ко мне сейчас с этим дурацким групповым свиданием. Совершенно бесполезная трата времени и денег на совершенно незнакомых мне девчонок. Сколько на них ни ходил — никогда ничего не выгорало. Да и настроения у меня нет абсолютно. Хочется домой, к коту. Он, поди, соскучился, обормот ушастый.
— Камата, у меня с деньгами нынче напряг, — говорю я, выходя из корпуса на улицу.
— Все расходы я беру на себя, — не унимается Камата, едва поспевая за мной. — Нацуно, ну пожалуйста! Там будет Араки Хаято, а я так давно хочу с ней встретиться. Ну что тебе стоит? Посидишь пару часиков, потом, если скучно будет, уйдёшь…
Это не человек, а клещ, его, похоже, только грубость вразумит, обычные доводы не действуют.
Оборачиваюсь, намереваясь обматерить Камату, и замечаю Асакаву. Он стоит в каком-то десятке шагов от меня и разговаривает с худеньким смазливым пареньком.
Быстро, однако, нашёл себе новую «пассию». А ведь не так давно в «вечной любви» клялся. Ну правильно, трахнуть гомофоба он уже трахнул, что ещё для счастья нужно? Теперь можно и к «своим» вернуться. Пидоры хреновы. Размазать бы им сейчас морды по асфальту. Но, боюсь, за драку от занятий отстранят. А мне это вот вообще не нужно.
Как бы невзначай сплёвываю в сторону Асакавы и нарочито громко говорю:
— Ладно, Камата, схожу я на твой грёбаный гоукон, но, если там девчонки будут одни страхолюдины, ты пожалеешь. Хотя Араки, вроде бы, милашка.
— Эй! Араки не трогать! — возмущается Камата.
— Ну это уж как получится.
— Араки — моя! Я на неё уже давно глаз положил. А ты, грубиян, тролль пещерный, обидишь её, едва только рот откроешь.
— Я грубый, потому что злой. А злой я, потому что голодный, — говорю я и сгребаю приятеля в охапку. — Понял, Камата?
— Да понял я уже, понял, что ты пожрать на халяву пошёл! Давай уже двигать к месту.
И мы двинули.
Ни за какой Араки я ухлёстывать не собираюсь. Я вообще ухлёстывать не очень-то умею. А наболтал всё это сам не знаю почему. Просто увидел Асакаву и ни с того ни с сего меня понесло. Жалкая попытка уколоть. Хотя ему от моих уколов ни холодно ни жарко. В общем, просто тупо разозлился. Короче, сам виноват.
Нет чтобы сидеть сейчас дома с котом, за ухом его чесать, читать новую книгу Мидзуно Наои или в Overwatch резаться.
Нет. Теперь я в компании Каматы и ещё двух парней сижу в кафешке и жду каких-то неизвестных девчонок. Ну не дурак ли?
Форменный придурок.
Девчонки, кстати, даже почти не опоздали. Пятнадцать минут не считается. И на мордашку все оказались вполне симпатичные. Не красавицы, но милые, улыбчивые. А одна, Мията, так и вовсе на меня глаз положила, подсела, начала расспрашивать, сама о себе рассказывать. И, вроде бы, всё с ней нормально: личико хорошенькое, фигура ладненькая, грудь и попа что надо, общительная, смышлёная — ну всё при ней. А мне как-то по барабану. Ну вот по барабану и всё. Все её формы, улыбки, смешки, моргания ресницами — всё мимо. Не трогают совершенно. А ещё ощущаю: ловит. На крючок меня ловит. Соблазнить пытается. Только делает это настолько топорно, что даже противно. Раньше бы я обязательно клюнул, обменялся бы с ней телефонами, проводил бы до дома, потом названивал бы, как это было с моей бывшей, а сейчас…
Сейчас ноль эмоций. И вместо привлекательных форм я вижу лишь неумелые ужимки.
Что со мной происходит? Это всё из-за злости, которую я никак не могу из себя вычерпать, или из-за чего?
Блин, я ж ведь ещё чуть-чуть и начну просто грубить. Хотя мои односложные ответы уже сейчас можно принять за грубость. Похоже, пора сваливать.
Высидев обещанные два часа и отрезав все уговоры фразой: «Я пошёл, у меня дела», накидываю ветровку и выхожу на улицу. Час в метро с пересадками, и вот наконец-то я дома.
Жалобный мяв встречает меня прямо с порога. Мелкий чертёнок запрыгнул на штору и теперь болтается на ней, не в силах отцепиться. Ну что за бестолочь?
Со смехом снимаю его, глажу, успокаиваю и незаметно успокаиваюсь сам.
Месяц назад, поддавшись порыву и принеся этот маленький комочек в квартиру, я, честно, не знал, что с ним делать. Не было у меня никогда котов, и не умел я за ними ухаживать. А возиться-то пришлось много. Отмыть, откормить, прививки поставить, к лотку приучить — хлопоты одни сплошные. Эти хлопоты заполнили всё моё время, отняли все силы так, что не осталось их на мрачные мысли и ангст. А когда они всё же приходили ко мне эти мысли, то тут же убегали, стоило лишь Аои показаться в поле зрения. Его мяуканье, его любопытная смышлёная мордашка, его неуклюжие прыжки сметали весь негатив и заставляли меня улыбаться. А уж когда он забирался на колени или на плечо и начинал тереться тёплой пушистой шкуркой, то я просто натурально таял.